Дите. Страж - Владимир Поселягин

– Ни одного парашюта, – пробормотал он.

– Снаряды у зениток – это капсулы высокотемпературной плазмы, – зевая, лениво ответил я. – Там металл сгорает при попадании, не то что плоть. Какие тут могут быть парашюты?

– Я только что разговаривал с самим товарищем Сталиным по правительственной линии. Разговор шёл по поводу вас. Ему уже сообщили. Мы поговорили и приняли вот какое решение. Все оставшиеся шесть кораблей передать в Архангельск, из них будет сформирована отдельная конвойная эскадра. Желательно тральщик включить в эту группу.

– Хорошо, не проблема, – спокойно согласился я. – Когда нужно отправляться?

– Желательно уже сегодня. В сопровождение желательно взять четырёх инженеров и капитана корабля.

– Пусть будут, – согласился я.

– Благодарю. Помнится, у вас были какие-то личные просьбы?

– Их всего две. У меня есть танк, и я обучался воевать на них, хочу провести испытания в бою. Покажите, где у вас самый опасный участок, и я там покатаюсь. А вашим войскам нужно будет после меня лишь занять освобожденные территории, ну и трупы немцев куда-то деть.

– А что тут думать! Невский пятачок у всех на слуху. Или район возле посёлка Мга, мы там уже несколько раз предпринимали попытки прорыва блокады.

– Тогда выбираю оба варианта.

– Через Неву как переберётесь?

– Танк способен парить, лёд ему не помеха, как, в принципе, и воды Ладожского озера. Вернусь из Архангельска, и спланируем эту операцию. Кстати, танк может вести бой и ночью, вообще не проблема, у него установлено оборудование ночного видения. Я в таком случае могу ночью повоевать, а ваши войска утром займут опустевшие позиции. Тоже как вариант. И кольцо мы прорвём, обещаю.

– Благодарю, я передам в штаб обороны, пусть они спланируют операции. Только нужно знать характеристики вашего танка.

– Вот этого им знать как раз не нужно. Главное, указать направление, и после моего сигнала, а это будет синяя ракета на парашюте, просто следовать за мной и занимать освобождённую территорию. Кстати, командование Волховским фронтом тоже предупредить нужно, чтобы по мне не стреляли, я ведь и ответить могу.

– Сообщим. А что за вторая просьба?

– Ах да, возможно, мной скоро заинтересуются некоторые, скажем так… силы. Это не ваши проблемы, а мои, я вообще не уверен, что они у вас есть. Просто если кто будет искать со мной встречи, мол, хочет поговорить, приведите его ко мне.

– Кто это будет – мужчина? Женщина?

– Я не знаю, возможно даже, такой же подросток, как и я. Вот и всё. Когда мне лететь в Архангельск? Помните, ночи тут быстро наступают.

– Подготовка уже идёт. Ещё хотелось бы уточнить насчёт зениток, что ты нам обещал, тридцать единиц. Мы в них очень нуждаемся.

– Склады освободите или новую площадку готовьте. Мне склад развернуть нужно… Хотя чего тут думать, у немцев проще это вооружение позаимствовать, особенно их автоматические мелкокалиберные зенитки хороши. Двух- и четырёхствольные.

– Нас устраивают оба варианта.

– Ваше дело, – пожал я плечами и, снова посмотрев на небо, хмыкнул. – Разведчика прислали, чтобы понять, что тут происходит.

– Достать можно?

– Да, мои зенитки и космические с орбиты сбить смогут, не то что эту древность.

– Космические?

– Да, есть и такие.

– У вас тоже?

– Немножечко есть… Даже не думайте, что обещал, дам, а это не ваш уровень технологий.

– Ясно, что ж, спасибо и на этом.

– Кстати, адмирал, наверху хотите побывать? Давайте завтра днём я вам экскурсию устрою, и вы официально станете первым землянином, оказавшимся на орбите. И возможно, даже облетевшим Луну. Ну, это если времени хватит.

– Знаете, Артур, а отказываться я не буду.

– Вот и хорошо.

– У меня один вопрос по этому предложению. Я один буду или могу кого-нибудь взять?

– Пассажирская вместимость челнока – тридцать шесть человек. Сами выбирайте, кого возьмёте.

Когда всё было готово, мы направились к тральщику. Там, убедившись, что команда сошла, я попытался отправить его в Схрон. Куда там, не пошёл, показывая, что на борту есть кто-то живой. Капитан корабля клятвенно заверил, что все его люди из команды здесь, пришлось искать амулетом. Нашёл. Мышь в камбузе, её с полчаса ловили. Адмирал, узнав, что у меня есть серьёзное судно, попросил и команду тральщика перекинуть в Архангельск, всё же те уже начали осваивать этот корабль. Подумав, я согласился. А так я изредка подсказывал, где мышь, когда те её теряли. Ничего, поймали, и корабль был отправлен в Схрон. Потом вызвал челнок и с четырьмя десятками пассажиров на борту – десять человек стояли, им места не было – полетел в Архангельск.

Пролетая над немецкими позициями, я снизился и, найдя какой-то штаб, по размеру дивизии, облучил его амулетом паралича, после чего совершил посадку рядом с деревней, где этот штаб и находился. Отправил четыре батареи, а это два десятка зенитных автоматических пушек, в Схрон, ну и весь запас боеприпасов добавил, и всю технику с улиц. Моряки с борта членкора за мной наблюдали, но я их не выпускал. Потом пролетели чуть дальше, и там ещё прибрали батарею зениток. Только после того мы полетели в Архангельск.

Так как панели визора с изображением внешних камер были включены, пассажиры имели возможность любоваться полётом. Однако недолго, через десять минут мы уже снижались. На аэродроме нас ждали, действительно все были предупреждены. В сопровождении контр-адмирала, который и будет командовать это эскадрой, мы направились в порт. Командиры всех кораблей уже были известны, Кузнецов сам их назначал, ну, кроме самого маленького, минимум моряков для кораблей подобрали, часть перебрасывали по железной дороге. Это уже не моё дело. Сначала я на берегу передал все зенитки и технику штаба немецкой дивизии, прокомментировав адмиралу, что зенитки для кораблей, чтобы не ворчали, что некомплектные даю, а вся остальная техника, включая шесть бронетранспортёров, пару броневиков и танков, ну и роскошные легковые авто, это уже бонус.

Потом меня на катере отправили в бухту, и в самом глубоком месте я по очереди стал извлекать из Схрона обещанные корабли. Первым – тральщик, его сразу стали буксировать в сторону, а на борт поднималась команда. Она пока неполная была, чуть позже поступит пополнение. Небольшой ледокол расчищал бухту, ломая льды, иначе работать было тяжело. Потом достал три эсминца, там инженеры командовали, пока буксиры отводили корабли в сторону, также на места будущих якорных стоянок. Только в этот раз топки не гасили, наоборот, учили, как поддерживать, чтобы корабли не промерзали. С отоплением там тоже разобрались, но борту оно было. Следом достал оба лёгких крейсера. Буксиры работали медленно, и время уходило. Дредноут я достал уже в полной темноте северной ночи. Он остался на месте, и на его борт поднялась сотня моряков при пяти командирах и сам контр-адмирал. Вот они ночью и стали осваивать корабль. На него двух инженеров выделили, забрав с эсминцев. Освоят моряки эти корабли, и будет у советского флота своя конвойная эскадра, как я понял, её планировали использовать для охраны конвоев. Хотя, может, и ошибаюсь, и это наименование для дезинформации противника – вполне в духе наших моряков.