Техноведьма. Мастер дверей - Марина Дробкова

– В ваших словах есть изрядная доля истины, принцесса, – ровным голосом ответил грифон.

Валерия усмехнулась:

– Всего лишь доля? Вот как?

– Дело в том, что устранение орланов повлечет за собой разлад веками существовавшей системы.

– Я слышала уже это. И что вы предлагаете? Дожидаться, пока они захватят Центральный?

– Думаю, у них не хватит для этого ресурсов.

– Думаете? А вы что думаете, господин главный искин?

– Вероятность такого исхода я вижу равной пятидесяти процентам.

– Вы слышали, наместник? Вы собираетесь сидеть и гадать, захватят или не захватят?

– Нет, ваше высочество. Это неразумно.

– Наконец-то здравая мысль! Господин главный искин!

– Весь внимание, принцесса.

– Проверьте беспилотники. В ближайшее время они понадобятся.

– Команда получена. Приступаю.

– Приступайте. А вы – подите вон, наместник. И без конде Антона не возвращайтесь.

Молча поклонившись, грифон вышел.

«Все идет по плану, – подумал он, улыбаясь. – Однако и дался же ей орлан!»

Лес

Антон принял решение рубить лес.

Тем, кто внутри, хуже уже не будет. А те, кто снаружи, всегда могут уплыть отсюда. Или улететь. Жители предупреждены и готовятся к эвакуации. Завтра Антон свяжется с Центральным, а возможно, и с Рока-Алада, если самый крупный остров откажется принять тысячу человек сразу. Жалко оставлять Светлоярск вместе с городом техно, но жертвовать людьми, детьми, пусть и всего двумя, он не намерен. Впрочем, в Доме, кажется, жить по-прежнему безопасно. Но даже если интернат решит остаться, чего Антону не хотелось бы по нескольким причинам, это не сильно изменит ситуацию для остальных.

Он сидел в кабинете мэра, в том самом вертящемся кресле, – теперь это был его кабинет. Да и вообще тут все выглядело по-старому, отсутствовали лишь секретарша и ноутбук. Мэр забрал их с собой. Хотя к чему орлану кабинет? Он предпочел бы, как и раньше, разместиться в здании «шестеренки», с гарнизоном. Но там не имелось телефона, а здесь он был. Управляющему островом необходима связь.

Антон встал из-за стола, готовясь отдать распоряжения относительно штурма Города-за-воротами, когда ему доложили, что пришел Виталик. Конде отметил про себя, что скоро закат и надо бы поторопиться. Ведь Сергея можно извлечь из города только в темное время. А вот что делать с ним дальше? Ну, дальше будет видно.

– Разрешите войти, конде? – Виталик появился на пороге.

– Входи.

Он еще не стал уно, хотя уже дал согласие. Церемония откладывалась, потому что Антон задерживался на острове. Он не хотел, чтобы посвящение молодого орлана проходило без него. Почему-то опасался, что что-нибудь пойдет не так. Поэтому Виталик до сих пор оставался со своими в Доме – даже не в гарнизоне, что было бы логично. Но внутренний голос подсказывал Антону: не надо торопиться. Пусть лучше пока побудет в семье, с мамой и папой. А также с Ириной и остальными детьми. В том, что у него попросту не хватает духу отнять Виталика у Ляли, страшно повторить их с Ириной историю, конде ни за что бы себе не признался.

– Я должен с вами поговорить. Это очень важно. И срочно.

Антон жестом указал Виталику на стул напротив и сел сам.

– Слушаю тебя.

– В тот вечер, когда мы возвращались с Рока-Алада, при стычке над отмелью меня сбили, и я упал в море.

– Я помню. Тебя спас дельфиноптер.

– Да. Но он не сразу вывез меня к Светлоярску. Сначала доставил на Безымянный остров. И там я встретил странного человека.

Антон вздрогнул:

– Почему ты не рассказал об этом раньше?

– Сначала было не до того, ведь мы спасали Юлю. А потом это происшествие стало казаться какой-то глупостью… и даже выдумкой, – смущенно ответил Виталик. – Я не хотел беспокоить вас всякой ерундой.

Антон кивнул:

– Мне это знакомо. Но теперь ты, видимо, не считаешь это ерундой?

– Теперь после всех событий – лес, сколопендра, единорог – я подумал: быть может, это реальный шанс все исправить. Или хотя бы кого-то спасти.

– Понимаю. Рассказывай.

…Виталик рассказал.

Антон слушал молча, лицо его оставалось спокойным.

– И я подумал, – закончил Виталик, – может, и правда нужно сыграть в эту игру, хоть она и кажется совершенно несерьезной. Детской забавой какой-то.

Конде встал и вышел из-за стола.

– Иногда детские забавы выглядят чересчур серьезно, а по-настоящему важные вещи кажутся игрой. Молодец, что рассказал. Сейчас самое время. Идем!

«Как кстати, – думал Антон. – Неожиданно и кстати. И значит, мир действительно на грани краха… Но зато появился шанс».

Едва они вышли из мэрии, как зазвонил телефон. Звонок у старого аппарата был громкий и пронзительный, хорошо слышимый на улице.

– Надо вернуться, – сказал Антон и поспешил обратно, в дверях чуть не столкнувшись с уно Русланом, помчавшимся за ним вдогонку.

– Это вас, конде. Срочно.

Антон бросился назад в кабинет и поднял лежавшую на столе трубку. Виталик вошел следом за ним.

– Управляющий Светлоярском слушает!

– Здравствуйте! – закричал детский голос. – Комиссар, это вы? Мне нужен комиссар. То есть конде Антон!

– Это я, – напрягся Антон.

– Это Аня Пчелкина. Я на Рока-Алада. С братом. Нам срочно нужна помощь!

– Аня, ты жива! Чем я могу помочь? – быстро проговорил конде.

– Серые арестовали гранда. Мы боимся, что нас убьют!

Антон развернулся к Виталику. Через старую трубку голос Ани был хорошо слышен и ему.

– Обратитесь к моему отцу! Вы можете до него добраться? Я немедленно пошлю вам помощь. Але, Аня, ты слышишь?

– Спасибо. Не могу больше говорить, – прошептала Аня и отключилась.

– Уно Руслан! – громко позвал конде.

Уно явился.

– Немедленно вызовите мне майора.

– Слушаюсь!

И бросился выполнять.

– Ты слышал?

– Это точно Анюта?

– Да. Что она делает на Рока-Алада и что там происходит…

Говоря это, Антон набирал номер гранда. Телефон на Рока-Алада, конечно, был – единственный, для особых случаев. Трубку сняли мгновенно.

– Рока-Алада!

Голос не принадлежал ни гранду, ни адъютанту гранда. Это был голос кого-то из серых, Антон узнал характерную интонацию.

– Говорит конде Антон со Светлоярска. Я хотел бы переговорить с грандом.