Игры в чужой песочнице - Илья Шумей

-Да как я мог тебя заложить, если только сегодня в первый раз увидел!?

-А какого черта ты тогда вообще здесь делаешь!? Кто тебя прислал? Откуда у тебя информация? – в руке Содоса словно из ниоткуда снова возник тяжелый пистолет, - колись по быстрому, и я потрачу на тебя всего один патрон.

-Я же сказал, я ничего не знаю! – пилот сучил ногами, тщетно пытаясь вдавиться глубже в стену, - я мелкая сошка, моя задача – следить за перемещениями сомнительных грузов и ничего не предпринимать. Обычная рутина.

-Сомнительных грузов!? Следить!? – рев второго пилота, подпрыгивающего чуть позади, продолжал набирать обороты, - мы с тобой из одного горла водку жрали, а ты, гад, за мной следил!?

-Как ты узнал, что я здесь!? – перебил его Содос.

-Да я понятия об этом не имел до сегодняшнего утра! Мне позвонили и сообщили, что по имеющимся сведениям ты тоже в «Зеленых холмах», и велели за тобой присмотреть. И все!

-Кто на меня настучал!?

-Понятия не имею!

-Если не ты, то кто!? – холодный ствол уткнулся Эду в лоб, - имя!

-Я не знаю, мне ничего об этом не сказали! - взвыл тот, чуть не плача, - клянусь!!!

-Ну и ладно, - Содос отступил на шаг, - это, в конце концов, не так уж и важно.

Все затаили дыхание, увидев, как напряглась его сжимающая пистолет рука, но вдруг он, словно придумав что-то получше, усмехнулся и быстрым движением убрал оружие.

-Вот кто заложил нас с вами, ребята, - громко объявил он, - вот та самая «легавая мразь», которую вы искали. Теперь он ваш!

-Это не так!!! – в панике воскликнул Эд, - я никого не закладывал!!! Скажи им, Чертенок!!!

Не обращая на его крики никакого внимания, Содос развернулся и зашагал к двери, подхватив по дороге свою сумку. За его спиной загремела отодвигаемая мебель.

Выбравшийся из своего аэродромного сарая рябой техник с рассеянным интересом наблюдал за тем, как Содос отбросил в сторону последний гравитационный магнит и, схватившись за край тента, побежал вдоль челнока. Лишенное контроля, полотнище заиграло красками, переливаясь как бензиновая пленка на воде, пока не угомонилось, свалившись на землю у кормы неровной бурой грудой. Содос взлетел по трапу и скрылся в челноке.

Гарик широко и со вкусом зевнул. Судя по всему, странноватый торговец собирался угнать корабль. Это интересно. Никаких особых инструкций на такой случай он не получал, да и не испытывал особого желания лезть в чужие дела. Он же не сторож, в конце концов. Пусть пилоты сами разбираются со своими проблемами.

Влетев в кабину, Содос прыгнул в кресло первого пилота и бросил сумку на соседнее. Его руки отработанными движениями плясали по тумблерам и кнопкам, пробуждая корабль к жизни. Кодовая карта отправилась в щель приемника, обнаруженного под приборной панелью.

Глухо лязгнул захлопнувшийся люк. Загудели генераторы, вспыхнули экраны, над навигационным проектором замерцала объемная карта местности. Даже сквозь толстые стальные стенки прорывался треск разрядов, голубоватыми щупальцами извивающихся под брюхом челнока, будто пытаясь удержать корабль, притянуть его к земле, не дать подняться в небо.

-Так, мы – здесь, оазис – здесь. На тридцать метров вверх и… - палец прочертил прямую линию над голографической картой, соединяя две точки, - хотя… проклятье! Отдельные деревья на карте, естественно, не показаны, а зря. Некоторые местные образчики вполне этого заслуживают. Придется идти в ручном режиме.

-Готовность – десять минут, - объявил навигационный компьютер.

-Тогда я, пожалуй, успею умыться, - Содос яростно поскреб заросшие щеки, - все-таки маскарад уже закончен.

Крутнувшись в кресле, он расстегнул сумку.

Поставив на полочку перед зеркалом баллончик с кремом для бритья, Содос положил рядом очки и скинул рубашку.

-Как же я это ненавижу! Кто бы знал! – вздохнул он, включая воду на полную мощность и наклоняясь над раковиной, - о, Боже!

С еле слышным плеском в воду, один за другим, упали два полупрозрачных коричневатых кружочка и, мгновение покружившись в водовороте, нырнули в слив. Содос выпрямился, протирая глаза. Нашарив на полочке баллончик, он снял с него крышку и энергично встряхнул. Удерживая его на вытянутой руке перед собой, другой рукой он зажал нос, зажмурился, поджал губы и выпустил себе в лицо струю страшно вонючей жидкости, совершенно не похожей на крем для бритья. Там, где она попадала на кожу, тут же начиналась какая-то бурная реакция, сопровождаемая отчетливым шипением и образованием жутких волдырей.

-Ненавижу! Ненавижу! – не переставая отчаянно ругаться, Содос сунул голову под струю воды. В раковину начали падать крайне неаппетитного вида пенящиеся лохмотья телесного цвета с торчащими из них волосами, - все! Пошла вон!

-Полетная готовность! – проворковал приятный женский голос.

-Уже бегу! – Содос выключил воду и, сдернув с вешалки полотенце, выскочил из туалета, на ходу вытирая мокрые волосы. Ненужные более очки остались сиротливо лежать на полке перед зеркалом.

Туша челнока покачнулась и начала плавно подниматься, оплетенная тающими на глазах извивающимися струями песчаных вихрей. Гарик улыбнулся. Вот вернутся пилоты – тогда начнется настоящее веселье!

Дым ел глаза, горло драло от гари, а голова буквально раскалывалась от доносящихся со всех сторон пронзительных звериных криков. По краям поляны метались тени хайенн, разрываемых страхом перед огнем с одной стороны и инстинктивной боязнью открытого пространства - с другой. Их количество увеличивалось с каждой минутой. Некоторые особи были ранены, некоторые обожжены, и их шерсть еще дымилась на подпаленных местах. Самцы, самки, детеныши – все смешалось в одну сплошную шевелящуюся массу, по периметру облепившую крохотный пятачок в самом сердце оазиса - последнее относительно безопасное место посреди огненного ада.

Впрочем, Мария не испытывала особых иллюзий и прекрасно понимала, что уже через несколько минут эта лужайка может стать и для них и для нее одной братской могилой.

Обмотав лицо влажным полотенцем и завернув в куртку свой рабочий компьютер, она подбежала к машине и бросила сверток на сиденье. Если поднажать как следует, то можно успеть проскочить через горящий лес еще раз. В сгущающемся дыму, конечно, легко вылететь с дороги, очень уж сильно слезятся глаза, но других вариантов нет. Мария включила фары, пробившие сизый туман двумя светящимися конусами. Вот только пойдут ли животные за ней, и не приведет ли она их из огня да на расстрел? Вполне возможно, но, останься они здесь, у них точно не будет ни единого шанса уцелеть.

Девушка сунула руку в карман штанов, но на привычном месте манка не оказалось. Черт! Где же он? Она лихорадочно начала обшаривать остальные карманы. Может быть, в куртке?

Проклиная весь белый свет за непредвиденную задержку, она схватилась за сверток с компьютером, как вдруг ее осенило. Ну конечно! Вчера, раздосадованная собственной выходкой перед Содосом (ох, вот дура, так дура! Это тебе так с рук не сойдет, помяни мое слово!), она бросила манок на стол, да так там и оставила. Точно!