Лед и пламень - Ольга Романовская

– Лечить. – Я старательно скрывала волнение.

Да, именно так. Я сейчас не девочка, а целитель. Опустилась на колени и занялась делом. Маги не препятствовали, поэтому работа спорилась. Внешние повреждения – пара пустяков. Быстро заживила и заглянула внутрь. Не так уж плохо. Я полагала, после ритуалов жертву приходится штопать, но нет, пострадало только сердце и некоторые кровеносные сосуды.

– Корпию, – ненадолго вернувшись в реальность, распорядилась я. – И бокал сухого красного вина.

Зачем корпия? Подстраховаться. Вдруг вскроется какая-то рана?

– Мы не слуги, – высокомерно ответил тот же маг, высокий, плечистый. Точно, воин.

Я встала и повторила приказ, сдобрив его фунтом надменности. Тяжело смотреть сверху вниз, когда ты по плечо собеседнику, но ничего, не в росте дело, а в силе духа.

– Я леди, вам даны указания. Исполняйте. Или мне напомнить ваши обязанности? Сомневаюсь, будто кто-то из вас носит герцогскую корону.

Даже не знаю, откуда взялась такая смелость. Внутри все сжималось от страха, но я говорила четко и ясно. Заодно проверю рассказы о местных леди. Если все правда, перечить не станут.

Не стали. Поклонились и подчинились.

Через минуту мне принесли ворох корпии и початую бутылку. Я смочила тряпочку в вине и приложила к губам Филиппа. Меня тревожило его странное забытье. Он передвигался, как кукла, дышал, но не говорил, не реагировал на свет, и я не понимала, как это исправить. Тут замешана магия, но ее на уровне ауры не видно.

– Это вы наложили? – указала на застывшие глаза Филиппа.

Ой, а у него радужка изменилась: один глаз потемнел. Второй остался карим. Талия говорила, у некромантов и одержимых желтая радужка, Филипп и вовсе называл разноглазость особой печатью. Надеюсь, зелень, превратившаяся в болотную ряску, – знак окончательного излечения.

– Нет, – неохотно ответил маг, демонстративно посматривая на карманные часы. Мол, у него дел много, а я задерживаю. – Это последствия обряда очищения. Если бы господин маркиз очнулся сразу, выл бы от боли, а то и рассудка лишился бы. Пройдет к утру.

Надеюсь, меня не обманывают. Может, Филипп и не идеал мужчины, но зла ему я не желала. Вгляделась в изможденное лицо. Красивый, даже теперь красивый. Наверное, все девушки падки на брюнетов, а Филиппу было чем пленить. Навсеи – они одновременно притягательные и отталкивающие. Но с Геральтом Филиппу не тягаться. Пусть любимый старше, пусть кое в чем уступает другу, но мое сердце бьется чаще от одного его взгляда.

Я покачала головой. Все искала разгадку собственному поведению, а вот и она. Филипп сам говорил, а ты отмахивалась. Зато теперь убедилась, что привлекательность и любовь – разные вещи. Считай, получила жизненный урок.

Мне сразу полегчало. Произошедшее в замке подернулось пеленой, отступило. Скоро совсем забуду.

Корпия не понадобилась, а вот немного вина я в Филиппа влила: полезно в его состоянии. Сама тоже отхлебнула из горлышка. Не каждый день ведь присутствуешь при жутком ритуале, кусаешь королевского некроманта и признаешься, что позволила взять себя мужчине из-за привлекательного тела. Зато Филипп теперь ни чуточки не возбуждал. Смотрела на бугорок на кальсонах, и хоть бы одна фантазия! Зато при мысли о Геральте я расплывалась в глупой улыбке.

Я глотнула еще и хихикнула. Нервное, не иначе. Интересно, чем Соланж Альдейн объяснит искусанные руки? Сейчас он в перчатках – прячет мои отметины. Соврет про собаку или скажет, что занимался опытами и нож соскочил? Крепкое однако вино, раз подобная чушь лезет в голову.

– Я бы принес бокал, леди, – обиженно заметил все тот же надменный маг, видимо, старший из двух.

Он растратил былую спесь, смотрел с уважением.

А, не надо бокала, побуду пару минут простолюдинкой.

– Намиловались? – послышался насмешливый голос Соланжа.

Он спустился по лестнице вместе с Геральтом. Странно, почему не телепортом? Как была, с бутылкой в руке, я шагнула навстречу мужчинам, тревожно всматриваясь в лица. По некроманту ничего не скажешь, ледяная глыба, а вот Геральт напряжен. Челюстные мышцы свело, губы сжались в тонкую ниточку. Тяжелый вышел разговор!

Любимый взглянул на друга и просветлел. Значит, за него переживал. От сердца отлегло. Я ведь подумала, Соланж устроил в кабинете пыточную.

– Мы все уладили, – доложил Геральт и отобрал бутылку. Безропотно отдала: леди не стоит столько пить. – Сможешь навещать Филиппа в тюрьме, только получи разрешение у коменданта. Сегодня допрашивать никого не станут, а завтра прогуляемся в королевский дворец.

Я посторонилась, пропуская некроманта. Он прошел так близко, что запах вербены защекотал ноздри. Скользнул, будто по льду, я невольно залюбовалась. В голове раздался самодовольный смешок: «Нравлюсь?» Вспыхнув, я гордо задрала подбородок и плотно сжала губы. Что он о себе возомнил! «Ровным счетом ничего, просто у вас богатая фантазия», – бесцеремонно влез в мысли Соланж и одарил оценивающим взглядом желтых, будто диковинный янтарь северных морей, глаз.

По телу пробежала дрожь, и я поспешила спрятаться за Геральтом. Некромант раздевал меня взглядом! Пусть без порочной улыбки и сладострастного предвкушения, но медленно, слой за слоем, мысленно снимал одежду, чтобы потом, словно ученый, изучить меня. Зачем? Соланж видел абсолютно все. Тело у меня обычное, женщины некроманта его величества не интересуют. Если верить слухам, у него даже любовницы нет. Находит изредка кого-то, проводит пару часов, и все. Ему королева себя предлагала – и ничего, и тут вдруг я. С самого начала, Дария, с самого начала! Вспомни королевскую опочивальню, его руки, губы, голос… Великая Мать, только внимания Соланжа Альдейна мне не хватало! Пусть ограничится взглядами. Наверняка решил просто проучить.

Некромант быстро потерял ко мне интерес и склонился над Филиппом. Ладонь накрыла глаза брюнета. Из-под нее вырвалось теплое свечение – как лучи солнца. Филипп дернулся и оттолкнул руку Соланжа. Да как – едва не сломал. Вот она, реакция боевого мага!

– Сознание вернулось, – констатировал Соланж. – С воскрешением, маркиз, и добро пожаловать в застенки!

Лицо некроманта мгновенно стало жестким, глаза посветлели. Я посочувствовала Филиппу: ничего хорошего его не ждало.

– В Замок, – распорядился Соланж и направился в портальную комнату.

Странно, до этого Филиппа тащили в холл, почему раздумали, повернули обратно?

– Милорд любезно предложил открыть портал, – ответил на невысказанный вопрос некромант. – Похвальное содействие правосудию!

Он даже не обернулся. Голос звенел металлом, в нем не осталось и следа от былой игривости. Передо мной вновь стоял некромант его величества, которого так опасался Филипп. Да и Геральт до подпитки силой тоже посматривал с боязнью. Теперь – с уважением, но без страха.

Геральт обогнал Соланжа и пристроился во главе скромной процессии. Куда же деваться мне? Идти рядом с Филиппом? Или вернуться в спальню? Пока думала, любимый скрылся в анфиладе комнат.