Белоснежка для его светлости - Ева Никольская

С кухни он вышел, так и не сказав Мире, что подать на завтрак. Попавшейся на пути Яре велел активировать защитный купол и охранять Снежану до своего возвращения. Однако, дойдя до ворот, передумал и, резко развернувшись, направился обратно, чтобы лично предупредить жену об изменении планов. Если Регина действительно угодила в беду, это было еще вчера днем, и с оказанием ей своевременной помощи эррисар все равно уже опоздал. Так что пара минут погоды не сделает, а маленькая ревнивица может и не простить потом, что он, не сказав ни слова, помчался к своей бывшей пассии выяснять, насколько реальны ее проблемы. Ведь леди Грэй в разговоре не дала ни намека, который мог бы навести милорда на правильную мысль еще вчера. Впрочем, мужчина не очень-то вслушивался в ее речи, наслаждаясь тем, что видит эту красавицу перед собой и ничего, кроме слабого раздражения, к ней не чувствует.

На втором этаже кто-то вскрикнул. Достаточно громко, чтобы это было слышно на улице. И моментально забыв о Регине, Варг бросился в дом. Очередной крик раздался, когда он подбегал к крыльцу, и этот второй вопль напугал мужчину до дрожи в мгновенно вспотевших ладонях. Не Снежкин голос, слава Сияющему, а ее компаньонки! Но неравнодушный воробышек наверняка уже кинулась спасать подругу, что бы с ней ни стряслось. Пока эррисар взбегал по лестнице на второй этаж, он молил бога о том, чтобы гомункулы успели раньше его принцессы. Чутье подсказывало: с Клотильдой случилось что-то ужасное, но Варг безумно боялся не за нее, а за свою черноглазую непоседу.

Интуиция не подвела: закутанная в алую простыню Белоснежка действительно оказалась там, где ей быть не следовало. По краям незнакомого покрывала, расстеленного на кровати, ярко горели четыре вшитых в фруктово-яблочный орнамент камня, от которых тянулись световые нити к двум порталам – кроваво-красным светящимся воротам в другой мир, открытым прямо в доме эррисара! Суровая, решительная, с мокрыми волосами и ледяными «змеями» хищно сверкающих плетей, зажатых в маленьких кулачках, Снежана напоминала богиню возмездия, готовую разнести в щепки все вокруг. По коже ее расползался морозный узор, глаза гневно сверкали, а у босых ног неподвижными куклами лежали пустые оболочки развоплощенных духов, чьи призрачные сущности бились, точно бабочки в банке, за толстыми стенками желтых кристаллов, зажатых в когтистой лапе черного «оборотня».

Еще один монстр валялся рядом с гомункулами, и по его светлой шерсти растекалось темное пятно крови. Третий отползал от разъяренной снежной леди, прижимая к груди рассеченную лапу. Огромный каштановый демон зажимал рот перепуганной блондинке, удерживая ее второй пятерней за талию, чтобы не дергалась. А еще трое зажигали на ладонях пламя, явно намереваясь спалить к Аштарэту весь дом. Но с появлением эррисара возникла заминка, и все участники разгрома уставились на него, включая слегка растерявшуюся Белоснежку.

Несколько секунд спустя…

Мгновение назад демоны еще стояли, глядя на ворвавшегося в комнату эррисара, на глазах менявшего облик на сотканное из света чудовище с темными провалами глаз, – то самое, что я видела в Хельгином предсказании и отчего-то не узнала, узрев его ночью верхом на виверне. А потом как-то разом визитеры задвигались, зарычали, обмениваясь непонятными мне репликами, и их темные мохнатые фигуры начали вспыхивать словно свечки, превращаясь в огненные силуэты. В прежнем виде остались только двое: черный как ночь, предводитель, отдававший приказы своей своре, и его соратник, схвативший Тиль. Я никогда раньше не видела живых демонов, зато слышала их описание от друзей-стражей. Поэтому, ворвавшись в спальню подруги, сразу поняла, кого принесла нелегкая к нам на огонек. Ну или с огоньком, судя по второй ипостаси гостей.

Драка началась внезапно. И хотя все будто толчка ждали, кто-то должен был сделать первый выпад, и этим кем-то, как ни странно, оказалась я. Хлесткий удар колючей плети по очнувшемуся раненому послужил для демонов сигналом к атаке. В тот же миг Варг резко крутанулся на месте, обрушив световую волну на метящих в него монстров. Они, словно горящие головешки, разлетелись во все стороны, ударились о пол, стены и подожгли-таки комнату. Милорд же недолго думая спалил к чертям собачьим покрывало. И порталы, потеряв свои маяки, тут же схлопнулись.

Дальнейшее разобрать оказалось очень сложно, да и некогда было, если честно, разбираться. Эррисара то и дело атаковали гости с Изнанки, а я, работая на пределе, швырялась боевыми заклинаниями во все, что движется, стараясь не задевать при этом светлые пятна, коими являлись для меня супруг и компаньонка. Простыня давно упала, сгинув в месиве из обломков мебели и обрывков драпировок. Я спотыкалась, ругалась, периодически выкрикивала Варгу: «Сзади!», «Пригнись!», «Дай мне!». На уровне инстинктов вспоминая все то, чему на тренировках учил меня брат, лупила огненных засланцев, ловко уклоняясь от ответных выпадов. Хотя их, если честно, было не так уж и много. Демоны сосредоточились на эррисаре, а от меня отмахивались как от назойливой мухи, ну… или от жалящей снежной осы.

Варг крушил дом, то ли пытаясь потушить пожар, то ли стремясь таким радикальным способом обезвредить огненных гостей. Бились стекла, трещала по швам магическая защита, кто-то рычал, ломая мебель, и снова бросался на моего мужа, что-то взрывалось и оглушительно громыхало, отвлекая от боя, а один из «оборотней», прикрываемый сородичами, бочком пробирался к выходу, утаскивая за собой отчаянно брыкающуюся Тиль. Варгу было не до нее, ну а я просто не могла позволить тварям из другого мира похитить мою подругу. Не зацепить извивающуюся блондинку ударом плети казалось практически невозможно, и все же я постаралась. Прицелилась, чтобы не нанести ей вреда, замахнулась… и сама угодила в плен огромных волосатых лап предводителя, на время выпавшего из моего поля зрения.

Попробовала его ударить излюбленным оружием снежных – не помогло. Тогда, развеяв ставшие бесполезными плети, швырнула в монстра две горсти ледяных игл, но все они отлетели от мохнатой шкуры, столкнувшись с мощным магическим доспехом. «Оборотень» что-то рыкнул мне в ухо, я, естественно, не поняла. Разбираться не стала, вместо этого попыталась приложить его еще парочкой боевых заклинаний, но, так и не добившись результата, в отчаянии применила морозный стазис. Знала бы, что мои чары отзеркалят от щита этого красноглазого демона, просто врезала бы ему пяткой по коленям. Но, увы.

Варг вовремя заметил, что мое обездвиженное тело тащит куда-то мохнатый вор, и швырнул в демонов заклинанием такой мощности, что они вылетели в соседнюю комнату вместе со стеной, сам же ринулся отбивать добычу у черного заводилы. Муж наверняка победил бы этого волкоголового мерзавца, если б за спиной не полыхнуло рыжее пламя. В следующее мгновение эррисар замер с заведенной для удара рукой, затем странно покачнулся и… повалился на засыпанный обгоревшим хламом пол, стремительно принимая человеческий облик. Когда огромная фигура моего «варвара» перестала загораживать обзор, я узрела светловолосого мальчика с окровавленным топором в руках, и глаза его в этот раз были вовсе не черными, как у лордов тьмы, а красными, словно горящие угли.

Секунда, две… и черты детского лица будто смазались, до неузнаваемости меняя внешность. Вместо сына Регины я теперь видела невысокого юношу лет семнадцати, губы которого кривились в отдающей безумием ухмылке. Но она тут же уступила место обиженной гримасе задиристого волчонка, когда мой похититель гневно рыкнул на чересчур инициативного помощника. Я бы убила этого подлого молокососа… Нет, не так! Я его непременно убью, когда смогу наконец пошевелить хоть пальцем. Потому что он серьезно ранил моего мужа. Ранил… То, что его светлость мог быть мертв, думать я себе запретила.