Во всем виноваты пришельцы - Вячеслав Козырев

Максим понюхал содержимое, осторожно лизнул: ничего подозрительного, вода как вода. Немного отпив, он аккуратно завинтил крышку.

– Надо экономить.

– Ты откуда ее взял? – спросил Толян.

– Лежала.

– Значит, точно планеты связаны, иначе откуда здесь взялась наша вода.

– Ага, инопланетяне с Земли везли и по дороге потеряли. Они ее вместо выдержанного коньяка употребляют.

– Почему потеряли?

– Хочешь сказать, нам ее специально подкинули, чтобы мы ноги не протянули? Сначала попытались свести с ума, а затем передумали и принялись раскидывать бутылки для того, чтобы ты не помер? Не стыкуется.

– А что, вполне может быть, – не сдавался Толян. – Все-таки мы из другой звездной системы, и могут произойти межпланетные осложнения.

– Не мели чепухи, ты у нас не временный поверенный, и у тебя нет дипломатической неприкосновенности. Мы сюда пришли воевать, и разберутся с нами по законам военного времени.

– Тогда откуда взялась вода?

– Мне кажется, здесь некоторые наши особенно сильные, яркие желания могут материализоваться. В смысле – исполняться.

– Желания сами по себе не исполняются, обязательно нужен Маг, Волшебник или Дед Мороз, в крайнем случае – родители. А здесь кто?

– Планета.

– Опять двадцать пять. Крыша едет, дом стоит. Я, по-твоему, маленький ребенок? – с осуждением посмотрел на него Толян. – Как может нам помогать планета? Ручек у нее нет, и думать она не умеет.

– Умный больно? Что мы знаем о других мирах? Вон Сквозник исчезать умеет, да и у меня немного получается. Откуда мы знаем, что тут творится. Энштейна знаешь?

– Слышал.

– Он высказал теорию о возможности перехода атомов из одного состояния в другой.

– Н-да-аа, в веселенькое место мы забрались, – почесал затылок Толян, спасовав при упоминании о великом ученом. – Не знаешь, кому и верить.

– Мне, – заявил Максим. – И давай поднимайся, видишь впереди на горизонте горы?

– Они нам тоже кажутся.

– Дойдем и посмотрим.

– Эх, поесть бы.

– Успеешь.

– Что значит успеешь, – насупился Толян. – Я когда нервничаю, всегда есть хочу. А тут одни сплошные стрессы.

– Думаешь, где-нибудь поблизости специально для тебя построили «Макдоналдс»?

– Да нет, но если появилась вода, то, возможно, и еда где-нибудь рядышком завалялась. У меня живот к спине прилип.

– Не ной.

– Я есть хочу, – не унимался Толян. – Хотя бы маленький бутербродик с маслом и сыром.

– Иди поищи.

– Издеваешься? – шмыгнул носом Толян. – Ты бутылку нашел, а не я.

«А может, проверить»? – мелькнуло в голове у Максима.

Крепко закрыв глаза, он представил себе маленький, аккуратненький бутерброд: кусочек булки, намазанный маслом, с тонким, почти прозрачным листиком сыра. От этого видения у него потекли слюнки и заурчало в желудке. Все-таки как хочется есть! Выждав несколько секунд, он осторожно приоткрыл один глаз, и – о счастье – перед ним лежала вожделенная еда.

– Оно, это, того… – изумленный Толян не находил слов. – А оно съедобное, не отравленное? Что-то мне есть не хочется.

– Хозяин-барин, – согласился Макс и, разломив бутерброд, немного откусил от своей половинки.

Толян с напряжением следил за выражением его лица, затем не выдержал и, схватив второй кусок, сунул в рот и мгновенно проглотил.

– Больше нет? – поинтересовался он, слизывая с пальцев остатки масла. – А то на один зуб не досталось.

– Сделай.

– В смысле?

– Возьми и создай. Захотел, представил, получил.

– Я что, фокусник? – обиделся Толян.

– А все-таки.

Толян прищурился и состроил зверскую гримасу, которая, по его мнению, придавала его лицу умное выражение.

– Не получается! – через минуту сердито вздохнул он.

– Не хочешь ты есть, не хочешь, – взглянув на его кислую физиономию, улыбнулся Максим. – Показываю в последний раз. Смотри: захотел, представил – получил, захотел, представил – получил. Оп-ля.

Перед ними лежало два бутерброда.

– Ты супермен! – торжественно объявил Толян, глядя на друга широко раскрытыми глазами. – Ты у нас теперь обладаешь этими, как их, парна… нормна… в общем, исключительными способностями и что угодно можешь сделать.

– Вряд ли, скорее всего это планета выполняет простейшие желания.

– А главное, вовремя. Теперь я готов идти хоть на край света, – решительно поднялся на ноги Толян. – Мы еще поборемся.

Они стояли и смотрели на большую (иначе и не назовешь) кучу камней.

– И эти обломки ты называл горами? Ведь за ними опять пустыня.

– Ну, по сравнению с остальным пейзажем, – неуверенно ответил Максим. – И раз уж дошли, давай посмотрим.

Однако идти с каждым шагом почему-то становилось все труднее и труднее, а на последних метрах стало и вовсе невмоготу.

– И куда, спрашивается, лезем, ноги ломаем, – ворчал Толян. – Ни хрена тут нет.

Максим, не отвечая, шагнул и… натолкнулся на невидимую, но вполне осязаемую преграду. Словно перед ними стояла прозрачная стена.

– Это что? – отпрянул Толян.

– Скорее всего защитный экран.

– А не опасно? Может, он под напряжением?

– Слушай, ты столько вопросов задаешь, – не выдержал Максим. – Вернемся домой, подарю тебе энциклопедию для общего развития.

И он, выставив перед собой руки, упрямо двинулся вперед. Сопротивление нарастало, и в конце концов он остановился, не в силах сделать больше ни шагу. Он слегка отступил, разогнался и со всего маху нырнул вперед. Тело его сдавило со всех сторон, и он, не успев испугаться, что застрянет, услышал хлопок, словно лопнул пузырь, и вылетел с другой стороны.

– Давай сюда, – махнул он Толяну.

Тот боязливо шагнул, но тут же остановился. Максим, недолго думая, схватил его за руку и резким рывком втащил внутрь.

От раскинувшейся перед ними картины у Толяна широко раскрылись глаза, а заодно и рот. Перед ними лежал огромный полуразрушенный город.

– Этого не может быть, – промямлил он. – Очередное надувательство.

– Не думаю. Мираж не потрогаешь, – ответил Максим и, подняв с земли маленький обломок, запустил его высоко в небо.

Яркий луч прорезал воздух, и камень разлетелся на тысячи осколков. Оба героя бросились ничком на землю.

– Откуда стреляли? – вопросительно посмотрел на друга Толян.