Морские звезды - Питер Уоттс

Ив Скэнлон просыпался, обливаясь потом, со сжатыми зубами, безжалостно выброшенный в реальность.

«О господи, нет. Я вернулся».

В реальный мир.

«Три с половиной часа. Всего лишь три с половиной часа…»

Больше сонник позволить ему не мог. Стадии сна с первой по четвертую давали десять минут каждая. Быстрый сон — тридцать, сжать сами видения не получалось. Семидесятиминутный цикл, по три раза за ночь.

«А ты мог бы сам распоряжаться своим графиком. Все остальные так и делают».

Фрилансеры лично выбирали распорядок работы. За наемных служащих — тех немногих, кто остался, — все решали другие. Ив Скэнлон служил по найму. Он часто напоминал себе о преимуществах: не нужно сражаться за место и выскребать новый контракт каждые шесть месяцев. Ты получал своего рода стабильность. Если хорошо исполнял обязанности. И продолжал их исполнять. А это, естественно, означало одно: Ив Скэнлон не мог позволить себе спать ночью девять с половиной часов, оптимальных для его вида.

Получается, он обрек себя на рабство ради безопасности. Чуть ли не каждый день Ив ненавидит сделанный им выбор. Может, когда-нибудь эта ненависть станет сильнее страха перед альтернативой.

— Семнадцать пунктов повышенной важности, — сообщил терминал, как только ноги Скэнлона коснулись пола. — Четыре трансляции, двенадцать Интернет-сообщений, один телефонный звонок. Телетрансляции и телефон чисты. Интернет-объекты дезинфицированы на входе с сорокапроцентной вероятностью проникновения вирусов сквозь фильтр.

— Поднять уровень дезинфекции, — приказал Ив.

— Операция уничтожит все зашифрованные вирусы, но также может необратимо повредить около пяти процентов рабочей информации. Я могу просто избавиться от опасных файлов…

— Дезинфицируй их. Что в несрочных?

— Восемьсот шестьдесят три пункта. Триста двадцать семь трансляций…

— Стереть все. — Скэнлон направился в ванную, остановился. — Подожди минуту. Воспроизведи телефонный звонок.

— Это Патриция Роуэн, — начал терминал холодным, отрывистым голосом. — Похоже, у нас проблемы с персоналом глубоководной геотермальной программы. Мне бы хотелось обсудить их с вами. Ваш звонок я направлю напрямую.

«Твою мать».

Роуэн была одним из самых высокопоставленных корпов Западного побережья. С тех пор как его наняли в Энергосеть, она практически не удостаивала его внимания.

— Звонок срочный? — спросил Скэнлон.

— Важный, но не срочный, — ответил терминал.

Сначала он мог позавтракать, может, даже проверить почту. Рефлексы настаивали, чтобы он бросил все и запрыгал дрессированным тюленем, изображая повышенное внимание. Их надо проигнорировать. Он им зачем-то понадобился. Наконец-то. Наконец-то, черт побери.

— Я иду в душ, — сказал он терминалу, сомневаясь, но не повинуясь. — Не тревожь меня, пока я не выйду.

Его рефлексам это явно не понравилось.

— …Что «излечение» жертв синдрома множественной личности на самом деле равносильно серийному убийству. Этот вопрос остается спорным в свете недавних открытий, что человеческий мозг потенциально может содержать до ста сорока полностью разумных личностей без значительных сенсорных/двигательных расстройств. Суд также рассмотрит вопрос о том, можно ли считать поощрение к добровольной интеграции множественных личностей — что сейчас является традиционной терапевтической практикой — доведением до самоубийства. Ссылки к следующему пункту идут под тегами «мыслительный процесс» и «юридический процесс».

Рабочий терминал замолк.

«Роуэн хочет меня видеть. Вице-президент, распоряжающийся всей северо-западной концессией Энергосети, хочет видеть меня. Меня».

Мысли раздались во внезапной тишине. Скэнлон только сейчас понял, что терминал замолк.

— Следующий пункт.

— Разбирая дело о разрушении умного геля, суд снял с религиозного фундаменталиста обвинение в убийстве, — прочитал тот. — Сообщение идет под тегами…

«Разве она не говорила, что будет работать со мной? Ведь такая у нас была договоренность, когда я только пришел?»

— «ИИ», «мыслительный процесс», «юридический процесс».

«Да. Именно это она и сказала. Десять лет назад».

— Э-э-э… Резюме, без технических подробностей.

— Жертвой стал умный гель, временно одолженный Научному центру Онтарио для публичной выставки, посвященной искусственному интеллекту. Обвиняемый во всем признался, утверждая, что нейронные культуры, — терминал изменил голос, аккуратно вставив звуковой фрагмент, — оскверняют человеческую душу.

Эксперты, вызванные по ходатайству со стороны защиты, среди которых числился и умный гель, давший показания по сети из университета Рутгерса, засвидетельствовали, что у нейронных культур нет примитивных структур, возникших в ходе эволюции среднего мозга, необходимых для ощущения боли, страха или желания самосохранения. Защита в дальнейшем сделала вывод, что сама концепция «права» создана для защиты индивидуумов от незаконного страдания. Поскольку умные гели не способны на физическое или умственное мучение какой-либо разновидности, то у них нет прав, которые следовало бы защищать, несмотря на уровень их самосознания. Это умозаключение было красноречиво суммировано во время финальной речи защиты: «Даже сам гель не заботится о своей жизни или смерти. Почему о них должны думать мы?» На решение суда подана апелляция. Ссылки на следующие объекты по тегам «ИИ» и «мировые новости».

Скэнлон проглотил пригоршню порошкового альбумина.

— Перечисли экспертов, привлеченных защитой. Только имена.

— Филип Кван. Лили Козловски. Дэвид Чайлдс…

— Стоп.

Лили Козловски. Он знал ее еще по Калифорнийскому университету Лос-Анджелеса. Свидетель-эксперт. Твою же мать. «Да, может, мне следовало целовать побольше задниц в аспирантуре…»

Скэнлон фыркнул.

— Следующий.

— Количество Интернет-вирусов снизилось на пятнадцать процентов.

«Она сказала, проблемы с рифтерами. Интересно…»

— Резюме, без технических деталей.

— За последние шесть месяцев количество вирусных инфекций в Интернете снизилось на пятнадцать процентов благодаря продолжающейся установке умных гелей в критических узлах магистральной линии. Цифровые вирусы практически не способны инфицировать умные гели, поскольку каждый из них имеет уникальную и гибкую системную архитектуру. В свете этих недавно полученных результатов некоторые эксперты предсказывают безопасное возвращение к обыкновенному пользованию электронной почтой к концу…

— А, на хрен. Отмена.

«Давай, Ив. Ты годами ждал, когда эти идиоты признают твои способности. Может, вот оно. Не провали все излишней готовностью».