Градуал - Кристофер Прист

На третий день по отплытии я покинул каюту рано утром. Эти часы всегда были лучшими для путешествующих в здешних широтах. Еще несколько минут, и солнце засверкает с небес, но пока оно еще держалось над восточным горизонтом довольно низко, а резкий бортовой ветер раскачивал корабль. Нос судна нырял и рыскал, прорезая белые верхушки волн. Я немного прошелся по верхней палубе, после чего вернулся к себе. Мне хотелось сделать эту поездку рабочей, и голова кружилась от идей для нового сочинения. До прибытия оставалось несколько часов, и я намеревался с пользой провести их в каюте.

Я остановился у борта, чтобы немного подумать, когда рядом со мной появилась женщина. Я не слышал ее приближения. Она легко тронула меня за руку. Ее лицо обрамляла потрясающая грива серых волос.

– Монсеньор Сасскен? – осведомилась она. – Меня зовут Ренеттиа. Я буду вам помогать, когда судно прибудет на Кэ.

Тут я ее узнал: это была молодая женщина, обратившаяся ко мне на Ристоре. Я понимал, что предстоит новый контакт с адептом, но не ожидал, что меня перехватят еще в пути.

– Ренеттиа?

– Я буду присматривать за вами на следующей стадии путешествия. Когда прибудем на Кэ и далее, до вашего отбытия. Можно взглянуть на ваш жезл?

– Я его не взял, он в каюте.

– Вы должны всегда его держать при себе.

– Не сейчас же. Это неудобно.

– Он мне нужен. Еще мне потребуется оплата. Вы направляетесь на восток. Пожалуйста, расплатитесь сразу.

– Нельзя ли поговорить об этом в другой раз? – возразил я, начиная сердиться. – У меня есть работа.

– Сорок талеров.

– Давайте обсудим деньги позже.

Ренеттиа стояла прямо передо мной, загораживая проход. Мы находились в узкой части палубы, между бортом и надстройкой. Внизу катило валы ослепительное море. Корабль покачивался под очередным порывом бортового ветра. С некоторым усилием я мог бы пройти мимо нее, но она твердо решила меня остановить. Я слышал, как сзади подходят другие пассажиры, но, кем бы они ни были, эти люди свернули в сторону и спустились по трапу.

– Сорок талеров.

– У меня только симолеоны. Вам придется удовольствоваться ими. Сколько это составит?

– Талеры. На любом судне есть бюро обмена валюты.

Я сдался. Она последовала за мной в офис корабельного казначея на корме. Он только что открылся. Я постоял в короткой очереди за другими пассажирами, а потом втридорога обменял почти все свои симолеоны на талеры. Подозревая, что мне их понадобится еще немало, я купил еще некоторое количество талеров на гульдены, которые снял со своего счета в банке на материке. Невыгодный курс обмена страшно раздражал, хотя я вполне мог себе его позволить. Много прошлых лет, проведенных в переживаниях из-за денег, до сих пор заставляли меня тратить нехотя.

Я вернулся в каюту, взял жезл и расплатился с женщиной. Когда она ушла, сел и принялся за работу, но был слишком на нее раздражен, и вдохновение не приходило.

Около полудня я сделал перерыв и поднялся на лодочную палубу. Там она меня и нашла, вернув жезл.

– Нечего с ним делать, – сообщила она.

– Тогда почему вы просили денег?

– Нечего делать сейчас. Еще нужно доплыть до Кэ. Фиилп вас хорошо подготовил.

– Фиилп? Это тот парень на Мьюриси? Он не сказал мне своего имени.

– Фиилп никогда не называет себя клиентам. Он снял вашу убыль. Это было непросто, – она указала на узор из бороздок, покрывавший древко моего жезла. – Мало кто из нас мог бы сделать это настолько блестяще.

– Я ему хорошо заплатил.

– Вы движетесь на восток, – сообщила Ренеттиа. Коротко улыбнувшись, она приложила руку козырьком к глазам, оглядела панораму и покинула меня. На мгновение я задумался, не считает ли она, что я должен за ней последовать, но женщина, не оглядываясь, прошла вдоль борта и скрылась где-то в главной части корабля.

Не знаю, чем она занималась после. Устроилась где-то на корабле, потому что перед Кэ мы уже нигде не причаливали. Когда она ела? На судне имелся лишь один салон-столовая для пассажиров, и внешность большинства из них уже была мне знакома. Должно быть, у нее была где-то каюта. Больше я ее не видел до конца дня, когда «Серкизец» причалил наконец в порту Кэ.