Чума теней - Вадим Калашов

Тень, та самая тень, едва заметная в ряби воды для простого человека, но ясная и чёткая для народа Теней, которая призывала жестами Фейли и Блича нырять, разочарованно всплеснула руками: пара выстрелов предназначалась охотнику.

Два стрелка, самые меткие, били по охотнику на теней прямо в зазоры между пассажирами первой лодки. Их выстрелы не попали в предназначенную цель, но не прошли даром. Рулевой третьей лодки схватился за плечо, его товарищ получил смертельное ранение в грудь. Остальные шесть стрелков ополовинили экипаж авангардной лодки.

Контрабандисты в панике стали разворачиваться назад. То же самое хотели сделать и другие. Но вожак гвардейцев взмахнул палицей и поклялся, что снесёт башку всем, кто захочет уйти от боя.

– К берегу, ублюдки, к их берегу! Это не стражники, это арбалетчики сообщества! Стражники не бьют с такой меткостью!

– Точно, – вторил ему, прячась среди бронированных товарищей, второй вожак. – Ливреи с ястребами. Какая наглость, даже не маскируются!

– И да, их от силы десяток! Перерубим тварей, что осмелились связаться с Девятью атаманами!

Всем известно, что любители стрельбы из арбалета в городах объединяются в сообщества. У каждого сообщества есть своя эмблема и свой устав. Ты можешь быть ремесленником или подмастерьем, купцом или чомпи, нищим или банкиром, но в сообществе все равны.

Каждое сообщество регулярно проводит состязания и несёт культуру арбалета в массы; является самой серьёзной силой городского ополчения; организовывает кассы взаимопомощи и делает прочие важные дела.

Сообщество Ястреба было самым молодым в столице – всего десятка три человек, – но уже успело прославиться двумя чрезвычайно меткими стрелками, и оба принимали участие в расстреле ночной армии.

Бандиты вскипели яростью, когда поняли, что им противостоят не привычные враги, а простые горожане, но только стреляющие лучше остальных.

– Причаливаем, и на ножи Ястребов! На ножи, они шавки в рукопашной!

Ночную армию бодрило понимание, что арбалетчики по времени успеют сделать всего два-три выстрела.

Первая лодка достигла берега с экипажем из мертвецов. Разбойникам не помогла даже идея прятаться за телами убитых. С третьей лодки бандиты догадались спрыгнуть в воду и достичь берега вплавь. Так же поступили и контрабандисты. Вторая причалила только с перепуганной Эрет, двум гвардейцам против меткости лучших Ястребов не помогла и броня – каждому арбалетный болт попал в глаз. Лодка арьергарда потеряла двух фехтовальщиков и одного из вожаков.

Но ещё раньше на берег прибыли ведомые чьей-то тенью дети.

– Э, ребят, вы ж клялись не бежать!

– Мы не бежим, Олэ. Мы хотели ждать на берегу, а где про…

Профессора, потерявшего сознание от сильного удара, пытался удержать на плаву Герт.

– Не могу! Он тяжёлый! Не могу!

Но вопреки «не могу» сын горшечника не бросал опекуна любимой девушки.

Блич и Фейли в желании помочь метнулись обратно, в воду, но на их пути стоял Меченосец.

– Не так быстро, воробышки! Не так быстро.

Глаза Олэ сверкали. Отхаркивая воду, он спешил выбраться на берег, чтобы сделать то, на что не хватило духу в трактире. Придётся герцогу поверить на слово, что Угроза реальна.

Подводный бой не оставил на нём ни царапинки – профессор не сумел применить теневой нож.

Олэ слышал свист арбалетного снаряда над самым ухом, когда падал, и понял, что целились специально в него. Это была засада не на бандитов, нет, это кто-то встречал охотника на теней. Они хорошо подготовились, а значит, охотник может не выжить. Вывод? – Дети умрут немедленно.

Охотник дёрнул меч и тут же вернул в ножны, не обнажив даже наполовину.

Сирот – не мечом. Не рыцарским мечом. Не смей!

Он схватился за нож, но из-за намокшего пояса смог извлечь только со второй попытки. И метнуть не успел. Точнее, успел, но не в того, в кого собирался.

– Друзья, расступитесь!

Дети послушно расступились, уступая дорогу бойцу, носившему неполный латный доспех с лёгкостью истинного профессионала войны. Нож охотника скользнул по броне, а ему самому пришлось спасаться от острого меча сильным отскоком. Достать свой Олэ не успел – продолжая атаку, воин пнул его в грудь.

– Воин Чести, – закричал кто-то, – нам конец, белый плюмаж Воина Чести!

Надо было всё-таки повернуть лодки назад.

Они могли догадаться. Обязаны были догадаться, что Ястребы никогда бы не выследили тайный ход ночной армии. Здесь нужна работа стражников. Самого знаменитого отряда стражников и их предводителя по прозвищу Воин Чести.

Единственный шанс для ночной армии теперь состоял в том, что по неизвестным причинам Воин Чести устроил засаду всего с семью бойцами из Герцогского Ока. Да ещё слабая поддержка восьми клинков арбалетчиков из Ястребиного сообщества.

Свист метательных ножей – стражники принимают всё на защиту, а трое Ястребов ранены. А дальше уже нет спасения легковооружённым бандитам и контрабандистам. Не проходит и минуты, как большинство изрублены или заколоты алебардами, а четверо уцелевших пытаются спастись вплавь, но не успевают зайти в воду дальше чем по пояс – их тут же настигают и заставляют сдаться в плен.

Но трое стражников, которые атаковали четырёх бойцов Атамановой Гвардии, уже лежат среди обломков своих алебард. На головы их страшно смотреть – размозжены палицами, буквально вдавлены в шлемы.

Оставив одного человека стеречь пленных, три бойца Ока вместе с пятью Ястребами спешат отомстить за смерть товарищей. Гвардейцев намного меньше. Как бы им сейчас пригодился меч охотника на теней, но Олэ до сих пор не может прийти в себя. Он встаёт, выплёвывая воду, делает несколько неуверенных шагов и снова падает, вздымая вихрь брызг.

Никогда, никогда Олэ Меченосец не получал такого сильного удара в грудь.

Однажды Олэ довелось пропустить удар ноги в сабатоне – стальном башмаке. Но и тогда он быстрее оправился.

Защитой ног предводитель Герцогова Ока пренебрегал, скорее всего, по финансовым соображениям. Но руки помимо кольчуги защищал перчатками, полунаручами, налокотниками и наплечниками. Вместо бригантины-безрукавки с эмблемой Ока, как рядовые стражники его отряда, Воин Чести надевал кирасу с короткой стальной юбкой, а поверх – красивое сюрко; а вместо открытого шлема носил бацинет с забралом – лучший бацинет, который доводилось видеть Олэ, а уж чего-чего, а шлемов он повидал немало. К бацинету крепился белый плюмаж, как у рыцарей, но рыцарем боец не был – шпор на сапогах не замечалось.

Оправившись, охотник метнул в Воина Чести два ножа, скорее от злости, чем надеясь поразить бойца пусть и в неполном, но латном доспехе. Предводитель Ока расстроился не больше, чем если бы противник бросался галькой.

Вольные фехтовальщики уже давно не нападали, а только успевали защищаться от стремительных, несмотря на броню, атак стражника. Меч их противника был всё тем же полуторником, но не мечом войны, – ни в рыцарском варианте, ни в том, который специалисты зовут «меч наёмника», – а так называемым мечом боя. Тот же, по сути, меч наёмника, но чуть длиннее и ещё чуть у́же. Правда, рукоятка богато украшена, да и сталь, видимо, была очень качественной, что более характерно для клинков знати.