Метро 2035. Злой пес - Дмитрий Манасыпов

– То есть, Хаунд, ты, как говорится, считаешь…

– Йа. Именно так и считаю.

– Ну, Хаунд…

Карно ушел. Даже жаль, с одной стороны… с другой – гость полностью обезопасил себя, заняв хозяина на весьма приличное время. А как еще? Карно умный, хотя иногда хотел верить во что-то хорошее. Сейчас вот, к примеру, поверил в отношения с молоденькой как бы музыкантшей и, судя по всему, знатно расстроился, понимая правду.

Вряд ли было как-то иначе до Войны. Если молоденькая красотка или юный красавец вдруг оказывались в любовниках у кого-то гораздо старше… Ни хрена это не любовь. Что угодно, но не чувства. Расчет чаще всего, решение каких-то проблем или, вот как сейчас, шпионаж. В последнем Хаунд был уверен на сто процентов. Почему? Звериное чутье, йа.

Так что подвернулась та самая не совсем пианистка вовремя. И уж наверняка пара близких Карно человек, давно думающих, как Хаунд, сейчас радостно потирали жесткие потные ладони, ожидая, как доберутся до нежного девичьего тела и примутся вытаскивать из нее правду всеми возможными способами.

Хаунд, со стороны грустно оценив хрупкую тонкую фигурку, сидящую к нему спиной, даже немного пожалел Куколку. Но недолго. Своя женщина всегда дороже, и, пока Карно злился и готовился к неприятной беседе с красоткой, пора было подумать о личных проблемах.

– Здорово, Хаунд.

О, йа, прямо день добрых пожеланий. Теперь от Беса, возникшего за столом как по желанию. А вот Бес, кстати, весьма мог пригодиться.

– Гутен таг.

– Смотрю, с боссом поговорил и расстроил старика?

Хаунд пожал плечами.

– Чего не заказываешь ничего?

– Думаю…

– О чем?

– Что лучше заказать. Нюх подсказывает наличие на кухне нескольких прекрасных мясных изделий: запеченного кота, выдаваемого за кролика; вчерашнего неудачного рыбного улова с Города, что можно есть только в сильно пережаренном виде; свинью, умершую третьего дня от болезни или, скорее всего, самых обычных глистов, сожравших ей печень. И как-то, Бес, мне совершенно не хочется тыкать пальцем в меню, йа.

– Ты бы потише, что ли…

Хаунд оглянулся. Интереса к их разговору никто не проявлял.

– Это ты мне предлагаешь сейчас посекретничать?

Бес кивнул.

– Ну, давай, натюрлих.

– Босс там сейчас предается грусти и ярости. Расколотил привезенный парнями красивый комод – с узорами, дерево и медь. Хорошая штука, прямо для девичьей светелки или семейного гнездышка.

– Иногда нервам надо давать выход, йа.

– Даже не спорю. Только, Хаунд, дело вот в чем… Ты, конечно, нам в чем-то почти свой, забить нам тут на твою… твои…

– Эй, Бес, я понял. Вам все равно на тот факт, что я мутант, так?

– Да. Но, как тебе объяснить… мутант мутанту рознь. Вот, к примеру, ты, если разбираться, вообще мужик хороший. Помогал нам часто, иногда просто выручал, и…

– И сейчас Карно нужен повод, чтобы от меня избавиться?

– Знаешь, Хаунд, очень приятно говорить с умным чел…

– А с не особо умным рейдером говорить не так приятно, что ли? Или мелкие неудобные точки сглаживаются ароматом наживы и хорошим барышом?

– Вот, Хаунд, что ты за чел…

– Я не человек, Бес, не юли хвостом, йа. Давай прямо говори, а я послушаю.

– Босс сильно расстроен, а ты знаешь, как мы все дорожим его нервами и стараемся помогать, если тот переживает. Он же тут каждому как отец родной. Как…

– В общем, Хаунду нужно собраться и валить к чертовой матери отсюда… Йа? И радоваться, что дали уйти?

Бес, потешно приподняв брови, кивнул, вздохнул, отвернулся.

– Твой босс не боится одной простейшей вещи?

– Это какой?

– Что справедливость вещественна и не любит, когда ее отодвигают в сторону из-за бизнеса?

– А?

Хаунд, покопавшись в карманах, выудил сигарный огрызок. Чиркнул спичкой по недавно вшитой металлической молнии куртки Беса, прикурил. Тот, щурясь, отдернулся. Видно, мелькнуло что-то в глазах Хаунда… наверное.

– Гарпун был здесь вчера… позавчера?

– Это ты о…

– Это я, натюрлих, о здоровенном дебиле, носящем красную бандану и всем врущем что, дескать, это – знак отличия, пожертвованный ему самим Чифом, на манер красных революционных шаровар. А на самом деле, Бес, Гарпун лысый. Видел такого? У него еще рожа рябая, как будто черти горох молотили, йа…

Бес моргнул. Именно моргнул, а не подмигнул кому-то за спиной Хаунда. Да, не случилось там никого, а зря. Идешь нажимать на Хаунда – иди не один. Особенно если ты, мил друг, пусть и с положением, но всего лишь шестерка, йа.

Пустив струйку дыма, Хаунд скрипнул пальцами по столешнице, выдирая дерево и оставляя на поверхности длинные борозды. Бес испуганно косился на темные поблескивающие ногти и молчал. Видно, йа, представлял, что будет, если их хозяин решит провести ими по его горлу. Ну, или воткнуть в глаза, чтобы они звонко лопнули и потекли разбитыми яйцами, мешаясь с кровушкой. Страшно было Бесу, натюрлих, очень страшно.

– Так видел?

– Был.

– Отлично. А с ним еще два странно похожих немыслимо тупыми рожами, с элементами деградации и мутаций, коротышки, верно, майн фрейнд?..

– Ну-у-у… – Бес все смотрел на ногти Хаунда. – Наверное…

– А если подумать? – хмыкнул Хаунд.

– Были.

– Дас гут, йа… – гость чуть огорченно посмотрел на медленно и верно тлеющую сигару. – Нет таких? Точно? Дас ист шлехт.

– А?

– Плохо, говорю. Скажи, Бес, почему ты вдруг перестал быть уверенным в себе?

– Я?

– Ты. Не я же. Гут, не отвечай, могу сказать за тебя, ты ж не против?

Бес явно был не против. И даже вид сохранял относительно спокойный.

– Знаешь, майн фрейнд, что меня злит? Не отвечай, это риторический вопрос. Предваряя твое любопытство, отвечу, не строя умное лицо… Риторический вопрос не требует ответа и задается самому себе. Злит меня, Бес, простая вещь… Болтовня вокруг меня последние несколько дней. Слушаю, внимаю, проникаюсь, впитывая, и говорю-говорю-говорю, шайссе! Если бы кто наблюдал за мной, йа… подумал бы, что Хаунд – просто трепло, только и умеет, натюрлих, молоть языком. Ты считаешь меня треплом?

– Нет, Хаунд, я…

– Головка от сто двадцатой мины, йа. Я – простая личность, Бес, и мне нравятся самые обычные вещи. Спать, есть, пить, выпускать кишки подонкам, выбивать им их тупые мозги, ломать гребаные кости и заставлять выть от боли и понимания своей неправоты. Своей, заметь, неправоты. Но… плюсы надо искать во всем, майн фрейнд Бес, йа.