Жнец - Владимир Поселягин

– Я посмотрю, товарищ комиссар, но сначала, товарищ старший батальонный комиссар, я подгоню трофейный мотоцикл и отвезу вас к моей машине. Там у меня медик, из медсанбата нашей 49-й дивизии, которую наша батарея защищала от налётов. Она вас осмотрит. Она одна осталась со мной, когда остальные с лётчиком ушли.

– Поторопись. – Это уже был приказ.

– Есть, – козырнул я.

Добежав до ближайшего тяжёлого мотоцикла, это был БМВ, я сбросил седока, вытащил пулемётчика, забрав их документы, запустил заглохший двигатель и подкатил к комиссару. А тот ведь так и не представился. Помог ему встать, забраться на тарахтевший мотоцикл, и мы докатили до нашей колонны. Анна сразу увела командира к машинам, посадила на подножку газона и стала суетиться над ним, а я, развернув тяжёлый аппарат, покатил к месту, куда указал политработник. Действительно, недалеко, метрах в трёхстах, был на опушке небольшой лагерь, к которому из оврага внезапно выныривала дорога – вот как наших застали врасплох. Тут было ещё два политработника и один рядовой красноармеец, водитель комиссара, как тот мне описал. Политработников убили в спину, когда они убегали в лес, водителя ещё и штыком добили. Забрав документы и личные вещи и покидав всё в коляску, я развернул мотоцикл и покатил обратно. Объехал всех немцев, забрал оружие, личные вещи и документы, последние в мою планшетку убирал. Вернувшись к колонне, я доложил комиссару, что видел, опечалив его.

– О, а это кто? – удивился я, обнаружив мелкого бойца явно азиатской наружности, который сидел на корточках у заднего колеса «Захара» и курил небольшую, вроде самодельную, трубку.

– Что? – повернулась Анна и, увидев красноармейца, ойкнула, удивившись: – А он откуда тут взялся?!

– Видимо, на своих двоих пришёл, – вздохнул я и, заглушив трофейный аппарат у передового грузовика, прошёл к бойцу, приказав с ходу: – Доложитесь. Документы есть?

Говорил тот по-русски вполне чисто, и документы оказались. К моему удивлению, он был из нашей 49-й дивизии. Обычный боец линейной роты 15-го стрелкового полка. Скатка и сидор при нём, как и винтовка.

– Ясно, – возвращая ему красноармейскую книжицу, сказал я. – Мы из одной дивизии. Как тут оказался? Где подразделение?

– Стреляли много, все побежали, я побежал. Потом никого вокруг. Шёл-шёл, сегодня вас встретил.

– Ясно. С нами поедешь. Устроишься в кузове этой машины, – похлопал я по деревянному борту газона. – Есть хочешь?

– Да, товарищ сержант.

Выдав ему банку тушёнки и сухарей, а также патроны и пару гранат, я вернулся к комиссару: у меня вдруг возникла интересная идея, и я решил её осуществить, пока окончательно не стемнело.

– Товарищ старший батальонный комиссар, разрешите обратиться?

– Обращайся.

– Я спланировал один хитрый и наглый ход, как выбраться к нашим. Прошу вашего разрешения осуществить его.

– Ну, раз уверен в нём, осуществляй. Как я смог убедиться, стрелок ты исключительный, думаю, и как командир неплох. Что за план?

– Ночью под видом немцев выехать на дорогу, догнать попутную немецкую колонну и пристроиться в конце. Опознать нас не смогут, а мы так доберёмся до их линии обороны и дальше проберёмся к нашим. Не думаю, что они выстроили сплошную линию обороны, дыры должны быть. Я ночью хорошо вижу, как кот, думаю, смогу проехать мимо постов и других немецких частей.

– Нагло и смело, но мне нравится. Добро. Это всё?

– Нет, товарищ старший батальонный комиссар. Вы умеете управлять автомашиной?

– Конечно.

– Тогда… Здесь рядом брошенная колонна нашей армейской техники, в принципе, я там и набрал зениток, наши до меня в батарее уничтожены были, а это вооружение я терять не хочу, нашим частям нужна защита с воздуха. Я хочу ещё одну машину прихватить из колонны, ею вы и будете управлять, и прицепить к ней кухню, а я поведу эту связку из двух зениток.

– Добро. Помощь моя нужна?

– Нет, товарищ комиссар, тут боец прибился из нашей дивизии, он и поможет. Ещё я там с немцев трофеи снял, оружие, пару биноклей, планшетка с картой, личные вещи, ранцы. Если что понравится, забирайте. Ваши вещи тоже там должны быть, я всё в коляску сложил. Документы погибших, как ваших товарищей, так и немцев, я собрал.

– Добро, действуй.

Боец уже поел, довольно торопливо, недоеденное аккуратно убрал в свой сидор, и я привлёк его к делу. Он убрал часть своих вещей в кузов машины, и мы налегке побежали с ним по дороге к колонне. Тут километра три будет. На мотоцикле тоже можно проехать, но колеи такие, что пешком проще и быстрее. Солдат показал вполне неплохие физические данные, как и я, он даже не запыхался. По прибытии мы сразу занялись делом. Ещё когда я осматривал машины, то приметил пару неплохих грузовиков, так что мы с бойцом подошли к нужной машине, новенькому ЗИС-5 с крытым кузовом. Что перевозили в нём, я не в курсе, возможно, личный состав, хотя скамеек не было, чисто грузовая машина, но у кабины лежал тюк палатки, знакомой, на десять человек. Больше там ничего не имелось. Я её тоже планировал прихватить, но потом решил не перегружать машину, а сейчас почему бы и нет? Так что, заведя грузовик, я подогнал его сначала к машине, где были ящики с пулемётными патронами, и мы накидали их полкузова. Потом подъехал к машине с топливом, и пять бочек, одна неполная, были перетащены к нам. Только после этого мы покатили обратно, вернувшись ближе к десяти часам. Нас с нетерпением ждали.

Мы откатили кухню и, подогнав к ней грузовую машину, прицепили её. Комиссар стал устраиваться, раскладывая свои вещи, выуженные из мотоцикла, да и, как я понял, трофеи себе нашёл. Например, у него на боку висел немецкий МП-40, автомат, с подсумками, да и несколько пистолетов исчезло из коляски. Да всё забрал, может, на подарки. Документы убитых товарищей тоже у меня забрал, о немецких не спрашивал.

Я прошёл к головному газону, в кабине уже сидела Анна. Оставшиеся трофеи, включая два МГ с патронами, я убрал в кузов, да и канистру с бензином снял с коляски трофейного мотоцикла. Боец на месте был, шинель надевал, чтобы не замёрзнуть в дороге, кузов открытый. И вот, запустив двигатель, я стал буксировать вторую зенитку к дороге. Удачно всё же, что немцев не хватились. У лесопосадки я остановился, нужно осмотреть дорогу. Движение там не стихало, хотя заметно уменьшилось по сравнению с тем, что было днём, – не было такого сплошного гула множества техники.

Изучив дорогу, я вернулся к нашей колонне и попросил у комиссара планшетку с трофейной картой – я её не зажимал, и он забрал её себе, хотя карту изучить я всё же успел, но всё равно нужно посмотреть. До Барановичей было два моста, их нам не объехать и лучше проехать с колонной, а дальше бродами, и до наших. Город немцы ещё не заняли, остановившись в двадцати километрах, на оборону наших наткнулись.

– Нам нужно сюда, – указал на карте комиссар, когда я закончил её изучать. Показывал он на точку небольшой рощи рядом с Барановичами, точнее, за ними. Скрывать не стал, пояснил, почему именно туда: – Здесь рядом должен быть штаб нашей 4-й армии. Я из политуправления штаба армии. Они должны были успеть эвакуироваться. Это мы задержались, проверяя одну из дивизий. Задачу понял, сержант?