Чужие. Земной улей. Приют кошмара. Женская война - Стив Перри

– Как там с уровнем заряда? – спросил Бюллер.

– Почти на нуле, – отозвался Смит. – Понадобится часов шестнадцать, чтобы хватило хотя бы на взлет. Но он даже двоих пассажиров вряд ли потянет.

Бюллер пожал плечами.

– Пусть заряжается. Может быть, он нам пригодится на обратном пути.

– Каком-каком пути? – переспросил Смит. – Да ты оптимист.

– Давайте выдвигаться.

Небо на востоке озарили первые красноватые лучи восхода.

– Красное небо с утра – моряку опасаться пора, – сказал Смит.

– Мы Колониальная морская пехота, – отрезал Бюллер. – Оставь эту ерунду морякам.

Они зашагали к пещере чужих.

Когда посадочный модуль вывалился из утробы «Бенедикта» в открытый космос, Билли задержала дыхание. Оказавшись вне поля действия искусственной гравитации, они с Уилксом внезапно ощутили невесомость, и от этой холодной вибрации в животе ее едва не стошнило. Она сглотнула желчь, которая готова была выплеснуться наружу, и глубоко вдохнула через нос. Митч внизу, он жив. Если им удастся добраться до улья прежде, чем они войдут внутрь, может быть, она сумеет его переубедить. А если они опоздают, то она возьмет карабин и пойдет за ним.

– Долго еще? – спросила она.

– Если повезет, то где-то с час.

– А если не повезет?

– Тогда нам придется входить в атмосферу под неудачным углом, – сказал Уилкс. – Если допустим ошибку, то поджаримся внутри этой консервной банки.

– Что станет с планетой, если мы погибнем?

– Если я не отправлю сигнал кораблю в течение шести часов, то компьютер автоматически сбросит атомную бомбу этим тварям на головы. И тем, кто остался внизу, придется поскорее закончить все свои дела.

Билли посмотрела на Уилкса.

– Ты же сама знаешь, на что они способны даже поодиночке, – объяснил он. – Я не собираюсь рисковать и просто оставлять планету, кишащую этими тварями, пока на нее не наткнется еще какой-нибудь бедолага.

Она кивнула. Уилкс прав: если они умрут, то хотя бы захватят всю эту проклятую планету с собой. Это единственный способ обрезать все хвосты.

– Вот вход, – сказала Мбуту. – Как будем действовать?

– Я пойду первым, – сказал Бюллер. – Вы за мной по двое, сначала Мбуту с Чином. Блейк, вы со Смитом прикрываете наши задницы. Как только поймаем сигнал маячка, идем прямо на него, вытаскиваем экипаж и сразу на выход.

– Так же просто, как свалиться в шахту гравитационного лифта, – сказал Смит.

– У тебя какое-то извращенное чувство юмора, – сказала Блейк. – Наверное, кто-то дернул техника за руку, когда он устанавливал тебе матрицу в мозг.

– Иди на хер, – сказал Смит.

– Вот вернемся на корабль, и я вся твоя, милый.

– Отлично, Блейк, – сказала Мбуту, – теперь у него появился повод сдохнуть побыстрее.

– Бойцы, выдвигаемся. Там людям нужна наша помощь.

Они продвинулись на двести метров в глубь пещеры, когда оттуда вышла первая волна чужих. Дюжина тварей бежала невероятно быстро, обнажив клыки и вытянув вперед когтистые лапы.

– Цельтесь ниже! – распорядился Бюллер. – Стрелять по ногам!

Он выпустил три короткие очереди, водя карабином справа налево по небольшой дуге, зачистив центр и правую часть коридора.

Зеленые лучи засверкали по бокам, прожигая насквозь конечности чужих, отрывая их от тел. Несколько тварей сразу рухнули на землю, другие, споткнувшись, падали следом.

Бюллер вытащил из кобуры пистолет с мягкими пулями. Внешний панцирь эти пули не пробьют, но когда чужие открывали рты, обнажая меньшие челюсти с рядами острых зубов, он стрелял прямо в их разинутые пасти. Мягкие пули с легкостью проходили сквозь незащищенную плоть и оставались внутри твердых черепов, и этих повреждений было достаточно для летального исхода. Пули жужжали, как бешеные пчелы в закрытой банке.

Спустя пять секунд все было кончено, и все двенадцать атаковавших чужих лежали на земле, либо обгоревшие, либо разорванные в клочья, а от тех мест, куда попала их кровь, поднимались струйки дыма. Хотя вряд ли кислоту, которая текла в их жилах, можно назвать кровью.

– В лужи не наступать, – приказал Бюллер.

– А пол оно не так уж сильно разъедает, – заметила Блейк.

– Потому они здесь и живут, – сказал Чин. – А то представь: порежешь палец, а потом заделываешь дыры по всему дому.

– Мы все еще в сотне метров от цели, – сказал Бюллер. – Давайте пошевеливаться.

Посадочный модуль тряхнуло, полет шел отнюдь не гладко, несмотря на все ремни безопасности. В атмосфере было облачно, видимость была нулевая. Уилкс надеялся, что хотя бы автопилот знает, куда лететь. Температура за бортом была такая, что можно было расплавить серебро. Фюзеляж, нос и крылья модуля были сконструированы так, чтобы судно могло выдержать гораздо большее трение, чем сейчас, но стоило чуть наклонить модуль в сторону, как возникли бы большие проблемы. Если обшивка прогорит, то уже через пару секунд пассажиры получат смертельные повреждения – что ж, по крайней мере, смерть будет быстрой.

– М-м-м-мы сп-п-прав-в-в-им-м-мся?

Уилкс посмотрел на Билли. Его голос тоже дрожал от вибрации.

– М-м-м-может б-быть.

На отряд, шипя, надвигалась вторая волна монстров. Карабин Бюллера затрещал, звук напоминал треск, который слышно при разрыве плотной ткани. Бронебойные пули впивались в панцири и рикошетили, когда попадали под углом, оставляя след из искр, словно сталь при трении о кремень.

Чин шел прямо за Бюллером, его плазменная винтовка сверкала, освещая стены пульсирующим зеленым светом.

Одна из тварей свалилась как подкошенная – пули угодили ей в колени. Она дернулась в сторону Бюллера и отбросила его к стене.

Бюллер ударился о твердую, как камень, поверхность; шлем защитил его голову, но плечу пришлось хуже. От удара его развернуло, и он увидел, что случилось с Чином, – словно в замедленном воспроизведении на голографическом проекторе.

Безногий чужой переворачивается, цепляясь когтистыми лапами, и ползет к Чину под линией огня. Чин пытается опустить оружие, но уже слишком поздно. Чужой разевает массивную пасть и кусает Чина за бедро.

Чин кричит. Он тщетно пытается размозжить чужому его бронированную голову плазменной винтовкой.

Блейк визжит: «Не двигайся!» – и бросается на помощь Чину, чтобы пристрелить чужого, который впился в него зубами.

У чужого нет ног, но хвост еще на месте. Он протыкает живот Чина, и острый конец хвоста показывается у него из спины между ребер. Ребра разламываются, и из-под кожи выпирают обломки костей.

Блейк стреляет, попадает чужому под челюсть. Тварь дергается в конвульсиях, и зубы прокусывают ногу Чина насквозь. На секунду морпех остается стоять на одной ноге, держась вертикально только благодаря хвосту чужого. А потом падает.