Мне снова 15... - Геннадий Марченко

Ни хрена себе поворот! Мало того, что мне предлагают играть в команде великого Яшина, так ещё и жильём обеспечивают! Мать с сеструхой до потолка скакать будут!

И тут же подумал: а как же Ильич, ребята? Получается, я их предам? И они ведь сразу подумают, что я сделал это из-за квартиры. Вот же, блин, дилемма!

– Александр Семёнович, так ведь все игроки «Динамо» должны иметь звания. А мне-то всего шестнадцать, даже на сержанта не потяну. Как мне будут зарплату платить?

– И этот вопрос мы обговаривали с руководством, там люди не глупее тебя сидят, – снисходительно улыбнулся Пономарёв. – Пока поиграешь без званий, вольнонаёмным, внештатным сотрудником.

– А жильё мне на каком основании выделят?

– Егор, не нужно всё усложнять. – В голосе тренера проскользнуло лёгкое раздражение. – Если надо, тебя хоть в космос отправят, и не посмотрят в паспорт. Раз руководство обещало помочь с квартирой – поможет, и не забивай себе голову ненужными мыслями. Так что, каким будет твоё решение?

– Можно, я возьму время на раздумье?

– Конечно, никто от тебя и не требует немедленного ответа. Подумай, посоветуйся, но старайся не затягивать, летнее окно дозаявок закрывается через неделю. Звони вот по этому телефону… И помни, что спортобщество «Динамо» трёхкомнатными квартирами в Москве не разбрасывается.

Партнёры по команде уже мылись в душе, а кто-то успел и переодеться. Моё появление было встречено вопросами, что это за дядька ко мне подходил? Пришлось колоться. Мнения тут же разделились. Одни завидовали, советуя соглашаться не задумываясь, другие взывали к армейскому духу. Эх, ребята, знали бы вы, что в душе-то я динамовец… Хотя и сочувствующий ЦСКА, как-никак ведомства смежные.

Затем появился Ильич, отозвал в тренерскую.

– Что, Пономарёв к себе сманивал? – напрямую спросил он.

– Сманивал. Сейчас же окно дозаявок, ещё неделю будет открыто. Говорил, тренироваться буду с основой, не исключено, что уже в этом сезоне появлюсь на поле. И… и квартирой, сказал, обеспечат, трёхкомнатной, – чуть запнувшись, признался я.

– Квартирой, говоришь? Хм, серьёзный козырь. Бесков-то, небось, жилья не обещал? То-то и оно, знают друзья-соперники, на что давить. Видно, пронюхали насчёт твоей коммуналки. Ну как сам-то, что думаешь?

– Трудно сказать. Как вы говорите, козырь у них серьёзный, матери на работе неизвестно когда отдельную дадут, а тут сразу трёшку предлагают.

– Веский аргумент, – снова подтвердил Ильич. – Ладно, решай сам, посоветуйся с матерью. Жаль будет терять лидера команды, но ты уже явно перерос уровень юношеского футбола. К следующему сезону ещё мяса нарастишь, добавишь к скорости мощи. Будешь вторым Йозефом Масопустом.

– При всём моём уважении к Масопусту хотелось бы стать первым Егором Мальцевым.

– Наглости тебе не занимать, – рассмеялся Ильич. – Ладно, езжай домой, поговори с матерью. Алевтина Васильевна женщина рассудительная, она плохого не посоветует.

Хм, да уж, интересно, насколько далеко продвинулись их отношения? Впрочем, это их дела, я ведь, по большому счёту, только физически её сын, хотя и это тоже немало.

Дома доложил обстановку, попросил маму с сестрой отнестись к данному вопросу серьёзно, рассчитывая, что они примут верное решение. Но в итоге всё равно всё уперлось в меня.

– Сынок, отдельная квартира, это, конечно, хорошо, но ты должен сам решать, принимать предложение или нет. Взвесь всё за и против, подумай и дай ответ.

Нет, ну не подстава? Теперь мне предстояло терзаться душевными муками, подобно героям Шекспира или Достоевского. Почему Пеле не играл в динамовской молодёжке?! Тогда бы и выбирать не пришлось, привёл бы меня в стан бело-голубых. А сейчас попробуй сделай выбор, когда, с одной стороны, такие плюшки, а с другой – предательство команды… Иуда просто какой-то получается.

И в то же время – сколько в истории футбола было подобных моментов. Тот же Бесков играл за «Динамо», сейчас тренирует ЦСКА, а потом и за «Спартак» возьмётся, да ещё и чемпионат СССР с ним выиграет. А на закате жизни снова вернётся в «Динамо». Я же вообще всего год играю за молодёжку армейцев, меня только специалисты и знают. Кого я особо предаю?

В конце концов после бессонной ночи решил отдать всё на волю случая. Так утром маме с Катькой и сказал, мол, если из того подъезда первым выйдет мужик – остаюсь в прежней команде, а если тётка – принимаю предложение Пономарёва. И мы прилипли к окну, в ожидании, кто же первым появится из тёмного зева подъезда нашего стоявшего буквой «П» дома.

Поскольку люди в это время ещё отправлялись на работу, мы были уверены, что долго ждать не придётся. Но первой появилась тётя Маша Неверова, прижимавшая к объёмному бедру таз с постиранным бельём. Мы с мамой и Катькой переглянулись, и в их глазах я увидел плохо скрываемое облегчение. Всё же отдельная трёхкомнатная квартира…

Для приличия я подождал ещё пару дней, изображая затянувшиеся душевные терзания, после чего объявил о своём решении Ильичу с ребятами и позвонил Пономарёву.

– Рад, что мы будем работать вместе, – сказал Александр Семёнович. – Приезжай завтра на стадион «Динамо» к одиннадцати часам, у нас там будет тренировка, потом пройдёшь медобследование. А послезавтра познакомлю с руководством, утрясём все формальности.

Я приехал на легендарный стадион за полчаса до назначенного времени. Меня малость потряхивало, всё же не каждый день выходишь на поле с самим Яшиным. Конечно, на южных сборах с ЦСКА я уже успел малость пообтереться рядом с великими, но тут всё же другое дело…

– Здравствуй, Егор! Чего не заходишь? – Из подъехавшей «Волги» с блестящей фигуркой оленя на капоте выбрался Пономарёв и с улыбкой протянул мне руку.

– Так вроде рано ещё…

– Лучше рано, чем поздно. Давай заходи, я тебе покажу, где раздевалка. А тренироваться будем на запасном поле, на основном нам начальники запрещают газон лишний раз топтать. – При этом он глянул вверх, словно запрещал ему не кто иной, как сам Всевышний.

Хотя в эпоху всеобщего атеизма на отдельно взятой одной шестой планеты иногда начальник и был господь Бог.

Тренер сопроводил меня до раздевалки, где находились врач команды и один из игроков. Немолодой, но подвижный толстячок Иваныч, как назвал врача Пономарёв, колдовал над коленом футболиста, лицо которого мне было незнакомо.

– Иваныч, ну как там у Валеры колено?

– Пока пусть не нагружает, но, думаю, к игре с «Пахтакором» будет в порядке.

– А это вот, знакомьтесь, наш новобранец, будет тренироваться с основным составом, зовут Егор Мальцев.

– Погодите-ка… Не тот ли Егор Мальцев, который выступал с песней на Дне космонавтики?

– Да вроде он, – усмехнулся тренер, – если только мои информаторы не соврали.

– Не соврали, – вздохнул я.

– Какой парень, а! – не переставал удивляться Иваныч, забыв о подопечном. – И поёт, и в футбол играет… Наверное, ещё и хорошо учишься? Как всё успеваешь?