Гаврош - Владимир Поселягин

Укрыв челнок где-нибудь за зоной безопасности, я полечу к обшивке крепости. Расчеты показали – блин, у меня при этих расчетах шесть раз схема-пирамида разваливалась, никак сосредоточиться на двух делах не мог, – лететь мне не меньше шести часов. Чем сильнее оттолкнусь, тем быстрее долечу. Никаких движков на спину или чего-то подобного, только неуправляемый дрейф. Причем время полета я брал от момента пересечения зоны околобортового контроля. Дальше встреча с обшивкой крепости, где контроль не такой плотный, и я смогу довольно продолжительное время оставаться незамеченным. Тем более я знаю, где эти точки контроля, и обойду их, а то вдруг искины озаботятся, чего это скаф с мертвецом внутри двигается? Да еще шустро так. Дальше уже по обстановке, но я в себе уверен, тем более техник-универсал по подобным крепостям. Специально учил, знал все ходы, чтобы добраться до нужных мест. Конечно, в те, что серьезно охраняются, а это диспетчерский модуль с искинами, реакторная, арсенал и остальные важные объекты, я не полезу, но на второстепенные вполне. Там я буду чувствовать себя как рыба в воде.

Что важно, искины крепости тоже прекрасно понимают, кто такие псионы, и имеют разработанную тактику противодействия им, особенно псионам-диверсантам, так что не все щиты подходят для подобной операции, но эта самая схема-пирамида, которую старики учили меня создавать, годилась. Под ее действием сканеры искинов меня не обнаружат. Ею же я и скаф накрою. То есть сделаю видимость, что сам скаф мертв и с мертвецом внутри. От сканеров спрятаться не смогу, знания не те. Или так, или никак. Именно поэтому я с такой тщательностью изучал эту защиту, и инструкторы были такими придирчивыми. Так что в принципе лично я был готов к подобной операции, теперь дело за материальным обеспечением. Я поспешил наружу. У меня были четыре скафа, на складе обнаружил с комбезами. Видимо, кто-то случайно тут оставил или прислал на склад, так они и остались там, задвинутые в самый уголок. Я их и обнаружил-то, когда все вывозить начал. Все четыре маломерки курсантские. Обычные скафы, не боевые, правда и не пустышки для спасения, которые чуть ли не одноразовыми считались. Автономность – сутки, возможность питания и сброса отходов – в общем, приличные скафы. Тем более автономность повысить не проблема, если взять с собой картриджи с воздухом, для удаления отходов и с питанием. К счастью, они у меня были. Вот я и ходил по складам, отбирая то, что возьму. В принципе не так много вещей: два планшета, запас картриджей, малый и средний инструментарий, с десяток пайков, вибронож, игольник, и все. Бластеры или что-то другое, даже дронов, не возьмешь, крепости могут отреагировать. Рисковать не буду, сейчас все поставлено на кон. Для взлома – программы на планшетах, еще кристаллы с ними возьму, если потребуется, напрямую задействую через планшет.

Отобрав все что нужно, я занялся челноком. Снял с него практически все – я не мог рисковать ценным оборудованием, мало ли на взлете или при возвращении попытаются перехватить или вообще обстреляют. А когда я по крепости буду бродить, если, конечно, повезет в нее пробраться, челнок же без пригляда останется. То-то и оно. Вот и снимал все, задействуя двух ремонтников и одного технического дрона. Когда челнок был готов, я вспомнил об охраннике внизу и, ругнувшись, заспешил за ним. Подниму его сюда, пусть тут охраняет у складов. До вылета два с половиной часа, окно небольшое перед самым рассветом, час и сорок минут, нужно успеть не только подняться незаметно, а еще убраться с орбиты за это время поближе к крепости.

Вернувшись, я загнал дрон на борт челнока, чтобы подзарядился. Сам возился со сборами, пока не подошло время. Выгнав дрона – он мне не понадобится, – я поднял челнок на маневровых над площадкой парковки и медленно повел его к выходу. Ювелирная работа, если учесть, что до стенок с каждой стороны было по полметра. Ладно, хоть высоты хватало. Осторожно выглянул. Вокруг никого, ночь, даже не скажешь, что до рассвета осталось не так и много, все-таки горы. Я покинул каньон и убегал от рассвета, оставаясь в пятне окна, которое черные пока не контролируют. Это я так следы путал, чтобы на горы не навести, где у меня убежище.

Отлетев подальше, стал подниматься на орбиту. И вот я в третий раз в космосе, эмоции ничуть не притупились, так что я с удовольствием оглядывался. Снова не удалось долго полюбоваться красотами. Буквально стелясь по кромке зоны безопасности ближайшей, но агрессивной крепости, направился к другой, – из тех, что черные называли полудохлыми. Рядом никаких судов не было, хотя откуда-то со стороны доносились отголоски работы явно корабельных сканеров. Черные сканерами на орбите старались не пользоваться, ученые. Как пленный пилот объяснил, они сперва нагло у планеты себя вели, светя излучением во все стороны, но получив две ракеты, потеряли транспорт и авианосный крейсер и стали вести себя со всей осторожностью. Понимают, когда ясно намекнуть.

Я полностью сосредоточился на полете, тут не только нужно управлять суденышком так, чтобы не попасться на глаза гоблинам, но и от искинов крепостей плюх не получить. И от тех, и от других это вполне реально. Добравшись до ближайшей крепости, я облетел ее со всех сторон, не заходя в зону контроля. Я искал было что-то такое, что защитило бы челнок, где его можно спрятать. Бросать его просто так я не хотел. Мелких обломков хватало, но меня они не интересовали, так что у этой крепости я ничего не подобрал, полетел к другой, подальше от легкого излучения корабельных сканеров, которое ощутил с одной из сторон. У второй крепости нашел обломок большого контейнера неподалеку от зоны контроля. Жаль, на орбите судов не осталось, расстреливали до мелких обломков, не восстановишь, хотя я бы рискнул. Зуд у меня не только исследователя был, но и инженера, а восстанавливать рухлядь как раз их специфика работы.

Укрыв челнок в контейнере, я стал готовиться к следующей операции. Первый этап прошел благополучно, что не могло не радовать. Немного волновал и даже возбуждал первый выход в космос. Я, конечно, в тренажере, тоже в скафе, выходил в пустоту, но тут реальность. Немного даже колотить стало, пришлось брать себя в руки. Раздевшись донага, как предусмотрено конструкцией скафа, я забрался в него и запустил. Комп, встроенный в шлем, известил, что герметизация полная. Он был расположен на затылке, но информация выводилась на забрало, у подбородка управление. Резервное управление – языком, но это на крайний случай, обычно хватало планшета, подсоединенного к поясу, где был выход компа. Так им и управляли, если не было нейросети или давались нетипичные задачи. Немного походив по пассажирскому отсеку, чтобы привыкнуть, даже несколько приседаний сделал, еще раз проверил, все ли с собой взял. Часть припасов, без которых мне не выжить – это картриджи с воздухом и запасными батареями – хранилась в кармашках на бедрах и на рукавах. Остальное в рюкзаке. Все уместилось. Ждать я не стал, иначе могу сдрейфить, состояние такое, так что решительно двинул к шлюзовой и, пройдя процедуру, осторожно, цепляясь за небольшие скобы, выбрался наружу. Немного подташнивало из-за невесомости, но я достаточно быстро приноровился, громко сглотнув. У скафа был реактивный движок, так что если случайно отлечу, смогу вернуться к челноку, а не стану вечным памятником нелепости, вот только пользовать им при подлете к крепости нельзя, это запасной вариант на самый крайний случай.