Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

– Три с половиной, – сморщился в ответ Брамбеш, – если вашей милости так угодна точность… Кажется, зря я предложил скоротать время за игрой: вино было бы куда уместней, особенно учитывая сырость за окнами.

– С Яном вам лучше не играть, – притворно вздохнул князь, – ибо он ухитряется выигрывать даже у меня. А что касается сырости, так вы совершенно правы: ночь утонет в туманах, и стоять они будут долго.

Он поднял палец, и к столу тотчас же бросился разносчик. Через минуту перед Маттером появилось блюдечко с рюмкой тростниковой и ломтиком жаренного в остром масле хлеба, на котором лежала копченая рыбка.

Князь неторопливо выпил, прожевал закуску и потянулся за трубкой, лежащей во внутреннем кармане камзола. Эрмон и Брамбеш, свернув игру, вежливо ждали, когда он заговорит.

– Итак, наш с Хадденом поход принес ожидаемые результаты, – произнес Маттер, глядя на Яна, и тот понимающе кивнул в ответ. – Что у нас здесь?

– Машина стоит за углом, к ночи я перегоню ее в соседний переулок, чтобы загрузиться через черный ход – туда выходит внутренний двор гостиницы, и в саду есть калитка. Об этом уже договорено, – отрапортовал навигатор.

– Прекрасно. А что ответил на мою просьбу господин Брамбеш?

В ответ финансовый консультант взял с соседнего стула кожаную сумку и достал из нее несколько светографических карточек.

– Два адреса, – заговорил он, раскладывая карточки перед князем. – С обоих уже получено согласие принять вашу милость на любой срок и под соответствующие гарантии. Один адрес, – Брамбеш ткнул пальцем в солидный трехэтажный особняк с витыми башенками, – более комфортный, второй – более надежный.

– Это… вот этот? – Маттер придвинул к себе снимок какого-то темного дома в пять этажей, выстроенного, очевидно, во время первой волны «фабричного взрыва», то есть почти столетие тому. – Выглядит как-то не очень. Но нам, пожалуй, такие дела и к лучшему.

– Дом принадлежит младшему из членов старинной семьи «портовых артистов». Что это такое, вы знаете – притоны, контрабанда, ростовщичество и прочее. Люди солидные, все понимают: за такого человека, как вы, готовы ответить головой. Раз они согласились сразу и не раздумывая, вам беспокоиться не о чем. Платы с вас не потребуют, рассчитаетесь при любом удобном случае. Машины и вообще все, что нужно, можно держать у них во дворе.

Маттер уважительно покачал головой. Он знал, что его имя способно открыть многие двери – и порою двери эти вели в самые неожиданные места. Если в таком городе, как Майли, князя Маттера брался приютить солидный человек из числа «артистов», ни о каких беспокойствах думать и впрямь не приходилось.

– На этом и остановимся, – решил Маттер. – Как я понимаю, этот дом расположен где-то неподалеку от старого центра?

– Южнее крепостной стены, – отозвался Брамбеш, – адрес там, на обратной стороне снимка. Место тихое, народу немного, да и залетных, как я слышал, не жалуют.

– Все свои, значит? Ну и хорошо. У меня к вам, старина, еще вот какая просьба: в городе появился некий господин Даглан, в прошлом известный как финансовый махинатор. Двадцать лет назад его вроде бы убили и вполне благополучно похоронили, а теперь вот он взял да и вернулся с того света. Следует послушать – только очень и очень осторожно, – что и как в городе говорят о таком возвращении. Да-да, его уже увидели и узнали. По всей видимости, смешные слухи о появлении людей Братства вызваны именно его визитом.

– Этот Даглан – он не один? – задумчиво уточнил Брамбеш.

– Да. Я имею основания предполагать, что он собрал целую команду головорезов из тех, что побывали наемниками в армиях заморских владык. Люди эти бросаются в глаза, так что кто-нибудь да видел их так или иначе. Весьма вероятно, что Даглан ищет следы некоего наследства или клада, утерянного много столетий назад где-то здесь неподалеку. Скорее всего, дело происходило во времена Династических войн – тогда много всякого пропало, вы ведь слышали?

– Искать клады сейчас модно, – поджал губы Брамбеш. – И я даже слышал, будто-то бы что-то и находили. Но увы: слышать слышал, да не видел.

– Я высоко ценю вашу рассудительность, – кивнул Маттер. – Но клад меня пока интересует мало, а вот те, его кто ищет, – очень даже. Ну да ладно… Вы останетесь на ужин?

– С моим желудком? – скривился Брамбеш. – Благодарю покорно. Нет уж – без обид, ваша милость, но я поехал к себе. Как только что-то появится – сообщу немедленно.

С этими слова почтеннейший пройдоха встал со стула и, подхватив свою сумку, поднял в прощальном жесте руки.

– Доброго ужина, господа мои… доброго ужина.

– Ты, Ян, здорово испортил ему настроение, – заметил Маттер, когда спина Брамбеша исчезла за дверями ресторана. – Больше так не делай. Есть люди, с которыми тебе играть не стоит.

Эрмон виновато втянул голову в плечи. Он никак не думал, что столь опытный человек может оказаться совершенно ничтожным игроком, да еще и так разволноваться из-за проигрыша.

Глядя на своего верного навигатора, Маттер тихонько хихикнул.

– Я пойду на кухню, – сказал он, поднимаясь. – Господину старшему повару я обещал жирный заказ и хочу обговорить его лично. Ты пока поднимайся наверх, скажи, чтобы наши готовились… все вместе.

* * *

Утро было муторным, туман стал редеть часа через три после рассвета: проснувшись, как всегда, рано, Маттер поднялся с постели, раздвинул тяжелые пыльные шторы, а потом, постояв немного, вернулся под одеяло и задремал. Вставать не было никакого смысла, ведь Элида, с которой они должны были ехать к ее таинственным друзьям, вряд ли проснется до завтрака, особенно с учетом того, что лечь ей удалось глубоко за полночь. Время от времени Маттер открывал глаза и смотрел в окно, но там висела все та же серая муть, за которой слабо просматривались контуры дома напротив – коричневого и с прихотливыми фонарями-башенками, давно облупившимися от старости.

После долгого ужина все они погрузились в восьмиместный экипаж с огромным багажным отделением – Ян Эрмон хорошо знал, какая машина им понадобится, – и благополучно прибыли на улицу Равноденствия, где нависал над темным каналом тот самый дом, с владельцами которого договорился Брамбеш. Хозяин, щуплый мужчина лет тридцати пяти с характерной походкой недавнего кавалериста, встретил их лично. Вопросов он не задавал: несколько угрюмых слуг быстро подняли на четвертый этаж сундуки и дорожные баулы, а в дверях трех отдельных квартир уже ждали своего часа ключи. Маттер лег спать сразу же, не утруждаясь какими-либо распоряжениями. О завтраке и прочем должен был позаботиться Васко, хорошо знающий свои обязанности слуги при постоянно путешествующем хозяине.

Когда утренний ветер, обычный в любом приморском городе, погнал наконец туман и небо за окном стало заметно светлеть, князь проснулся окончательно. Накинув на плечи халат, он прошел по коридору в ванную комнату и наскоро принял душ, а потом отправился в гостиную, где его уже ждал верный Васко.