Тайна Урулгана - Кир Булычев

Астронавт замолчал, словно собираясь с мыслями, как доктор, который должен сообщить пациенту роковой диагноз. В помещении воцарилась гробовая тишина.

– Ваши рассуждения, – на этот раз последовал поклон в сторону Костика, – хоть и продиктованные лишь чувством противоречия, несколько ближе к истине, нежели надежды уважаемого профессора Мюллера. Вы правы, достижения науки и техники будут направлены на истребление людей.

– Это каждому ясно, – сказал Костик.

– Надеюсь, что это преувеличение, – возразил профессор.

– Мне самому было страшно, – продолжал астронавт, – заглянуть с помощью моей мыслительной машины в будущее Земли. А оно высчитывается, элементарно высчитывается…

Астронавт замолчал, и никто не посмел нарушить паузу.

– Уже через год, – произнес он, – или чуть более ваша планета окажется ввергнута в мировую войну.

– Это невозможно! – воскликнул профессор.

– Это вероятно, – сказал маркиз. – Мы планируем свою политику в расчете на близкий мировой конфликт. И это одна из причин, заставивших меня оказаться здесь.

– Маркиз Минамото прав, – подтвердил астронавт.

– Как? Маркиз Минамото? – удивился профессор.

Слуга мистера Робертсона встал, вытянулся, как на параде, и произнес:

– Полковник разведывательного управления японской императорской армии Сюдзо Минамото – к вашим услугам.

Он склонил голову.

– Значит, ты не только убийца, но и шпион, – сказал Костик. – Виселица по тебе плачет.

– Костик, Костик, – профессор Мюллер положил руку на колено Колоколова, – сейчас не место и не время.

– Я выполняю свой долг, – заявил полковник, опускаясь в кресло.

Астронавт терпеливо ждал.

– Я продолжу? – сказал он, когда вновь установилась тишина. – Мой рассказ не займет много времени. Я многого не знаю сам и не могу рассчитывать на то, что вы поймете мой рассказ. Но я убежден в том, что мировая война на вашей планете продлится несколько лет, унесет миллионы жизней, разорит Европу, опустошит ее города. Вы говорили, – он обернулся к Костику, – о самолетах, аэропланах, на которых будут установлены пулеметы. Нет, не только пулеметы, но и пушки. А бомбы… бомбы станут проклятием следующей войны. На полях сражений будут использованы бронированные наземные машины, подобные морским крейсерам и вооруженные пушками, отравляющие газы будут губить целые армии…

– Отравляющие газы запрещены Гаагской конвенцией, – возразил Мюллер.

– Кто будет слушаться этой конвенции, – удивился астронавт, – когда речь пойдет о победе?

– Вы убеждены в этом? – спросил Андрюша, хотя знал, что астронавт говорит чистую правду.

– Так же, как убежден в том, что мировая война будет не последней. Что наступивший двадцатый век принесет и другие войны, по сравнению с которыми Первая мировая война покажется чудом гуманизма…

– А дальше? – спросил Дуглас. Он уже представлял себе сенсационный материал в «Дейли мейл» – «Прогноз человека со звезд: мировая война на пороге!».

– Люди овладеют тайной атомного распада.

– Вы имеете в виду опыты супругов Кюри с радием? – спросил Мюллер.

– Я имею в виду естественное продолжение этих и других опытов, – сказал астронавт. – Я имею в виду атомные бомбы, каждая из которых может стереть с лица земли такой город, как Лондон.

– Невероятно! – Глаза Дугласа горели.

– Ужасно! – сказал астронавт.

Он обвел слушателей печальным взором и добавил:

– Я не надеюсь на ваше осознание того, что вы услышали. Будущее неподвластно воображению. Но, повторяю, оно ужасно. И мне известны случаи в истории Галактики, когда планеты, шедшие по такому пути, погибали без следа.

– Я вам не верю, – сказал Костик. – И не знаю, почему вы нам рассказали эту сказку.

– Верите, – отозвался астронавт. – Я знаю, что вы поверили мне, может, более, чем другие. И лишь ваше всегдашнее стремление спрятаться от жизни, от страха перед ней заставляет вас спорить.

Костик отвел глаза.

– Но неужели человечество не найдет в себе разума, чтобы выжить? – спросил Мюллер. – Неужели силы зла непобедимы?

– Я не могу ответить на этот вопрос, – сказал астронавт. – Моя мыслительная машина показывает лишь тенденции, общее направление развития, наиболее вероятные перспективы. Но вероятность велика…

– Когда это может случиться? – спросил маркиз Минамото.

– Мировая война?

– О мировой войне я уже знаю. Я имею в виду атомное оружие.

– Его разработка займет примерно тридцать лет, – ответил астронавт.

– Надеюсь, – сказал маркиз, – что оно будет разработано именно в моей стране и поразит наших врагов. Да, так и будет!

– Как все это глупо! – сказал Андрюша. – Разве можно так спокойно рассуждать о смерти!

– Я профессиональный военный, – ответил маркиз. – Мой долг – защищать мою страну. Если бы у нас не было современной армии, Япония была бы давно покорена или стала, подобно Китаю, игрушкой европейских держав.

– Территория вашего государства невелика, – сказал астронавт. – Оружие массового уничтожения для вас наиболее опасно.

– Значит, мы должны создать его первыми, – сказал маркиз.

– А может, не надо создавать? – сказал Костик. – Может, хватит? Я видел, как вы обращаетесь с пистолетом.

– Есть ли выход? – спросил профессор Мюллер.

– Я один ничем не смогу помочь Земле, – сказал астронавт.

– Может быть, лучше, если вы поедете с нами? – сказал Андрюша.

– Разумеется, – поддержал его Дуглас. – Вы выступите в разных городах, вы расскажете всему миру о том, что знаете.

– А что дальше? – спросил Костик. – Нашего друга объявят самозванцем и в лучшем случае упрячут в сумасшедший дом.

– Но мы можем подтвердить, – возразил Дуглас.

– Вам никто не поверит, – сказал маркиз Минамото. – Я бы первым приказал изолировать эту сомнительную личность.

– Но вы почините свой корабль, – сказал Андрюша. – Вы подниметесь на нем и облетите все столицы мира…

– Нет, – ответил астронавт. – Мой корабль не приспособлен для полетов в атмосфере. К тому же я плохо себя чувствую, я болен, я подозреваю, что микроорганизмы вашей планеты, неизвестные нашей медицине, не позволят мне оставаться здесь. Выход один.