Русская зима - Алексей Изверин

— Функции охотников берут на себя любые вооруженные подразделения, оказавшиеся поблизости. — Ответила она не принимающих возражений тоном. — Теперь это именно так. Ловите, дети, редкий случай. Когда еще вам придется увидеть крыску?

Я сложил самую умильную гримасу, какую только мог.

— Командир, объясните, пожалуйста, а почему мы не вызвали патрульные подразделения? Я просто ничего не понимаю, ведь отследить их с флаера было бы проще… А навести могут и автоматы…

Таня нахмурилась, но все же ответила.

— Если мы находим крысаков, то надо их убивать как можно быстрее. Тут, внизу, их гнездо. Все признаки есть. Я засекла пустоты, и они наверняка уже заняты. Вниз лезть — безумие, там и армия не справиться. Кто его знает, куда все это ведет, может, даже и в старое метро привести, которое сейчас… Да что там говорить! Даже кибы вниз не лезут, не то что вы, новобранцы. Но одна семья, штук двадцать особей, ушла отсюда. Откочевала. Следы видны. С воздуха их отследить сложно, этот проклятый район просто создан для того, чтобы тут прятаться! Надо указать с земли на цель, чтобы не перепутали и чтобы кочевье не разбежалось. Если же они успеют вырыть норы и залечь там, то это будет еще одно гнездо, которое надо будет выжигать. Если найдем крысаков на марше, то сумеем уничтожить, и не понадобиться потом ставить генераторы на их норы. И продолжим патрулирование.

«Она что-то мудрит» — Лешка.

«Мудрит» — Согласился я.

«Так что делать будем. Прижмем ее. Или посмотрим чем это кончиться». — Лешка смотрел на дорогу очень внимательно, и никто не заподозрил бы его в том, что сейчас он ведет напряженную беседу. Да и я тоже от экрана приборов не отрывался.

Ленка невзначай села так, чтобы иметь возможность прибить нашу проводницу быстро и без лишних слов.

«Прижать ее. Тогда поговорим» — Предложила она.

«Оснований нет» — Отозвался я. И сказал уже нормально.

— Таня, может, прибавим скорость?

— Влетишь в засаду. — Таня всматривалась в дорогу. — И я не увижу ничего. Так что держись прежней скорости… И не торопись — на тот свет всегда успеешь.

Машина вильнула на повороте, тут уже кто-то проходил, хорошенько укатал колею, и медленно стала карабкаться на пригорок. По сторонам топорщились унылые кусты. Такие же серые, как и трава, они обреченно выталкивали из потрескавшейся серой земли свои голые и даже на вид острые ветки.

Проследив мой взгляд, Татьяна сказала:

— Шины рвут в клочья.

Я кивнул, держась середины дороги.

На детекторах все еще было пусто.

Машина выскочила на гребень холма и покатила вниз, по дороге.

— До низу. — Сказала Татьяна. — Там будет железная дорога… Знаете, что это такое-то? Около нее можно остановиться, место удобное. Но сначала проедем через старый комбинат. Держаться середины, по сторонам смотреть!

Крысаки шли ходко. Сначала я никак не мог разглядеть их следы, и никак не мог понять, как Таня ориентируется и каким образом задает нам направление движения. На снегу вроде бы все то же самое, да и подтаял он сильно. И трава эта через снег растет, словно и не было ничего. Не помогает, короче.

Только уж собрался спросить у Тани, как ей это удается, но помолчал, решил сам пока что посмотреть. И через некоторое время резко заметил, что места тут немного отличаются. Тут кто-то прошел. Вон, сбросили на землю невесть зачем часть какой-то арматурины, вот тут кто-то долго и внимательно обследовал кусок сохранившейся опоры, и что-то сняли с нее, виден свежие металл на сломе. Да и трава-то тоже покажет, если на нее правильно смотреть. Где-то помялась, где-то выпрямилась, и где-то снег с нее сбит.

Чужое присутствие. Вот так человек заходит себе в комнату, видит, что любимая пепельница лежи на пару сантиметров левее, чем он привык, и поднимает скандал, кто тут без меня бардак устроил, а ну, признавайтесь!?

А как он догадался, что в его комнате кто-то был? Да он и сам не знает, просто ощущает вторжение в личное пространство. И это ему не нравиться, он еще не понимает, что именно ему не нравиться, а потом видит — да я же по привычке пепел стряхиваю не глядя, и попадаю вместо моей любимой пепельницы на пол…

Вот тут примерно это же самое. Следы крысаков не были видны явно, но я их ощущал по ряду примет. Таня тоже что-то чувствовала, и указывала дорогу правильно. Ее указания и мои предчувствия ни разу не вступили в конфликт. Таня тоже чувствовала, куда они пошли.

Все-таки местный старожил…

— Они уйдут километров на двадцать. — Задумчиво сказала Таня. — Ближе не могут, им прошлая семья не даст ближе остановится, загрызут. Дальше… Нет, дальше не уйдут, они от города кормятся. И места тут для них хлебные. Так что далеко не пойдут. Норы у них еще нет, но копать будут быстро… Дальше почва очень рыхлая, и строений много там было, подвалы остались. Думаю, до вечера мы их настигнем в любом случае.

— А если не настигнем? — Быстро спросила Ленка. — Если мы их не найдем, или если мы влетим в засаду? Какое у них может быть оружие?

Таня глянула на Ленку очень внимательно.

— Оружие… А вот это, ребята, уже лотерея. Может быть, а может и не быть. Нет, совсем не быть — не может. Дубинки и дротики будут обязательно, так что не расслабляйтесь. Еще могут очень метко камни бросать, это называется праща. Веревки связывают, раскручивают, и бросают. Я вам потом покажу. А вот огнестрельного мало. Однострелы в основном, самоделки откуда-то получают. Серьезный огнестрел только у адаптантов встречается. Которые около Ачинска. Калашниковы там, Кольты…

Ленка равнодушно отвернулась.

— Не дрейфить, новобранцы! — Таня превратно истолковала поведение Ленки. — И не бояться! Будете бояться, крысаки вас убьют. Они страх чувствуют… А не будете бояться, мы их всех перебьем… Потому что смелость они тоже чувствуют, и смелых боятся.

Знала бы она, кто рядом с ней! Да мы втроем стоим регулярной армии… А уж против крысаков, у которых не то что нормального оружия, даже просто оружия-то может и не быть…

Избиение, вот как это называется.

Что они нам могут противопоставить? Чем удивить? Хотя Таня говорила, что даже кибы в их норы не спускались еще. Интересно, почему? Нелюбовь к закрытым пространствам, что неудивительно при таком комплексе систем обнаружения, или есть что-то такое?

Что могут противопоставить они нам? Если не считать кулаков и дубинок? Сразу на ум приходит «заманить», «завалить», «затопить» и все такое прочее. Нет, не будем лезть на рожон, проще спросить у Святогора.

И значит, что расслабляться рановато. Надо относиться очень внимательно.

Машина шла хорошо, мои детекторы пока не находили ничего опасного. Постиндустриальный пейзаж тянулся вдоль старой разбитой дороги. Колеса скрипели уже по остаткам гравия, кое-где попадались и уцелевшие асфальтовые нашлепки.