Демон. Противостояние - Маргарита Блинова

Двигаться не хочется, но и быть покусанной тоже, поэтому из двух зол я выбираю наименьшее и послушно переворачиваюсь.

– Хорошая девочка, – ласково гладит мою щеку мужчина и возобновляет массаж.

Я расслабленно мычу и остаюсь лежать с закрытыми глазами, но что-то в движении пальцев мужчины неуловимо меняется.

Вот он легко, словно играючи, гладит мою шею и его руки скользят по груди вниз, на миг замирают на животе, расходятся по сторонам и уже через бока поднимаются наверх к шее. Вот он все так же легко и ненавязчиво задевает мой правый сосок.

Я открываю глаза и с подозрением смотрю на мужчину, но по его сосредоточенному лицу невозможно ничего прочесть.

Случайность? Будем надеяться.

Еще пару кругов плечи-грудь-живот-шея, и я вновь теряю бдительность и закрываю глаза.

Мужчина тем временем обходит столик, присаживается сбоку, кладет руки на живот и начинает повторять маневр в обратном направлении. Вот только почему-то вместо того чтобы остановиться и скользнуть вверх, его правая рука движется ниже.

Я испуганно распахиваю глаза и приподнимаю голову. На мне же были трусики! Куда они делись?

– Стони, кричи, говори «да», – с легкой улыбкой на губах напоминает мистер Дамир.

Пальцы правой руки порхают между моих ног, вытворяя что-то очень неприличное и дико возбуждающее. Левая скользит выше, мягко сжимает грудь.

– Ммм… – хрипло мычу, жалобно глядя в сине-зеленые глаза.

– Нет, Аврора, – пальцы сминают мой сосок, а пальцы там, внизу, погружаются внутрь. – В этот раз только ты…

Пальцы на миг освобождают мою грудь, но только для того, чтобы смениться горячими губами и юрким языком.

– Мистер Дамир…

Мое тело перестает слушаться.

Руки сжимают края стола, заодно сминая белую простынь, а бедра начинают двигаться в такт неторопливо скользящих во мне пальцев и языка.

– Ммм… – хрипло мычу, стараясь сдержаться, но все мое сопротивление гаснет и спадает на нет под натиском умелых действий мистера Дамира.

Он прокладывает дорожку поцелуев наверх к правой груди.

– Ну же, – негромко шепчет он, ускоряя движения пальцев там, внизу, и сжимает зубами ставший невероятно чувствительным сосок.

Это становится последней каплей, необходимой для апофеоза. Мое тело дергается в сладкой муке, и я сдавленно кричу:

– Да-а… Ах!

Мужчина обнимает меня и прижимает к своей голой груди. Я тяжело дышу, уткнувшись вспотевшим лбом в накачанную грудь. В ушах какой-то странный гул, а в теле царит невероятная расслабленность.

– Хорошо, – довольно трется щекой о мое плечо он, касается метки, закрывая для себя доступ к моим эмоциям.

Мужчина отпускает меня, и я тут же расслабленно откидываюсь на стол, но у лаэрда свои планы.

– Какая же ты сладкая девочка, – бормочет он, подходя к узкому краю массажного стола.

Сильные руки подхватывают мои ноги под коленками и резко тянут мое несопротивляющееся тело на себя.

– Ох, Аврора… – глухо хрипит он, одной рукой раздвигая мне ноги, а другой дергая завязки на штанах.

Если честно, мне сейчас все равно.

Я откидываю голову, закрываю глаза и лениво думаю только о том, чтобы мужчина поскорее удовлетворил и себя, и демона.

– Удовольствие должно быть взаимно, Аврора, – мистер Дамир одним резким движением толкает бедра вперед и заполняет меня до самого дна. – Трогай меня… – просит он, наклоняясь к моему лицу.

Я открываю глаза, застенчиво улыбаюсь и кладу ему руки на плечи. Мои ноги обнимают его за талию, пальцы осторожно скользят по бугристым рукам.

Сине-зеленые глаза, такие близкие сейчас, смотрят как-то особенно. С какой-то непередаваемой жадностью, и мне это дико нравится. Он хочет меня. От одной только мысли об этом мне хочется радостно захлопать в ладоши.

Мужчина неожиданно замирает и останавливается.

Я уже готова ликовать в надежде, что все закончилось так быстро, но неожиданно он наклоняется еще ниже и трется своим носом о мой.

– Я хочу кончить вместе с тобой, – хрипло говорит он.

Все внутри меня сжимается, в горле появляется комок.

– Я не смогу…

– Вместе, – непреклонно шепчет он, наклоняется, покрывает короткими поцелуями мою шею, тянет мочку уха. – Давай, девочка, ты справишься.

Он опять начинает движение, но теперь оно неторопливое, словно лаэрд смакует и растягивает каждый миг внутри меня.

– Разведи ножки, – просит он, и я послушно расцепляю ноги и развожу их в стороны, насколько позволяет растяжка.

Он толкает сильнее и глубже, и я прикрываю глаза от медленно нарастающего удовольствия.

– Ах… – вырвавшийся из моей груди хриплый вздох сливается с его тихим стоном.

– Черт возьми, Аврора, – он поднимает голову и смотрит мне в лицо. – Давай, сладкая. Постарайся…

Я искренне не понимаю, как в этом деле можно постараться, и, закусив губу, смотрю в сине-зеленые наполненные желанием глаза.

Мне хочется, чтобы он был как можно ближе, поэтому я невероятно смело пропускаю свои пальцы в его волосы и тяну к себе.

Подобно мне, лаэрд наматывает мои волосы на кулак, жестко сжимает их на затылке. Его темп все возрастает, и каждый толчок отзывается внутри меня.

Мы смотрим друг другу в глаза, и мне кажется, что я погружаюсь в море первобытного желания и страсти сине-зеленого цвета.

Это какое-то волшебство, сродни магии.

– Ой!

Наслаждение приходит так неожиданно, что я даже не сразу понимаю, почему мое тело выгибается, а ноги сжимают бедра мистера Дамира.

– Ну, Аврора! – рычит он и буквально вжимает меня спиной в стол, накрывая своим телом сверху.

Я задыхаюсь от наслаждения, чувствую непонятное торжество от хриплых стонов мужчины, сжимающих меня в своих объятиях, и не хочу, чтобы этот миг заканчивался.

Почему с Риком у нас такого не было? Почему ему нравилось причинять мне боль больше, чем дарить удовольствие?

Мы молча лежим, прижимаясь друг к другу, пытаемся восстановить дыхание и хоть немного прийти в себя.

– Хорошо… – немного удивленно произносит мистер Дамир и нежно целует в висок.

Я лежу с закрытыми глазами – обессиленная, наполненная и не могу заставить себя перестать улыбаться.

Он приподнимается на локтях, чтобы мне было легче, осторожно гладит по щеке подушечками пальцев, проводит по губам и быстро чмокает в краешек носа.

Одним движением он поднимается, выходит из меня и, подхватив краешек простыни, осторожно вытирает.