Сторожевой полк. Княжий суд - Юрий Корчевский

Лазутчик помолчал, потом добавил:

– Похоже, девок в полон захватили.

– С чего взял? Сам видел?

– Не, не видел, только из изб крики женские были слышны.

Я задумался. Многовато татар, тем более – за стенами они. Легко их взять не получится. Или дать отряду поутру выйти да на дороге напасть? Тогда шансов разбить их у нас будет больше.

А как же девки наши русские? То, что татары похоть ублажают – это полбеды. Но у басурман привычка изуверская есть – животы потом жертвам вспарывать, чтобы умирали медленно и мучительно.

Надо рискнуть, попытаться спасти девок. Плохо – для нас плохо, что татары вина не пьют, а хмельного кумыса стоялого им взять негде.

– Вот что, Федор. У тебя бойцы поопытнее. Пусть налегке, с одними ножами, за тын проникнут да караульных втихую снимут. Сможешь?

– А то! Демьяна возьму, он ходит так, что его не слышно. Кривоногого Михаила еще – ловок, силен. И сам пойду – вдруг неожиданность какая.

– Хорошо, сам решай, кто пойдет. Ворота потом открой.

– Все сделаю, как велишь, князь!

Федор исчез в темноте.

– Макар, теперь ты слушай свою задачу. Раздели людей на пятерки, во главе каждой русина поставь – они в сечах бывали, поопытней. Как ворота откроют, к каждой избе – по группе. Избы заранее распредели. По возможности старайся не шуметь, хотя бы вначале – ножами их. А уж коли не получится, тогда – саблями, да пищали наготове держите.

Макар кивнул.

– Одну избу я на себя беру – ту, что крайняя, около бани. И еще тройку людей из федоровских у ворот поставлю, чтобы ни одна тварь живой не ушла.

– Понял, князь.

Оставив лошадей под охраной расстриги Михаила, мы пошли по лесу к острогу. На опушке замерли, вглядываясь в темнеющий тын. Тишина, ничего не происходит. Мы напряженно ждали.

Но вот дрогнули ворота, открылась одна створка, другая. Молодец Федор, снял караульных.

Макар со своими скользнул тенями вперед.

– Так, вы трое – у ворот будьте. Ни одна мышь мимо вас проскочить не должна. Убежит хоть один татарин – вскоре помощь приведет. Ну а вы – со мной. Помните крайнюю избу в ряду, что недалеко от бани? Вот ее брать будем. Как ворота пройдем, все вправо и вдоль тына – к избе. А там ждите моего сигнала.

Я пошел вперед, за мною – семеро ратников. Все со мной в боях уже бывали, на каждого положиться можно.

Как только мы прошли ворота, их тут же закрыли на засов. Трое ратников взбежали на крыльцо сторожки и приготовили пищали. Мы же двинулись вдоль тына.

Вот и изба, которая нам нужна.

Я шепнул:

– Лягте у входа и ждите. Если внутри шум услышите, врывайтесь сразу.

Обошел избу. Сзади – знакомая глухая стена. То, что мне надо. Вокруг темно, даже луна спряталась за тучку. Я прижался к стене и прошел сквозь нее. Давненько я не практиковал такой способ проникновения.

В избе тускло горел масляный светильник. На полу лежала подвывающая девка с задранным на голову подолом сарафана. А на ней пыхтел и дергал жирным задом татарин. И так он вошел в раж, что даже не услышал моих легких шагов, когда я приблизился. И лишь когда я приставил широкое лезвие боевого ножа к его горлу, он дернулся и замер.

Не отпуская ножа, я повел глазами в сторону. На постели – рядом совсем – валялся его пояс с саблей.

– Ну что, Ахмет, вставай, только не дергайся – враз умрешь.

– Откуда имя мое знаешь? – удивленно прохрипел татарин.

– Слухами земля полнится, – пошутил я. Конечно, не знал я его имени, наугад сказал.

Татарин медленно встал, не спуская глаз с ножа, подтянул штаны, затянул гашник. «Быстро, однако, он в себя пришел от неожиданности», – отметил я.

– Зачем помешал? – обиделся татарин.

– Я тебя, Ахмет, в мой дом не звал! Ты незваным гостем заявился.

– Не надо было тебе приходить – умрешь сейчас. Я прикажу своим воинам, и ты умрешь страшной смертью. Тебя разорвут лошадьми.

– А ты не грози. Воины твои уже мертвы, да и тебе недолго жить осталось.

Я хотел его допросить. Одежда на нем богатая, видно – воинский начальник, скорее всего – сотник. К тому же один в избе, а в других избах по пять-семь татар теснились.

В это время девка, которую я выпустил из виду, неожиданно вскочила и с воплем кинулась к двери. Татарин не упустил момент, метнулся в сторону постели, пытаясь схватить свою саблю. Рефлекс сработал сразу, и я ударил его ножом в живот. В это же время раздался грохот, распахнулась дверь, в комнату ввалилась и упала девка. Перепрыгивая через нее, в избу ворвались мои ратники.

– Чего, князь?

– Да вот татарина пришиб.

В соседней избе громыхнул выстрел.

– Все быстро туда!

Девка едва успела отползти к стене, как воины, топоча ногами, выбежали во двор.

Я наклонился к едва дышащему татарину.

– Предупреждал же, не дергайся.

Он лежал на полу, прижав руки к животу, из-под пальцев обильно сочилась кровь.

– Скоро с гуриями встретишься в райском саду, – констатировал я. Ну что же, сотник уже не боец, угрозы для девки больше не представляет.

Девка смотрела на меня круглыми от ужаса глазами.

– Будешь тихонько сидеть здесь – живой останешься, – сказал я, проходя мимо.

Выйдя из избы, я прислушался, пытаясь понять, где стреляли. В трех избах было тихо – по всей видимости, бойцы застали врага врасплох, спящим. А вот в двух других кипел бой. Оттуда слышались крики и звон оружия.

Снова прогремел выстрел. Надо бежать туда, похоже, помощь нужна.

Снова прозвучал выстрел – теперь со стороны ворот, затем – еще… Ладно, в избах хлопцы сами справятся, лишь бы не ушел никто из острога.

Я побежал к воротам. Еще издалека крикнул:

– Свой! – Подстрелят еще в темноте.

– Чего стреляли?

– Эти двое попытались уйти! – кивнул в сторону ратник.

Я пошел в указанную сторону, ратник – за мной, держа в руке саблю. Оба татарина были мертвы. У одного от близкого выстрела картечью снесло пол-головы, второму заряд угодил в бок. Даже в темноте была видна лужа крови под ним.

– Хорошо! Стерегите ворота!

Сам же поспешил к избам. Там уже было тихо – видать, бой закончился. Бойцы вышли на улицу.

– Федор, Макар, как у вас?

– Сейчас осмотримся и доложим.

Ратники стали выносить своих убитых товарищей, потом вытащили и кинули в кучу татарские тела.

– А то весь пол в кровище будет, а нам тут жить, – сетовали они.