Олимпийские игры - Надежда Навара

Тойфер надулся. Зря. Она не хотела обидеть и уже мягче добавила:

– Я – воин. Была на арене и умею бросать вызов.

– Арена? – немедленно заинтересовался Йохан. – А, понял. Место, где проводят военно-спортивные состязания для классификации солдат.

Роберта чуть улыбнулась – ничего ты не понял, человек.

– Классификацию получают в базовом лагере. Те, кто выжил. На аренах решают споры. – Легионер на секунду умолкла, подбирая наиболее доходчивое объяснение. – Арена – не место, арена – принцип. Что-то вроде дуэли. Только силы сторон не обязательно должны быть равны. Например, три к одному – совсем не редкость.

Кажется, последняя фраза не вязалась с представлениями её собеседника о дуэлях. Тойфер не удержался от замечания:

– Как-то нечестно получается.

– Ещё как честно, – заверила его трибун. – У тебя есть выбор: подчиниться мнению большинства или на деле доказать собственную правоту. Никаких проволочек и тяжб. Сказано – сделано!

Роберта не могла точно судить, одобрил ли Йохан брутальную концепцию. По крайней мере на этот раз он не стал спорить.

– Наверное, вы правы. В сущности, вся жизнь – одна сплошная арена.

Они немного помолчали. Неожиданно Тойфер сменил тему.

– В Доминионе ходит масса слухов о Сожженной Зоне, а толком никто ничего не знает. Пожалуйста, расскажите мне о вашей родине. Я – журналист, моя работа – говорить людям правду.

«Правду. – Роберта подобрала ноги, обхватила руками колени, положила на них подбородок и прикрыла глаза. – Что же тебе рассказать, человек?»

И опять, как тогда, во время ночной разведки на Нидаросе, на неё нахлынули воспоминания. Дом, мать, дед. Лагерь гоплитов, кровь, война. Брииды и люди, живые и мёртвые. Жизнь девочки-подростка из рыбацкого посёлка и жизнь воина легиона.

Калейдоскоп образов затуманился. Пылевые вихри стёрли знакомые лица. Роберта шла по плато Стьёрдал.

Она отыскала в мутном мареве одинокую фигуру, закутанную в саван офицерского плаща. Мёртвый претор принимал парад мёртвого легиона. Она подошла и молча встала рядом.

– А, это ты… – не поворачивая головы, тихо произнес бриид. – Ты снова пришла задавать вопросы, трибун?

– Нет, претор. – Она гордо вскинула голову. – Я хочу, чтобы ты знал – легион жив. Мой легион. Сегодня мы будем сражаться и победим.

Бриид улыбнулся.

– Я не ошибся в тебе. Помни и дальше – долг, честь, здравомыслие.

Его фигура начала таять, растворяясь в пылевых вихрях. Сквозь завывания ветра трибун услышала угасающий голос:

– Прощай, Роберта Винсон.

Женщина вышла из транса, открыла глаза и прошептала:

– Прощай и ты, Лайонел Винсон.

Тойфер взволнованно спросил:

– С вами всё в порядке?

Вместо ответа она рывком подняла с пола сильное тело. Он тоже встал.

– Я обязательно расскажу тебе про Сожжённую зону, Йохан, – пообещала трибун. – Но сейчас ты должен отдохнуть. Иди.

Малыш влетел в тренажёрный зал и с порога гордо объявил:

– Тойфер сказал: для первого раза – нормально. Колли вроде тоже доволен.

– Я счастлива, – холодно процедила Сью, не отрываясь от терминала.

– Не понял, – озадачился Малыш.

Девушка повернулась к нему и зло спросила:

– Корсаков, ты на самом деле идиот или умело прикидываешься?

– Я…

Дан осёкся. Сообразил – лучше помолчать.

Сюзан вновь уткнулась в терминал. Малыш немного помялся, подошёл, склонился и заглянул ей через плечо.

– В ухо не дыши!

Она резко мотнула головой, словно отгоняя назойливую муху. Малыш увернулся от летящего в лицо хвоста волос и всё же успел разглядеть на дисплее логотип «Zero Universe».

Вселенная Зеро – самый большой и популярный из олимпийских виртуальных миров. Для большинства пользователей – бегство от проблем, для узкого круга посвящённых – рабочий инструмент.

К примеру, два персонажа в гольф-клубе увлечённо машут клюшками, звучат обыденные фразы и комментарии. На первый взгляд – стандартная игровая ситуация, на деле – проходит встреча, которую опасно проводить в реале, идёт обмен информацией или заключается сделка. Уследить за всеми виртуалами невозможно.

Пальцы Сюзан бегали по клавиатуре – если нет игровой оснастки, управлять виртом приходится примитивным способом. Дан приподнялся на цыпочки и заглянул в экран. Так и есть, Сью в образе разбитной толстушки беззаботно болтала с маникюршей, пока та обрабатывала ей ногти.

До знакомства с Корсаковым Форстер входила в саксонское сообщество медиа-пиратов «Die freie Welle».[11]Поставщики контрафакта имели запутанные отношения с полицией и мафией, не гнушались при случае сдать или подставить конкурента, да и сами частенько попадали под раздачу по пустячным поводам. Короче говоря, уважающему себя профессионалу в такой компании делать нечего.

Дан убедил подругу выйти из бизнеса. Правда, от случая к случаю девушка пересекалась в «Зеро» с бывшими подельниками.

Понятно, что Сью отправилась в контактную точку сообщества – салон красоты – не из праздного интереса. Момент не тот. К сожалению, Малыш не знал арго «Свободной волны», а лезть с расспросами поостерёгся. Пришлось ему умерить любопытство, сесть в кресло и ждать. Авось партнёрша смилостивится и расскажет – что да как.

Минут через пятнадцать Сюзан, не оборачиваясь, протянула руку и коротко потребовала:

– Дай сот-комм.

Дан безропотно подчинился.

Насколько он мог судить, девушка отправила запрос на файл-сервер. Когда загрузка закончилась, она выключила коммуникатор и преспокойно убрала его в карман комбинезона.

Малыш удивлённо хмыкнул – ау, между прочим, я всё ещё тут. Лучше бы он воздержался от напоминаний. Сюзан отключила терминал и повернулась на звук. И началось.

Фройляйн Форстер без суеты и истерик разложила Корсакова на секционном столе и, не прибегая к наркозу, произвела вскрытие. Аутопсия подтвердила предварительный диагноз: прогрессирующая атрофия головного мозга. Впрочем, репутация пациента вне опасности, он хоть и задохлик, но органично вписался в общество мышцастых приматов, что собралось в «конюшне». На сём экзекуция закончилась.

Дан позволил себе всего одну невинную ремарку: согласен – я дурак. А Колли-то с компанией в чём провинились?

Девушка безнадёжно махнула рукой и устало спросила:

– Кто-нибудь из твоих умников знает, как проскочить мимо орбитального контроля?

– Нет, – честно признался Малыш. – Наверное, что-нибудь придумают.