Плацдарм. Игра на выживание - Максим Кораблев

Вслушиваясь, темный лик старшего прояснялся.

И он внял словам своего противника.

Братья понеслись вместе дальше, в самый густой мрак, и там сотворили мир. На ночных светилах воздвигли они свои троны, дабы с высоты виден был им каждый камушек сотворенной тверди, каждая капля дождя и каждая волна океана, в котором утопала твердь.

Затем, в потоке времени, водоворотом кружившемся в сияющем сотворенном шаре, спустились помощники богов, созданные на солнце и лунах нового мира.

Братья набрались терпения ждать разрешения своего спора. На солнце и лунах нового мира созданы были слуги богов.

Они-то и создали жизнь на планете, уже тогда поименованной Плацдармом.

Развлекались боги.

То и дело они погружались в мир своих грез, вызывая оттуда при пробуждении одно чудовище страшнее другого, одного зверя могучее другого, одну тварь – смешнее самой злобной и жалкой.

Поначалу они заставляли свои призрачные творения сражаться, но эта забава вскоре наскучила братьям – фантомы были слишком предсказуемы, слишком скучны, не имея собственной воли, двигаясь лишь по желанию и приказу бога, но стоило божественному вниманию ослабнуть, и они таяли без следа.

Над бушующим штормовым океаном носились громадные меднокрылые птицы. В пустыне, вздымая лапами смерчи и плюясь огнем, ползли драконы. По горам вышагивали бронированные колоссы, о чьи панцири разбивались метеориты и по которым стекали в ущелья молнии. Из океанских пучин всплывали, выдыхая облака пара, сине-черные кракены, силясь дотянуться щупальцами до грозовых туч.

Это была великолепная забава для богов – следить, как их мимолетные фантазии облекаются плотью и жизнью в ткани времени. Она пришлась по душе братьям. Но этого было мало, и они торопили своих рабов.

И тогда решили они – пусть существа с других миров, принесенные их слугами, сражаются здесь друг с другом. На дрожащей от землетрясений и извержений вулканов земле появились маленькие фигурки – дрожащие от ужаса разумные существа далеких обитаемых миров.

Боги потирали руки, предвкушая начало грядущей забавы.

Миллионы и миллионы лет доставлялись в новый мир разумные существа. Все новые и новые игрушки появлялись на ристалище. За них брались цепные демоны нового мира. Боги хохотали, и небеса лопались от молний, и град дробил камни. Боги хмурились, и облака чернели, источая искры и снег из раскаленного пепла. А их несчастные рабы пытались выживать, убивая.

Каждому слуги вручали оружие, у каждого незримо присутствовали в думах, подсказывая и советуя. Но только один из тысяч обреченных пробивался сквозь кракенов, драконов, василисков и грифонов, сквозь пустыни и джунгли, горы и болота к центральной горе континента. У подножия горы крылатые божественные слуги поднимали счастливца ввысь, к самой кромке небес, и упокаивали в золотом дворце, что на самой вершине, плывущей в дымке над миром.

Сколько же было несчастных узников, коли в золотом дворце были тысячи и тысячи гротов, залов, усыпальниц, где качались прозрачные ледяные глыбы. Боги с небес могли хорошенько рассмотреть каждого своего героя. Каждого из них братья нарекали воином Света или воином Мрака – по цветам своих одежд и тронов. Два враждующих начала, два враждебных цвета. Так же по замыслу должны были быть одеты две рати, что сойдутся на ристалище.

Раз в несколько столетий герои пробуждались, выходя из ледяных усыпальниц, приходя в себя средь фонтанов и цветущих садов. Бесплотные руки подносили им полные чаши, бесплотные пальцы перебирали струны и бесплотные губы дули во флейты, играя прекрасную музыку, птицы их родных миров щебетали на серебряных и золотых ветвях.

Счастливцев было мало.

Большинство воинов усеяло своими костями пески и камни, сгнило в болотах и растаяло в безднах океана.

Братья неустанно измышляли все новые и новые ловушки на пути странников. Старались и слуги.

Мир становился опасным.

Даже камни и травинки стали источником скорой и лютой смерти для скитальцев. С каждым веком все больше и больше становилось демонов из фантазий богов. Каждый был воплощением идеи убийства разумной твари. Рабы Плацдарма могли лишь преследовать, терзать, рвать, проникать в сны и выпивать тепло тел на расстоянии. Но это они делали хорошо – благо жизни в ее истинном понимании в них не было ни искорки.

Слуги богов сбились с ног и износили бесплотные крылья, разнося все новых и новых воинов по отдаленным островам и вторичным континентам, забрасывая их в гиблые пустыни, ослепительно-ледяные пустоши, в центры бушующих бурь.

Меж тем на самой тверди и в глубине океана нового мира стала зарождаться жизнь. Слишком поздно спохватились братья.

С гневным изумлением следили Светлый и Темный со своих тронов, проносясь над планетой на двух ночных светилах, как моря и реки полнятся рыбами, воздушные потоки – птицами, как на голых камнях, песке и глине пробиваются несмелые ростки.

Светлый брат в гневе уничтожил десять слуг, рассмотрев на их переливчатой сверкающей шкуре споры растений и икринки рыб далеких миров, из которых странницы несли в когтях игрушки для Плацдарма. Однако было слишком поздно – Темный собрался уже обратиться в стену огня и очистить ристалище от «сорняков», когда присмотрелся повнимательнее к тварям.

Это были страннейшие из живых существ, когда-либо им виденные. Бог знал точно – ни в одном из бесчисленных обитаемых миров нет ничего подобного.

Это были дети Плацдарма.

Ему стало интересно, и он велел слугам принести ему воды из океана, песка из пустыни и горсть земли.

Светлый нахмурился – даже в самой мельчайшей пылинке из плоти планеты он видел принесенные нерадивыми слугами споры чужой жизни. Но Темный как зачарованный смотрел на мельчайших тварей, зародившихся в плоти его творения. Он не позволил старшему выжигать ристалище.

Слуги были вызваны к престолам и получили новое задание. Теперь они приобщали новоявленную жизнь к делам Плацдарма. Множество зверей, птиц и гадов стали сторожить тропы, по которым двигались фигурки рабов-гладиаторов. Вначале слуги использовали только тех тварей, которые были плоть от плоти планеты, но затем сбились со счета и при попустительстве богов стали делать убийц из всех животных без разбора. Виды, по каким-либо причинам не выполнявшие задачи воспитания воинов из разумных иномирных существ, безжалостно уничтожались.

Наконец, смирился и Светлый брат.

Охота на принесенных слугами пришельцев стала интересней среди буйных лесов, топких живых болот, а не призрачных декораций Плацдарма. Многие новые твари оказались сообразительнее туповатых громоздких демонов. Кроме этого, фантазия братьев стала истощаться. Новых монстров создавать было все труднее, старые поднадоели. Да и в хрустальных усыпальницах уже полно было героев, изничтоживших на своем пути самых сильных из старых чудовищ.

Великая игра становилась все интереснее.