Звезда Напасть - Брендон Сандерсон

Я шагнул в комнату. Треск, она показалась мне намного просторнее, чем раньше. Пройдясь по ней, я обнаружил, что она действительно стала больше.

«Пространственное искажение», — подумал я, добавляя к перечню его способностей еще одну. Во имя Напасти… эта сила казалась мне просто невероятной — до меня лишь доходили слухи об обладающих ею эпиках. И его способность создавать предметы из ничего…

— Ты мог бы с ним справиться, — сказал я.

Заграбаст не ответил, продолжая лежать с закрытыми глазами.

— Заграбаст! — позвал я уже громче.

Вздрогнув, он сорвал наушники и яростно уставился на меня:

— Что?

— Ты мог бы с ним справиться, — повторил я. — Столкнувшись лицом к лицу с Профом, ты, возможно, сумел бы победить. Я знаю, что у тебя множество выдающихся неуязвимостей, да еще способность создавать что угодно, искажать пространство… Ты точно бы его победил.

— Конечно же нет! Почему, по-твоему, я здесь, среди вас, бесполезных идиотов?

— Это я пока не выяснил.

— Я не сражаюсь, — сказал Заграбаст, собираясь снова надеть наушники. — Мне нельзя.

— Кто тебе запрещает?

— Я сам. Пусть сражаются другие. Мое дело — наблюдать. Даже правление этим городом, похоже, не для меня.

Многие, включая меня, были склонны предполагать, что все эпики, по сути, одинаковые — эгоистичные, одержимые страстью к разрушению, самовлюбленные. Но, несмотря на все эти общие черты, у каждого имелись свои странности. Разрушитель цитировал Библию и, похоже, стремился уничтожить все живое на планете. Регалия воплощала свою темную сторону в виде все более великих планов. Властитель Ночи в Ньюкаго действовал через низших посредников.

У Заграбаста, судя по всему, имелся свой пунктик. Я сунул руку в чашу на маленьком мраморном постаменте возле двери, и между моими пальцами заструились стеклянные бусины. Нет — бриллианты.

— Полагаю, — начал я, — ты вряд ли мог бы сделать для меня…

— Стоп!

Я посмотрел на Заграбаста.

— Мне следовало четко дать понять с самого начала, — сказал он. — От меня вы ничего не получите. Я здесь не затем, чтобы делать вам подарки или облегчать жизнь. Ничьим слугой я никогда не стану.

Вздохнув, я выпустил из пальцев бриллианты.

— Ты никогда не спишь. — Я попробовал зайти с иной стороны.

— И что?

— Как я понимаю, эту способность ты приобрел от другого эпика. Не из-за своих ли кошмаров?

Заграбаст на мгновение уставился на меня, а потом внезапно отшвырнул наушники и вскочил на ноги. За один шаг он преодолел разделявшее нас расстояние.

— Откуда ты знаешь про мои кошмары? — требовательно спросил эпик, нависая надо мной.

Мне показалось, будто он увеличился в размерах, став выше ростом.

Я судорожно сглотнул, вновь почувствовав, как отчаянно забилось сердце. До этого Заграбаст производил впечатление праздного бездельника, но сейчас, ростом более двух метров, с жуткой ухмылкой и диким взглядом, он походил на настоящего монстра.

— Они… — Я запнулся. — Они бывают у всех эпиков, Заграбаст. Кошмары.

— Чушь! — бросил он. — Они мои, и только мои. Я единственный в своем роде.

— Поговори с Меган, — сказал я. — Она расскажет тебе, что кошмары бывают и у нее. Или найди какого-нибудь эпика и выбей из него признание. У них всех бывают кошмары, связанные с их слабостями. То, чего боится эпик, становится…

— Хватит врать! — заорал Заграбаст. Зарычав, он вернулся к дивану и рухнул на него. — Эпики слабы, потому что они дураки. Они уничтожат этот мир. Стоит дать людям власть, как они тут же ею злоупотребят. Это знает каждый.

— И ты никогда этого не чувствовал? — спросил я. — Внезапной тьмы, которая наступает, когда пользуешься своими способностями, отсутствия всяческого сопереживания другим? Желания разрушать?

— Ты вообще о чем? — усмехнулся он. — Глупый маленький человечишка…

Я замолчал, пытаясь заглянуть в душу этому странному созданию, но не сумел. Возможно, Заграбаст постоянно пребывал во власти тьмы. Во всяком случае, вел он себя достаточно высокомерно.

Но эпик не причинил никому из нас вреда. Ему нравилось нам приказывать, но, как я понял, не так, как другим эпикам, а скорее как избалованному ребенку.

— Ты столкнулся с этим в детстве, — предположил я. — Ты рос, будучи эпиком, и мог получить все, что хотел, но никогда не ощущал тьмы.

— Глупости, — ответил он. — Я запрещаю тебе впредь говорить столь идиотские вещи. Тьма? Хочешь обвинить меня в тех ужасах, которые творят эпики? Ха! Люди уничтожают самих себя, потому что именно этого они заслуживают, а не из-за каких-то мистических сил или эмоций!

«Похоже, он постоянно сталкивается с собственным страхом, — подумал я. — Ему приходится противостоять своему кошмару ежедневно, в чем бы тот ни заключался». Именно это мы узнали от Меган: стоило ей утратить бдительность — и к ней начинала подкрадываться тьма.

Я выскользнул из напоминавшей дворец комнаты.

— Имей в виду — я вас всех ненавижу! — выкрикнул мне в спину Заграбаст.

Я снова заглянул в комнату. Он все так же лежал, развалясь на диване, чем-то действительно напоминая мальчишку-подростка с наушниками на голове, пытающегося отгородиться от всего мира.

— Вы этого заслуживаете, — продолжал он. — Люди по своей сути зло. Именно это доказывают эпики. И именно поэтому вы вымираете.

Он закрыл глаза и отвернулся.

Вздрогнув, я зашел в другую комнату, забитую нашим снаряжением, но и там Меган не оказалось. Абрахам продолжал экспериментировать в кухне. Поднявшись на самый верх, я постучал в дверь маленькой уборной — увы, нам снова приходилось пользоваться ведрами. Наконец я еще раз заглянул в другую спальню.

Пусто. Где же…

Погоди-ка. Что-то в той темной комнате показалось мне… гм… темнее обычного? Нахмурившись, я вошел внутрь, пройдя сквозь некое подобие завесы. Меган сидела по другую ее сторону скрестив ноги, и перед ней на полу горела маленькая свеча. Взгляд ее был устремлен в пространство за стеной.

Которая теперь отсутствовала.

Стена убежища попросту исчезла. И города за ней тоже не было. Перед Меган простирался ночной ландшафт из цветущих полей под мириадами звезд. Она смотрела на него, потирая руку.

Заметив меня, она потянулась было к лежавшему рядом пистолету, но тут же расслабилась.

— Привет, — сказала она. — Я тебя не разбудила?

— Нет, — ответил я, устраиваясь возле нее. — Впечатляющий вид.

— Это очень легко, — улыбнулась Меган. — В одном из множества разветвляющихся вариантов Ильдития не переместилась в ту сторону. Не так уж сложно найти вариант, в котором ее здесь нет. И вместо города — пустое поле.