Проект «Око» - Александр Якубович

— Вот и решили. Ладно, ты сиди, и это, — Оливер задержался секундой взглядом на груди Мелиссы, — накинь чего. Мы, конечно, немолоды уже, но как­то неловко.

Мелисса устало улыбнулась в ответ и согласно кивнула, потянувшись к своему рюкзаку. Из него она достала остатки рубашки — снизу не хватало уже сантиметров пятнадцати, которые пошли на бинты — и накинула на плечи, поежившись от прикосновения холодной ткани — осень вступала в свои права.

Мэтт отправился искать хворост, да и вообще любые ветки, из которых можно было бы развести костер, Оливер же взял фляги и отправился за водой — в десяти минутах хода они пересекли ручей.

Спустя часа полтора, когда солнце стало клониться к закату и было готово вот­вот коснуться линии горизонта, на жарко горящем костре в одной из фляг уже кипятилась вода — промыть рану.

Мелисса за это время серьезно сдала. Организм женщины, будто почуяв грядущую передышку, тщетно бросил все силы на борьбу: «армия» иммунитета атаковала инфекцию, неся колоссальные потери — самостоятельно тело эту борьбу выиграть не могло. Мелиссу бил озноб. Когда Оливер накинул ей на плечи свою куртку, которую до этого нес в рюкзаке, он почувствовал, что женщина вся горит. Медлить больше было нельзя.

Приготовив воду, мужчины аккуратно промыли и очистили, как могли, рану. Перед этим Оливер положил их армейские штык­ножи краем лезвий в угли, чтобы прижечь входное и выходное отверстия. Конечно, им бы не помешала помощь квалифицированного врача, но в лесу с наличием врачей были некоторые трудности, поэтому пришлось обходиться вот такими полевыми, древними методами.

Пока промывали рану, Мелисса держалась, хотя Оливер и чувствовал, как женщина вздрагивала от боли каждый раз, когда они прикасались к воспаленным тканям вокруг раны. Дальше в ход пошли ножи. Мэтт поднял Мелиссу на ноги и поднес ко рту женщины небольшую ветку, предлагая закусить ее, что та, хотя и с некоторой неохотой, выполнила.

Спустя мгновение после того, как ветка оказалась в зубах, Мелисса взвыла от боли: конец широкого лезвия М9 коснулся входного отверстия пулевого ранения.

— Держи ее, Мэтт! — воскликнул Оливер.

Старый командир перехватил покрепче женщину, но она и сама уже перестала дергаться, усилием воли подавив моментную слабость. После того как Оливер закончил с входным отверстием, Мелисса развернулась к нему спиной и уперлась лбом в грудь Мэтта. Всю процедуру можно было бы провести и лежа, но тогда промывание и очистка раны не имели бы смысла — вокруг не было ничего достаточно чистого, на что можно было бы лечь.

— Только не пни меня между ног, хорошо? — шутливо сказал «пациентке» Мэтт.

Мелисса лишь слабо улыбнулась в ответ, покрепче ухватившись за широкие плечи мужчины. В это время Оливер достал второй нож из костра и прижег выходное отверстие. В воздух вновь поднялся запах обожженной плоти, но вторую, финальную часть процедуры Мелисса перенесла лучше.

Стальной Генерал отложил в сторону второй клинок и потя­нулся за предварительно прокипяченным и высушенным куском ткани. Им он перевязал прижженную рану. После того как была вколота двойная доза антибиотика из походного медкомплекта Мэтта, процедура была окончена. Все трое расселись у костра: мужчины молча разогревали пайки, а Мелисса пыталась устроиться по­удобнее.

— А теперь объясни нам, дорогая, почему ты чуть не выколола мне глаз шприцом с обезболивающим, — обратился к женщине Мэтт.

В это время Мелисса нашла подходящую позу, в которой нога болела меньше всего, поправила куртку и ответила:

— Мне нельзя.

— Ты из этих, любителей боли, или что? — спросил шутливо старый командир.

Мелисса юмор не оценила.

— Я бы и рада, но нельзя.

— Это почему же? — вступил в разговор Оливер.

Женщина насупилась и отвела взгляд. Было видно, что она не хочет рассказывать об этом.

— Мелисса, все просто: или ты рассказываешь, или мы тебя здесь бросаем, — пригрозил Оливер. — А может, что и похуже. Не огорчай меня, пожалуйста. Ты же знаешь, что происходит с теми, кто меня огорчает, — многозначительно добавил он.

Всем было ясно как день, что Оливер блефует, но чем черт не шутит — Мелисса не хотела проверять слова Стального Генерала. Мэтт хмыкнул под нос.

— Ты пытаешься продать эту дешевую ложь человеку, который сам себе прострелил ногу? — Мэтт взял залитый пять минут назад водой контейнер с сублимированным пайком и зачерпнул кашеобразной массы концом ножа, подул и отправил в рот. — Ты совсем в своем Гетто мозги отпил, старик?

Оливер стушевался. Мэтт был прав. Его угрозы бойцу­телепату выглядели настолько нелепо, насколько это вообще было возможно.

Мэтт продолжил измываться над товарищем, и пока он подтрунивал над Оливером, Мелисса собиралась с мыслями.

— Господа, — начала она.

Шутки Мэтта сразу же смолкли, и оба, он и Оливер, превратились в слух.

— Все дело в препарате, который сделал меня оператором. Между собой врачи называют его «истинное зрение», но на колбах я видела надпись «EP­22» («и­пи­22»). Все дело в EP, — женщина на мгновение прервалась из­за пронзившей ногу боли при неловком движении, но, видя интерес товарищей, почти сразу же про­дол­жила:

— Насколько я поняла из отрывков разговоров, EP отвечает за стимуляцию нервной системы и активность головного мозга, а еще черт знает за что. Мне пришлось перенести операцию по вживлению имплантата­ретранслятора, вот тут, — женщина коснулась шеи под затылком. — Имплантат усиливает и фокусирует те способности, которые мы получаем в ходе курса инъекций. Но есть и побочный эффект: мозг и нервная система становятся гиперчувствительными к любому типу препаратов, влияющих на нее. Это как если бы я была пороховой бочкой, а доза анестезии — горящей спичкой. Поднеси ее к пороху — и получишь взрыв.

— Так, стоп. Это тебя убьет или что? — спросил Оливер.

— Как мне говорили, да. Фактически убьет, — ответила Мелисса.

— Подожди, — вмешался Мэтт, — в отличие от этого товарища я документацию по вашему этому эксперименту ясновидящих…

— Я не вижу будущее, я мысли читаю, — улыбнулась Мелисса.

— Да черт с ним, ты меня поняла, — продолжил Мэтт, раздраженный тем, что его перебили. — Так вот, там говорилось, что в начале исследований, еще до засухи, в России как раз активно использовались всякие наркотики. Все, от чего можно поймать кайф.

Оливер пошевелил палкой угли в костре.

— Этого я не знаю, но точно могу сказать, что без имплантата я мало для чего пригодна. Он — как антенна, как очки для слабовидящего. В активированном состоянии я вижу на мили вперед, но когда он выключен, с трудом ощупываю поверхности близ себя. Если вы понимаете такую аналогию, — ответила Мелисса.

— Примерно, — сказал Оливер. — То есть обезболивающее колоть тебе противопоказано, — резюмировал он. — Но тогда вопрос. Ты показала, что имплантат находится в шее, у основания черепа, так?