Лабиринт смерти - Виталий Романов

– Спасибо, господин Пак, – Борис с довольной улыбкой поклонился азиату. – У нас очень сильная команда сценаристов. Открою маленький секрет: вводный инструктаж, который я провожу, не случайно такой длинный. В течение этого периода времени психологи и постановщики наблюдают за каждым будущим игроком, анализируют многочисленные нюансы. А компьютерщики уже готовят модель сюжета, адаптируя ее с учетом индивидуальных особенностей.

Максим вдруг вспомнил двоих мужиков, которые во время инструктажа сидели в углу зала с ноутбуками. Ну да! Он тогда еще удивился: почему сотрудники клуба лупят по клавишам, будто шахтеры в забое? Оказывается, пока гости «Crazy Battle», раскрыв рот от восторга, наблюдали за ящерами и «Боингами» и пробовали лазерное оружие, компьютерные боги готовили индивидуальные рецепты виртуальной смерти. Каждому. И не по одному разу.

– Как я уже сказал ранее, – продолжал Борис, – за каждым игроком присматривают сразу три сотрудника клуба. Диспетчер, оператор компьютерных эффектов и врач. Диспетчер управляет клиентом внутри игрового поля. Задача в том, чтобы люди не пересекались друг с другом – каждому отведен свой сегмент в «Crazy Battle». Сегодня не обошлось без накладок. В какой-то момент господин Ушаков бросился под затвор, оператор не рискнул фиксировать заслонку и пропустил Максима. Существовала вероятность получения игроком серьезной травмы, и наш сотрудник решил не доводить дело до увечий.

Максим вспомнил, как развернулся и резко нырнул под опускавшуюся металлическую переборку. Вот для чего, оказывается, стены поднимались и опускались, поворачивались, меняя структуру лабиринта! Диспетчеры разводили игроков по разным направлениям, чтоб те не увидели друг друга!

– Ну, в общем, ничего страшного не произошло, – Борис как-то по-детски засунул мизинец в ухо и поковырял в нем. Улыбнулся: – Нам удалось довольно быстро загнать господина Пака и господина Ушакова на сепаратор и разделить их. Дальше все вернулось на круги своя.

Итак, мы поговорили про задачи диспетчеров. Рядом – оператор компьютерных спецэффектов. Тот человек, который управляет визуальными фантомами в коридорах. На этом останавливаться не будем, вводную часть инструктажа видели все. Пара «диспетчер – оператор» создает ту среду, в которой находится игрок. Никаких «товарищей по несчастью» вокруг вас не было! Только призраки, созданные посредством лазерной голографии, да еще загримированные актеры.

– Стоп! Стоп! Стоп! – Пак остановил инструктора резким взмахом ладони. – Тут что-то не так! Я же отлично помню, как…

Он на миг замешкался, не зная, как сказать, что ударом двух пяток сломал раненому Денису Хлопову позвоночник. Максим Ушаков догадался, о чем хотел спросить кореец. Борис тоже догадался.

– Понимаю! – кивнул инструктор, давая понять, что клиент может не продолжать мысль. – Вы нанесли травмы, несовместимые с жизнью, одному из игроков. Сейчас, одну минуту…

Седоволосый сотрудник клуба быстро подошел к шкафу у стены. Открыл створку, достал чучело небольшой обезьяны. Кажется, это была макака – Ушаков плохо разбирался в данном вопросе.

Борис поставил чучело на пол, в десятке метров от зрителей. Махнул рукой, подавая кому-то сигнал. На месте обезьяны тут же появился окровавленный Борис.

– Брось, комиссар! – прохрипел он. – Брось, не тащи… Брось! Да не меня, а рацию!

Никто из бывших игроков не улыбнулся.

– Смеяться при слове «лопата»? – буркнул Ушаков.

– Думаю, вы поняли, в чем тут дело, – как ни в чем не бывало продолжил Борис. Его объемный двойник исчез, и все увидели обезьяну, грустно смотревшую на людей. – Можно взять кожаный мешок, набить его мясом третьего сорта, купленным в магазине. Добавить несколько пакетов с красной краской. И наложить на это чучело визуальный образ – «портрет» любого из вас. Тот, кто убивает, полностью уверен, что убивает другого участника «Crazy Battle».

На самом же деле все сложнее. Мы не используем кожаные мешки. Над созданием «чучел» работают профессиональные таксидермисты. Иногда двойники-манекены дополняются актерами. Скажем, чучело висит на стене. А лицо – живого человека, загримированного под одного из участников «Crazy Battle». Дублер стоит за перегородкой, просунув голову в отверстие. Игрок находится в стрессовом состоянии и на сто процентов уверен, что имеет дело с товарищем по несчастью.

– Не верю! – сузив глаза, парировал кореец.

Максим Ушаков вспомнил, как Пак ударом ногами сломал позвоночник своему недругу. Нет, конечно, там не могла идти речь о живом актере. Иначе вышло бы, что азиат отправил человека в мир иной. Пусть не Дениса Хлопова – кого-то другого. Разве это меняет суть? Ушаков будто вновь услышал хруст человеческих костей, увидел лицо мертвого. Вылезшие из орбит глаза, вывалившийся язык.

– Не верю! – упрямо повторил кореец. – Тут что-то не так! Быть может, кроме всего прочего, вы применяли газ-галлюциноген? Или что-то подмешали в питьевую воду, которую передали участникам во флягах?

Борис посмотрел на азиата со странной улыбкой. Вновь показалось, будто глаза сотрудника клуба и не глаза вовсе, а рентген, способный просветить насквозь, влезть в душу, вытащить оттуда все, да еще и вывернуть это наизнанку.

– Так что на самом деле никто никого не убивал, – сообщил инструктор клиентам. – Можете быть спокойны. Все живы, никаких преступлений. Двое участников «Crazy Battle» были сняты с дистанции по рекомендации врачей. Остальные семеро – здесь, целые и невредимые. По-моему, это лучшее доказательство моих слов. Во время «Crazy Battle» вы убиваете двойников участников игры, и то не настоящих.

– Бесчеловечно, – слабо, почти беззвучно прошептала Наталья Рогова.

Как ни странно, ее услышали. Возможно, потому, что это слово вертелось в головах у всех прошедших через лабиринт.

– Это же экстремальное шоу! – парировал сотрудник клуба. – Да, адреналин, не спорю. А пейнтбол? Коррида? Серфинг, когда человек прыгает с волны на волну в открытом океане, рискуя жизнью? А полеты на «резинках»? Сколько людей прыгают в парках с вышек?! Подумайте! Экстремальное шоу – всегда на грани. Или за гранью. Вы пришли сюда за адреналином, разве нет? Вы его получили!

– Да, но вы даже не предупредили, что нас ждет! – вмешался Максим Ушаков. – Об этом во время инструктажа не было сказано ни слова!!!

Сотрудник клуба посмотрел на парня как на несмышленого ребенка.

– Американские горки, – после короткой паузы сказал он. – Приходя на аттракцион, человек видит трассу, не так ли? Он может проследить глазами, как устроена вся конструкция. Видит ее начальную и конечную точки. Человек соглашается на участие, но вряд ли знает, что будет чувствовать на трассе. Он не способен представить, какие ощущения испытает… Уважаемый Максим! Никому из катающихся на американских горках не приходит в голову возмущаться тем, что сотрудники парка не описали в деталях, какие переживания ждут новичка. Согласитесь, требовать подобного глупо! Это просто невозможно объяснить словами! Можно только пережить!