Кремль 2222. Рязанское шоссе - Дмитрий Дашко

Сегодня мои пожелания были услышаны. Даже в постап мире иногда выдаются тихие часы.

Пусть мои друзья проведут их с пользой. Отдых им точно не помешает. Вон как осунулась и похудела Данара.

Я невольно залюбовался любимой. Она спала, накрывшись армейской шинелью, – мы прихватили с собой несколько, полагая их весьма ценными при возможном обмене. Пока что такой обмен не состоялся.

Мой призыв уже не застал шинелей, у нас были бушлаты и куртки, однако «старички»-контрактники высказывались о них весьма положительно. Впрочем, военные склонны предаваться ностальгии. Кое-кто помнил ещё армейские кирзачи и находил их лучше берцев. Для меня портянки долго оставались архаикой. И, только оказавшись в этом мире, мне пришлось переобуться. Тут-то я и оценил опыт предков. Портянки, при всей их посконности – штука полезная. Кто носил, тот поймёт.

Мысли вновь перенесли меня в прошлое. Казалось, что прошло всего ничего, что ещё несколько месяцев назад я был счастливым женатым человеком. Служил, работал тренером, учил детвору умению постоять за себя. Вечером дома ждал любимый человек…

Правда, потом брак дал трещину. В один миг я потерял жену и лучшего друга. Дурацкая драка, смерть уголовного авторитета, больничная палата, разговор со следователем и научным работником, моё согласие стать лабораторной крысой.

Ведь если б я тогда отказался, то был бы убит дружками того наркодилера. А может, гнил бы в тюрьме и ракетное попадание натовцев расценил бы как избавление от опостылевшего образа жизни. Ну, кому охота смотреть на небо в клеточку? Хотя война есть война. На неё мобилизуют все ресурсы, до которых только смогли дотянуться. О том говорит опыт Гражданской и Великой Отечественной.

Фантазия разыгралась. Из уголовников могли б сформировать какой-нибудь штрафбат, ну как в кино, в котором зэки спасают Россию (интересно, чего курили его создатели?) – я бы точно в такой пошёл, причём добровольцем. Родина есть родина. Её не выбирают, её любят, и не потому что, а вопреки.

И плевать, что этих «вопреки» хватало. Для меня моя Россия – самая лучшая. Была, есть и будет такой всегда.

Москва, в которой я родился, Питер – чьи белые ночи и разводные мосты покорили раз и навсегда, Великий Новгород – прекрасный город с богатым героическим прошлым, героический Псков – жители которого всегда стояли на страже границ России. Казань – фантастическая, необычная, многоязычная – я ездил туда туристом, катался на знаменитых красных автобусах и слушал объявления об остановках сразу на трёх языках: русском, татарском и английском. Ростов – Великий и тот, что на Дону… Грозный, Нальчик, Севастополь, Владивосток, Камчатка… Столько фантастических уголков!

Меня не тянуло на заграничные путешествия. Не вдохновляли улочки готической Праги, не воодушевляли турецкие пляжи и египетские пирамиды, не тянуло поедать утренние круассаны, любуясь Эйфелевой башней.

Я предпочитал гулять по улочкам наших городов, любоваться нашей архитектурой, дышать нашим воздухом… Мне много где довелось побывать. И даже сейчас я был уверен, что, несмотря на ужасные последствия войны, то, что было мне дорого, возродится.

Не в полном объёме, не сразу, мелкими шажками, мучительно закусив губу, но… снова пустит корни, закрепится на земле, потянется к небу. Мы выстоим, у нас это заложено в генетическом коде.

Россия не раз подымалась из руин, куда её вдалбливали. Крымская, Первая мировая, Гражданская, Великая Отечественная, Последняя война. Мы – упрямые ваньки-встаньки. Нас бьют, а мы крепчаем. И добиваем врага в его же собственном логове.

А то, что освобождённые потом сносят памятники нашим воинам… Знаете, ребята, пусть это остаётся на вашей совести, а нам послужит хорошим уроком. В следующий раз мы не придём, и не зовите! Учитесь защищать себя сами.

Проснувшаяся Данара тронула меня за плечо.

– Как обстановка?

– Спокойно всё.

– Ты странно выглядишь. Будто не здесь находишься.

– Ничего страшного, задумался просто.

Она не стала уточнять, о чём именно, и я оценил её тактичность.

– Ложись спать, теперь моя очередь.

Я посмотрел на часы, вмонтированные в приборную панель. Быстро время пролетело.

– Хорошо. Спокойной ночи.

– Сладких снов, Игорь.

Сны не были сладкими. Они походили на глубокий омут, из которого я несколько раз выныривал. Открывал глаза, убеждался, что всё в порядке, что Данару сменил Архип, а после него вахту понёс киборг.

Завтрашний, вернее сегодняшний день станет решающим. Держись, Нечай, кавалерия не за горами…

Я ошибся в своих расчётах. Новый день принёс новые проблемы.

Острая нехватка ресурсов сделала био охотниками-одиночками. Я имею в виду настоящие боевые машины, а не сервов – тем приходится существовать в симбиозе с живыми танками, которых они призваны обслуживать.

Чтобы набить реакторы пищей, био вынуждены рыскать в поисках добычи. Большому отряду не прокормиться. Слишком мало еды, которую надо делить на всех.

Я вообще удивлён, что живые машины протянули так долго. Будь они просто механическими монстрами, пусть даже с самой навороченной электронной начинкой, всё равно скопытились бы лет сто назад. Но внутри у этих чудовищ есть человеческий мозг. Понятно, что он лишён полной самостоятельности, вынужден подчиняться определённым командам – биоинженеры прошлого потрудились от души, создавая этих големов.

Наличие мозгов превратило био в страшных противников. И пусть их кладбища постепенно росли, до полного истребления боевых машин было ещё далеко. Пройдут столетия, когда последний био замрёт навсегда, а его останки буду ржаветь под небом, дав пищу многочисленным легендам о сверхсуществах из прошлого.

Нам не повезло – мы нарвались на кочующий отряд живых роботов. А эти «ребята» успели приготовиться. Когда я дал по тормозам и попытался сдать назад, Данара вскрикнула:

– Игорь, осторожно! Нас окружили.

Ловушка была из разряда классической. Все пути отрезаны: противник подстерегает и впереди и сзади, хищно поигрывая манипуляторами.

Боезапас у роботов был давно израсходован, но конструкторы предусмотрели и такой вариант событий. Снаряды и патроны закончились – не беда. На что тогда встроенные клинки? В ближнем бою у них поистине смертоносная эффективность! Знай шинкуй врага!

А ещё его можно разбомбить на дистанции. Что значит – нечем? Есть же подручный материал. Можно метать металлические болванки, столбы электроопор, бетонные панели, в конце концов.

В умелых руках любой предмет становится оружием. А уж если эти руки ещё и обладают фантастической мощью!

Противник попался достойный. Спереди – боевой «слон»: «Маунтин 12». Старый, с облупившейся краской, с непропорционально маленькой по сравнению с основной тушей башенкой. Зловеще помигивает налобным прожектором. И броня у него – о-го-го! Не каждой пушкой возьмёшь.