Генетический взрыв - Вадим Денисов

Бум! В виски стукнула мгновенно разогнанная адреналином кровь. Я сразу почувствовал чудовищную жажду, надо бы как-то собраться с силами и поискать в салоне, у меня там в бардачке даже пиво имелось, одна банка. И пластиковая бутыль с родниковой водой, почти полная, только вчера набирал. Сглотнув в попытках добыть слюну, я перевёл взгляд на край ямы.

Бум-бум! Достаточно, переформатировался, вспомню всё.

— Вот это номер, Санин! Ты чего, ждёшь, когда тебя контролить придут?

Пистолет, собака! Ствол мой где, гангрена тебе в мозг!

У меня на поясе всегда висела закрытая кобура. Значит, висит и сейчас. Дотянувшись левой рукой, я коснулся указательным расстёгнутого клапана и понял, что пистолета на месте не было.

— Ты же стрелял из него!

А ведь точно, стрелял! Но где тогда ствол?

И тут чёртова память, очевидно злая на меня и на судьбу за полученное головное ранение, наконец-то смилостивилась и подгрузила видеоролик крайне барахлового качества, натуральный CAMRip. Но смотреть можно, особенно если тебе не качество нужно, а ценная информация. Контент, так сказать.

Да, был поворот.

Тёмно-синий «Спортейдж» уверенно зашёл в него почти по сплошной разметке осевой, цепко держась широкими колёсами за асфальт, система курсовой устойчивости была включена.

Тревожного пляшущего человечка я прошляпил, увидев поздно, метров за сто пятьдесят, правда, среагировал вполне адекватно: угроза! Скорее всего, он просто затянул с минированием. Такой же олух, как и я. Уж не знаю, чем диверсант был занят: спал, ел, курил, водку пил — не знаю, но звук приближающегося автомобиля он услышал поздно, действовать начал с задержкой, и поэтому после активации взрывного устройства спрятаться не успел. Наверное, всё-таки не услышал… На невезучем стареньком «Спортейдже» был установлен не турбированный дизель, а простенький бензиновый атмосферник в два литра. Мотор работал так тихо, что я после запуска несколько минут прислушивался: а он точно работает?

Мужик в пятнистом зелёном камуфляже был отлично виден на фоне красноватых скал, лёжка у него находилась слева от дороги, так что стрелять мне было вполне удобно, а «Глок» я схватил левой сразу же, как только его засёк. Почему вообще палить начал? Потому что разозлился, смертельно! Мне стало обидно до изумления: как я смог так глупо нарваться? Смотри чуть повнимательней, пристальней, не включи громкую отвлекающую музыку с заранее записанной флэшки, — увидел бы его раньше!

Он тянул от дороги провод, часто поглядывая на меня и разевая рот, кричал, наверное. Человек выскочил в пустынном и всегда спокойном месте между горой Гасфортой и посёлком Гончарное. Вы могли бы в это ситуации поверить, что он устанавливает между населёнными пунктами повреждённую линию связи?

И мне не поверилось.

Здесь и тарелки-то не летают, даже чрезвычайно ослабленная система ПВО Севастополя и Балаклавы наглухо закрывает небо над большей частью полуострова. Чёрные к местам базирования флота изредка пробираются, но очень хитро и только в хорошую погоду.

Обстановка менялась стремительно.

Форточка была полностью открыта, рука с оружием вылетела наружу, от ярости удерживая пистолет на удивление ровно. Машину стабилизировало ускорение поворота, меня — та самая злость. Нет, не получится сейчас воспроизвести жаркие мысли всех этих страшных мгновений, разве что попробовать представить их: «Ты тупой! Тормозить бессмысленно, свернуть некуда, слева яма, справа пропасть, и сейчас бабахнет! Вали его тогда, забирай с собой гада!».

Расстояние быстро сокращалось, и половину магазина я высадить успел, надеясь, что цапану-таки эту сволочь. Так попал или нет?

Диверсант тоже разозлился. Повернувшись ко мне, он беззвучно заорал, быстро склонил голову и что-то там нажал. Успел! Зачем он вообще взрывать стал, неужели не видел расклады? Подождал бы себе спокойно другую жертву или меня же на обратном пути

За мгновение до бабахинга я вывалился в распахнутую дверь, и тут же с правой стороны от дороги возник мистический шар взбешённого взрывом пространства, сметающий с асфальта лёгкий «Спортейдж», словно мятую бумажку туда же, в яму. Возьми я, по совету Димки, тяжёлый рамный «Хайлюкс» с мощными внедорожными обвесами, и неизвестно, чем бы дело кончилось. вывалиться из сильно подлифтованного пикапа, который после взрыва мог запросто рухнуть прямо на горе-водителя. Получилось бы так же ловко вывалиться с другой высоты? Ведь длинный рамный пикап после взрыва вполне мог рухнуть прямо на горе-водителя.

Нет, это форменное скотство — без всяких объяснений и предварений взрывать мирно едущих по дороге людей, ничего не подозревающих и к подобным ситуациям решительно не неподготовленных. Шашкой надо разрубать за такие фокусы, накосо.

Я отчётливо почувствовал, как плод моего воображения, этот сюрреалистически огромный призрачный шар взрыва, мягко оттолкнувшись внешней оболочкой от стены ямы, пружинисто отскочил назад, подпрыгнул и вновь опустился, вибрируя и дрожа. И почти сразу же начал распадаться, обтекать по бокам. И тут земля буквально ушла из-под ног, я полетел головой вперёд. Тук в мягкое! Упав на рыхлую землю, резко вдохнул, не найдя секунд для размышлений — сверху летел поднятый взрывчаткой мелкий мусор.

Мне крепко повезло — основная часть ударной волны прошла поверху. После удара туманная пелена начала постепенно рассеиваться, и я, наконец-то, начал думать.

Да… Очнулся пьяница в канаве.

Шли опасные секунды, а контролить меня никто не торопился.

— Неужели задел его?

Кое-как повернувшись, я, отталкиваясь от земли ногами, нестерпимо медленно пополз спиной вперёд, пока таким ракообразным образом не принял устойчивое сидячее положение. Вот так-то лучше, удобней, видно больше. Только сейчас стало понятно, что яма эта не природного происхождения, не причудливый провал в земле и не фрагмент зарождающегося оврага меня приютил. Это воронка. Авиабомбы? Не знаю, не специалист по таким феноменам, мне вообще кажется, что тут работал с моря какой-то крупный корабельный калибр. И не одна здесь воронка, а две — встык. Я представил, как в орудийном погребе покрашенного шаровой краской зловещего корабля два снаряда заранее договариваются на стеллаже или карусели — кто знает, как у них там боеприпасы хранятся — немножко потроллить статистиков и составителей поговорок.

«Братишка, они считают, что артиллерийский снаряд дважды в одно и то же место не попадает, представляешь? Ну что же, не будем их разочаровывать, давай ляжем рядышком, без большого наложения пространств. Что бы красиво было».

Так они и легли, кучно, даже дружно, образовав достаточно глубокую яму-восьмёрку с пухлой талией. В одной части бедовал я, контуженный такой на всю голову, а в другой валялся несчастный «Спортейдж» с мятым в гармошку правым бортом. Морда у кроссовера не разбита, удачно корейский автомобиль упал, можно сказать. Как и я, впрочем.

Тишина вокруг.

Голова кружилась, подташнивало, сердце билось учащённо: это вот так контузия сказывается? Да что я всё о голове и правой руке переживаю, а ноги-то как, колени целы? Пощупал-потискал, вроде бы всё на месте. Только спина ещё немного побаливает, всё-таки с приличной высоты шарахнулся, хоть и на пухляк, который на моё счастье тут сам собой подстелился. Вообще-то земля в яме некрасивая, свинцовая какая-то, чернозёмом в огромной могиле и не пахло, пахло свежим и не очень дерьмом, немного гнилью и сыростью прелых листьев, которых в яме было много, ещё и они помогла уцелеть костям.