Солдаты Вечности - Алексей Евтушенко

— Всё равно, — сказал я. — Даже частичная утрата контроля чревата серьёзными последствиями, которые мы не в состоянии предусмотреть.

— Поэтому лучше контроль не терять, — добавил Влад.

— Одним из условий поставим разоружение, — предложил Женька. — Винтовки на землю — и марш строем в трюм. А боевых роботов можно использовать в качестве охранников. Часть оружия потом можно вернуть, чтобы им было чем охотиться. Но можно и не возвращать — пусть луки мастерят. И копья.

— Вполне разумно, — кивнул я. — Гуманизм гуманизмом, но бдительность должна быть на первом месте. Уверен, что мыслей захватить Пирамиду тем или иным способом они не оставят. Силой не получается, значит, попробуют обманом. Проигрывать никто не любит. Эх, не было печали… Ладно, давайте смотреть, куда лучше их переправить. Решим с этим, займёмся вплотную остальными вопросами.

— Кстати, об оружии, — сказал Никита. — Охотиться им активно вообще незачем. Разве что для удовольствия или разнообразия. А так… Дадим автономный полевой синтезатор пищи — и все дела. Ну и десяток винтовок для защиты от диких зверей. На всякий случай.

Восемь относительно небольших материков Жемчужины условно можно было разделить на две группы — Восточную и Западную. В Восточной группе их было три, включая и наш (самый крупный из всех), на котором располагалась Пирамида. Это был единственный континент, через который непосредственно проходила линия экватора, поэтому, не мудрствуя лукаво, мы с самого начала нашего пребывания здесь окрестили его Экваториальным, или Центральным.

Выше, в северных широтах, лежал материк, абсолютно справедливо названный Северным, а ниже и восточнее, приблизительно на месте земной Австралии — Южный.

Что же касается Западного полушария, то там выше экватора полукругом выстроились три заметных куска суши: Левый, Правый и Средний.

Округлой формы материк ниже экватора так и был наречён Круглым.

И, наконец, длинный, изогнутый наподобие бумеранга, одно плечо которого упирается в Южный полюс и сковано вечными льдами, а второе простирается на север-восток, и на нём вполне можно жить, если озаботиться обогреваемым жильём и тёплой одеждой, континент получил название Длинный.

Вся же суша, если верить данным ЦМП, занимала на Жемчужине всего 22,1 % — то есть даже меньше, чем на земле.

Люди жили только на трёх материках Восточного полушария, поэтому наши взоры, естественно, обратились на Запад.

Некоторое время мы довольно бурно и всесторонне обсуждали достоинства того или иного материка и совсем уж было зашли в тупик, из которого был лишь один выход — моё волевое решение, как тут Влад, задумчиво разглядывая изображение Западного полушария Жемчужины, задал резонный вопрос:

— А чего это мы упёрлись в континенты? С какой стороны ни посмотри, это не лучшее решение. На большой территории легче затеряться. Ищи потом, свищи. Если нам нужен контроль, то всё-таки нет ничего лучше острова. Смотрите, вот крупный архипелаг в экваториальной зоне. Чем плох? Берём, к примеру… да хотя бы этот. — Он дал увеличение, и перед нами возникло изображение острова, напоминающее очертаниями надкушенное с правой стороны сердце. — Площадь около восьми тысяч квадратных километров. Всё на нём есть. И леса, и горы, и реки, и равнины. Животный и растительный мир богатый — с голода не умрут. А уж с учётом полевого синтезатора — тем более. Живи — не хочу. А то, что жарко и влажно, так мы уже решили особо комфортных условий для наших незваных гостей не искать. Привыкнут. Но главное — никуда они не денутся отсюда. Разве что лодки построят, так до ближайшего материка почти три тысячи километров.

— Ну да, — согласился Женька. — Можно, конечно, на ближайшие острова перебраться. Но они совсем маленькие и тоже неблизко. Даже на лодке или плоту с парусом. Правда, я не моряк и ничего в этом не понимаю.

— Они тоже не моряки, — напомнил Влад. — Не забывайте, что на их родной Дрхене суша занимает около семидесяти процентов. Да и вообще, о чём мы говорим? Чтобы куда-то плыть, нужно иметь цель. А у них в ближайшее время цель будет одна…

— Выжить, — закончил я мысль Влада. — Что ж, мне нравится вариант. Остров и вправду имеет массу преимуществ. В частности, этот остров тоже.

— И не слишком далеко лететь, — сказал Никита. — Каких-то восемь тысяч километров, из которых шесть — над океаном. Вполне приемлемо.

— Вот и хорошо, — сказал я, поднимаясь с места. — Значит, решили. Предлагаю теперь отправиться в кают-компанию и чего-нибудь перекусить. Не знаю, как вы, а я проголодался.

Таких деревьев в этом лесу Рийм Туур раньше не встречал. Его ветви, изгибаясь, касались земли и образовывали нечто вроде зелёного шатра, под которым вполне могло укрыться до полутора-двух десятков солдат.

— Внутрь, — приказал один из сопровождающих, отодвигая в сторону ветвь. — Тебя ждут.

Рийм нагнулся и нырнул в зелёный влажный сумрак. Выпрямился, на секунду закрыл все глаза, привыкая к новому освещению, и затем огляделся.

За походным столом расположились четверо командиров сотен, начальник штаба и сам Верховный. И все шестеро смотрели на него в тридцать глаз.

— Дозорный Рийм Туур, — отчеканил он, как положено. — Вторая отдельная сотня.

— Раздолбай ты, а не дозорный, — сказал командир его сотни. — Дал себя взять, как ребёнка. Позор на весь Имперский десант.

— Нет худа без добра, — заметил Верховный. — Зато теперь мы, кажется, имеем возможность получить важные сведения о нашем противнике. Так, дозорный?

— Так точно, — ответил Рийм. — С этим я и прибыл.

— Положим, не ты прибыл, а тебя доставили, — уточнил начальник штаба. — Наши враги. Существенная разница.

Рийм Туур счёл за благо промолчать.

— Ладно, — сказал Верховный, — докладывай. От начала и до конца. Присутствующим настоятельно рекомендую от вопросов пока воздержаться.

Он предполагал, что сообщение о ядерной катастрофе на Дрхене произведёт ошеломляющий эффект, и не ошибся. Командиры, до этого слушавшие его рассказ о людях, Пирамиде и её технических чудесах, включая боевых роботов, с неослабевающим интересом, явно растерялись.

— Это невозможно, — первым обрел дар речи начальник штаба. — Ядерные силы под надёжнейшим контролем. Только Сын Небесной Глуби может отдать приказ об их применении. И то лишь в критической ситуации. Когда мы уходили, никаким особенным кризисом и не пахло. Ну, конфликты на границе, так они всегда…

— Погоди, — негромко сказал Верховный, и начальник штаба послушно умолк. — Что ты растарахтелся? Скажи-ка, дозорный, — обратился он к Тууру, — это не может быть ловко подстроенной дезой со стороны двуглазых? Сам же говоришь, что технические возможности этой Пирамиды необычайно велики. Что мешало им устроить хорошо срежессированный спектакль? А ты и поверил.

— Не думаю, что это спектакль, — ответил Рийм, который ожидал этого вопроса.