Экспедитор - Александр Афанасьев

– Ё…

У заводоуправления уже суетились люди, был виден снайпер, занявший позицию за импровизированной баррикадой. Судя по черным бусам «Фольксваген», это были эсбэушники. У них было и несколько бронемашин «Спартан».

– Вот же… Чтобы у них хрен на лбу вырос!

– СБУ?

– Они. Мать их.

– Похоже, они все-таки вкурили, – злорадно сказал Моряк.

– Завали.

Романов достал телефон, начал набирать номер на память.

– Але… Вадимыч, ты, что ли? Да, это мы, скажи, чтобы не шмаляли. Я сейчас выйду, перетрем…

Эсбэушники – служба быта – даром времени не теряли.

С Романовым Степко Владимир Вадимович, полковник СБУ, был знаком еще по нулю. Там, в гостинице «Краматорск», был временный оперативный штаб СБУ – вот он там працювал одно время, а Романов там же крутился, ухватывая, что получалось. Интересы их общие касались как государственной сферы, так и чисто деловой – Романов исполнял грязные заказы СБУ на ликвидацию неугодных режиму, потенциальных и реальных предателей (предателей не судили, а тихо убирали, потому что их реальное количество вызвало бы у общества шок), разборки за потоки контрабанды, за крышевание рынков, оптовых складов, транспортных компаний, занимающихся перевозками через линию фронта, обслуживанием «пенсионных туристов», и тому подобное. В свою очередь, СБУ делало ему крышу, закрывало возбужденные против него и его отморозков уголовные дела и тому подобное. Обе стороны немало поднялись на таком сотрудничестве – достаточно глянуть на стоянку у Краматорска, чтобы понять, ради чего ведется эта война, каков ее истинный смысл.

Дверь открылась – и какая-то тварь бросилась на них, но тут же упала под огнем двух автоматов в упор.

– Чисто!

– Чисто!

Первым зашел Степко, у него был с собой фонарик, он постоянно носил его с собой еще с тех пор, как служил на пограничном корабле. Сейчас он осветил лицо убитой его телохранителями твари, присвистнул.

– Ну, здорово, Илюша. Не знал, что так встретимся…

Приемная была просторной, но воняло в ней так, что Романов с трудом сдержал подступившую к горлу рвоту.

Дверь в кабинет была открыта, за столом в приемной сидела секретарша… наполовину объеденная. Объедена она была сверху, но ноги и низ весь были целы, бросалась в глаза короткая юбка, задранная чуть ли не до…

Романов все же не выдержал… отвернулся и блеванул, там же где стоял.

Степко был спокоен.

– Знаешь, кто это?

– Нет.

– Илюша Сурков… молодое дарование…

– Сурков?

– Ага, Сурков. Его только что на завод поставили, типа конкурс выиграл, молодой, но талантливый менеджер, и все такое. Он типа создал процветающий бизнес, украинские продукты питания на Ближний Восток поставлял. Но это крыша, по факту он туда баб поставлял, в гаремы и бордели, да еще людей на разбор отправлял. На органы. Доигрался все-таки… сучонок. И папа не помог.

– Мы все… доигрались.

– Тут ты прав… давай в кабинет зайдем.

Они зашли в директорский кабинет, отделанный по-совковому.

– Дверь закрой…

Романов сделал, что было сказано, повернулся – и увидел направленный на себя пистолет.

– Вы… чего. Договорились же.

– Под меня идешь?

– …

– Я два раза спрашивать не буду.

– Ну… да. Я всегда под вами и был, под кого же мне идти.

– Тогда запоминай. Никаких договоренностей не было и не будет, я отдаю приказы – ты выполняешь. То, что ты завод решил хапнуть, это я уже понял. Но не твоего уровня игра. Не лезь выше головы – цел останешься.

– Да я и не претендовал.

– Значит, идешь под меня.

– Да.

– А с тобой кто?

– «Азов». Моряк у них за старшего. Они тоже примкнут, я поговорю.

– Ты сказал.

– Без вопросов, Владимир Вадимович.

Эсбэушник опустил пистолет.

– Завод надо зачистить и взять под контроль. И еще есть ремонтный… там техника постарее, но годная тоже.

– А что произошло?

– Хороший вопрос. Своевременный, главное.

– Никто ни хрена не знает. В Москве началось одновременно с нами. Я бы подумал, что американцы по нам навернули, но у них то же самое… Лондон, Варшава… везде, короче. Наверное, Исламское государство. Все-таки придумали что-то…

– Мы когда ехали, убили какого-то монстра. Я на телефон снял, посмотрите.

Эсбэушник с интересом посмотрел на телефон, толкнул обратно по столу.

– Убедительно…

– Такое… не придумаешь. Я думаю, инопланетяне это. Не знаю, что еще думать.

– А летающие тарелки тогда где?

– Во. Уже не сходится. А вообще, знаешь, чему нас в академии учили? Если хочешь быть здоров – закаляйся!

– Короче, какие задачи сейчас на повестке дня. Собрать под себя выживших со стволами – раз. Взять под контроль ключевые объекты – два. Укрепившись, начать расширять территорию под контролем – три. Все понял?

– Понял… а с войной что делать?

Полковник рассмеялся

– Какая щас война? Щас бы самим выжить. У ДНР то же самое, не ссы. Им не до войны сейчас.

– Понял.

– А раз понял, чо стоишь?

Бывшая Россия. Тамбовская область

Девятьсот сороковой день Катастрофы

Продолжение

– Дальше чо было?

– Собрали под себя ментов, гвардию. Потом Полк подошел… они там уцелели в основном, на побережье.

– Дальше?

– Ну, работать начали. Крыши ставить.

– А здесь ты чо делал?

– Керивник сказал, я поехал.

– Что сказал? Это вы из миномета стреляли?

– Да.

– Почему?

– Башлять отказались, надо было поучить. Наше дело малое.

– Малое? Вот ты кто по жизни?

– Я вопрос задал.

– Щас…

– Что, язык отсох? Бандит ты! И разбойник. Живешь на людской беде!

– Это просто сказать. А где нам работу нормальную взять, кто нам ее даст? Если бы работало что-то, я бы работал.

– Кто даст?! А хрен ли вы тогда независимыми-то стали?! Кто даст?! Вы, б…! Сами себе! Какого хрена вам кто-то что-то должен давать, а? И какая же вы страна, если все, на что вас хватает – это стать бандитами! Нам вот никто ничего не давал, представь себе! Сами все сделали и делаем! А вы, твари…