Фаворитки - Александр Шапочкин

– Не стрелять! Отставить! – по расширившимся зрачкам дядьки Валентина было видно, что ему страшно, но при этом держался он молодцом. – Отбой всем! Уходим.

Всё так на самом деле его люди были вышколены очень и очень не плохо. Прозрачные силуэты мигом растворились в гуще деревьев. Через какое-то время взрыкнули далёкие моторы автомобилей и Волдырь произнёс.

– Всё. Все ушли.

– Надеюсь, у тебя не осталось от нашего общения обиды настолько глубокой, что ты решишь начать устраивать мне сюрпризы? – спросил я, поигрывая ножом, от чего его кончик царапал кожу на его груди.

– Нет, – довольно искренне ответил он, но я ему не поверил.

– Валите нахрен!

Быстрыми движениями, на которые мужики даже не успели отреагировать, я перерезал им ремни крепления автоматов, от чего оружие, заряженное, как я подозревал, опасными даже для меня патронами, упало на землю. Рассёк провода гарнитуры и витой шнур установленной в машине рации. Только после этого Нива-Шевроле радостно шумя двигателем, укатила прочь в ночную темноту.

Сам же я, подобрав и прижав подмышкой автоматы, направился в противоположенную сторону, на ходу доставая телефонную трубку. Не то что бы мне очень уже хотелось ссориться с Валькой, но случившееся попахивало подставой, а потому…

На верхней, «системной» панельке экрана смартфона, помигивал значок непрочитанного «SMS» сообщения и куча пропущенных звонков. Причём все от Валентина. Когда я звонил Тимуру, я видимо не заметил их, уж больно мелкие они были, а вот сейчас, в спокойной обстановке…

Открыв текстовое сообщение, прочитал.

«Кузьма, мне тут дядя звонил и задавал очень не понравившиеся мне вопросы о тебе. Ты плиз, поаккуратнее там, сам понимаешь он „Зоновский“. У них у всех резьба сорвана, так что большая просьба. Если что – не убивай его…»

«Где ж ты был раньше-то друг сердечный…» – подумал я и тут же, сам же вынужден был признать, что это мой косяк.

Приятель, отправил мне «SMS» в то время, когда я уже находился на территории завода, а потому, заглушил мобилу.

– Ну… что не делается, то к… – буркнул я себе под нос, открывая сервис Азьдекс-такси и вызывая машину к ближайшему перекрёстку, а затем набрал номер Валентина. – Алё…

– Ты как? – без своих обычных разглагольствований, спросил парень.

– Нормально, – ответил я. – С тебя три бутылки. Две сливого для моих, девочек и чего покрепче – мне.

– Отчебучил дядька?

– Ага.

– Хоть жив остался.

– Гордость разве что пострадала…

* * *

Ночь холодила и без того бледную и кожу, дарила прохладу и свежесть. Ночь, укрывала от посторонних глаз и проносила ощущение вседозволенности. Ночь, была его временем: охоты и кровавой трапезы, пьяного счастья от обретения новой крупинки силы и радости от ещё одного шажка к вожделенной мечте. Экстаз от одного только предвкушения того, что должно сегодня произойти.

Одетый в серый свитер и бесформенный, длиннополый кожаный французкий плащ, чёрные джинсы, высокие берцы со срезанным протектором и тёмно-синюю горнолыжную шапочку, ученик школы «Багряного заката», ещё не настоящий вампир, но уже и не человек, висел вниз головой на стене панельного многоквартирного дома, заглядывая в тёмное окно чужой спальни на предпоследнем этаже.

На всякий случай, чтобы не ошибиться, он ещё раз засунул руку во внутренний карман своего плаща и, достав записную книжку, старательно вчитался в странные и до сих пор немного не понятные буквы рафлесонского языка. Почерк у Великого Учителя был скуп и аккуратен, но слишком уж эти знаки отличались от родного ему кириллического алфавита. Поэтому, только пробежавшись по строкам с записанным заданием несколько раз, ученик убрал записную книжку обратно в карман под тихо прошуршавшую молнию.

Пальцы, на секунду дотронулись до груди. Стук сердца практически не ощущался. Ещё не замерившая навсегда мышца, всё медленней и медленнее перегоняла по телу густеющую с каждым днём, но всё ещё жидкую, пока ещё не чёрную, но уже иссиня-бардовую кровь. Перерождение в высшую нежить произойдёт ещё не скоро и прежде чем это случится, ему простоит покинуть Москву и для выполнения последних стадий отправиться к учителю, в Рафлесонский Замок… но этот желанный день настанет ещё не скоро.

Вновь склонившись над окном, ученик какое-то время рассматривал спящих в своих кроватках детей. То, что он находился сейчас вниз головой, давно уже ему практически не мешало, и парню было практически всё равно, под каким углом воспринимать окружающее его пространство. А вот с «багряным зрением», всё пока что было не так уж и гладко.

Ночной «гость» на секунду сосредоточился, и белки его глаз в окружающей темноте полыхнули неярким красным светом. Ученик сосредоточился и радостно оскалился.

Да… перед ним были именно те, кто идеально подходил под поставленные Учителем условия. Брат и сестра, почти равная помесь крови трёх разных народов, но не его собственного, один из которых презираем двумя другими. Рождённые во грехе, а от того проклятые словом родного человека. Мальчик, слабый одарённый, брюнет, примерно четыре года, и рыжая девочка без дара, около одиннадцати лет и совсем недавно у неё прошла первая кровь, а сейчас она слегка простудилась к утру у неё поднимется температура.

Ученик довольно кивнул. Из-за столь многих условий поставленных хозяином замка Рафлесон, он искал этих детей почти две недели и вынужден был даже охотиться в соседнем районе, чтобы в дневной период, не вызывать подозрений и выглядеть относительно бодро.

Протянув руку к щели слегка приоткрытой ставне, парень чёрным дымком проник в детскую комнату. Почувствовав присутствие почти нежити, зашипел, проснувшись в ногах у девочки маленький котёнок, но тут же уронил мордочку на цветастую простыню, обагряя её быстро расплывающейся лужицей крови. В накрытой чёрной тряпкой клетке в дальнем углу, замертво свалился с жёрдочки так и не проснувшийся попугайчик-неразлучник.

Именно так, действовало на мелких животных сонное заклинание. Впрочем, почему только животных. Будь в этой комнате люлька с младенцем, он разделил бы их судьбу и в другой бы момент послужил для ученика хорошим поздним завтраком… но не сейчас.

Выдвинув, ещё не длинный как у учителя, но уже алмазно-твёрдый и очень острый ноготь, парень в лыжной шапочке сделал шаг к спящему мальчику. Перевернул безвольное тельце на спину и не тратя времени даром, приступил к делу. От этого ребёнка, ему требовалась кровь из строго определённых органов, причём употребить её следовало немедленно, и, как не трудно ему было в последнее время сдерживаться, воздержаться от того, чтобы иссушить всё остальное.

Закончив и отбросив с сожалением в сторону почти на автомате вырезанную печень, будущий Высший Вампир, медленно повернулся к беспокойно посапывающей во сне девочке. Подошёл и вынув её из кроватки, перебросил через плечо и не спеша подойдя к окну, распахнул одну из ставень.