Метро 2033. Степной дракон - Шамиль Алтамиров

Земля, наконец-то!

Он был готов чуть ли не обнимать пыльный косогор лишь только за ощущение надежной опоры под ногами. Справившись с нахлынувшей эйфорией, Басмач огляделся. Бетонная дорожка начиналась у мостка и, вильнув влево, терялась где-то за небольшим холмом в метёлках ковыля. Наверняка тропинка должна была идти в дачный поселок, виденный еще с причала. Басмач подошел к воде и помахал Назару, чтобы тот перебирался.

Назар махнул в ответ, закинул на спину его рюкзак и пошел на мостик. Пройдя несколько метров, Назар вдруг понял, что Бес не идет за ним, не слышно цокота когтей по металлу. Он обернулся. Волк застыл перед лестницей, помахивая хвостом, но зайти не решался. Назар не собирался бросать друга, потому вернулся обратно.

– Ну, блохозавр, чего не идешь, боишься? Так я тоже боюсь, – Назар потрепал волка по ушам. – Пойдем, нам на ту сторону. Айда, – Назар сделал шаг на мостик. Бес заскулил, не решаясь ступить на железо, но вдруг подпрыгнул как ужаленный и бегом бросился вперед. Назар опешил, Бес, цокая когтями, был уже где-то на середине.

– Ну дает Бесяра, – усмехнулся парень и пошел следом. А волк, тем временем уже пробежав триста метров дамбы, спрыгнул на берег и стал радостно носиться вокруг Басмача. Тот лишь отметил про себя, что большую воду не любит в их команде не только он. Теперь их двое, и пора открывать клуб.

Назар поначалу ступал очень медленно и аккуратно, выверяя шаг. Но метров через пятьдесят, такая черепашья скорость ему надоела, он пошел уже быстрее. Как вдруг металлический лист пола с протяжным скрипом сложился под ногой Назара как бумага. Падая в воду, он лишь успел ухватиться за край свисавшей со стенки сетки-рабицы, и по пояс погрузился в воду. Рюкзак камнем потянул вниз. В пальцы врезалась проволока сетки, Назар закричал от боли, но сил, чтобы подтянуться, не хватало.

– Помоги! – только и смог выкрикнуть он, болтая ногами в ледяной воде.

Басмач, наблюдавший переход с берега, замялся в нерешительности: опять вода и мостик. Но крик о помощи подстегнул сознание. Пересилив вдруг обострившуюся боязнь, он бросился к Назару.

Силы в руках не осталось совсем, он их не чувствовал. Как впрочем и ног в ледяной воде. Один из болтов, удерживавших рабицу, не выдержав старости и нагрузки, лопнул. Сетка, с хлестким «дзинь» оторвалась от швеллера, Назар погрузился в воду по грудь. Теперь он явственно ощущал, что кто-то держит его за левую ногу, и тянет вниз. Запаниковав, он принялся молотить ногами. Но тут же икру прострелило иглой боли, Назар взвыл и чуть не разжал руки.

– Держи! – лысая голова возникла сверху. Басмач протянул руку, но достать до Назара не смог. Замешкавшись, он ухватился за рабицу и стал тянуть на себя, постепенно вытягивая Назара.

– Меня кто-то держит!

Вес парня, ружья и намокшего рюкзака оказался велик, сил Басмачу стало не хватать.

– Брось рюкзак, – скомандовал он.

– Не… не могу, – прохрипел Назар. – Руки не слушаются!

Басмач вытянул с петли на поясе мачете и, держа одной рукой сетку, рубанул СВТ по стволу, перерубив веревку чуть ниже антабки. Винтовка, скользнув с плеча Назара, бесшумно исчезла в воде. Назар истошно закричал. Над водой позади него вынырнула голова в чешуе с плоским носом и пастью, усыпанной острыми зубами. Басмач, отпрянув, отпустил сетку и чуть не упал. Назар снова погрузился по грудь.

Басмач выхватил из ножен штык-нож от СВТ и метнул, почти не целясь. Страхолюдная голова, поймав нож плоским носом, точно между дырками ноздрей, квакнув что-то, исчезла под водой. Бородач подтянул полегчавшую сетку с прилипшим к ней Назаром, и вытянул на мостик.

Назара била крупная дрожь от холода или страха. А может, от того и другого одновременно.

– Некогда разлеживаться, сейчас страхолюд друзей позовет. – Басмач, тяжело дыша, подхватил Назара под руки и почти волоком потащил на берег, где ждал Бес.

По тропинке бежали не глядя, лишь бы подальше от водохранилища. Басмач сомневался, что рыболюды, – а голова, утонувшая вместе с ножом, принадлежала именно к ним, – станут преследовать обидчика далеко от воды. Оба запыхались. Назар почти падал. Штанина на левой ноге оказалась разодрана, мешаясь с водой, стекавшей из ваты, сочилась кровь. Басмач, заприметив подходящий домик на макушке холма, направился к нему, поддерживая Назара.

Замок вывернуло из косяка со второго пинка. Стрелять Басмач не стал, чтобы не привлекать внимание аборигенов излишним шумом. Хотя, наследили они и так больше некуда: ранили рыболюда, оставили приметный след грязных ботинок и крови на бетонной тропинке. Почти приглашение к обеду!

Басмач запихнул Назара в пахнущий сыростью дом, и следом прикрыл дверь, для верности привалив шкафом с отчетливо дзинькнувшей посудой. С ружьем наготове осмотрел все три комнаты и заглянул на второй этаж. Пыльно, грязно, сыро, и нет решеток на окнах. Одно хорошо, что они совсем маленькие, их всего два и выходят во двор.

Назар сидел с перевязанной ногой у костра, и выжимал промокшие ватные штаны. Сколько бы он их не скручивал, влага продолжала сочиться из ткани.

– Долго рассиживаться здесь нельзя. Думаю, как стемнеет, могут пожаловать гости, – голос Басмача донесся со второго этажа. В отличие от первого, здесь окон было полно, во все стороны света. Басмач наблюдал за окрестностями. Домик стоял на вершине холма, какая-никакая, а возвышенность, да и близлежащие участки все оказались в отдалении. Потому обзор получался хороший, незаметно к дому не подобраться.

Назар клацал зубами, растирал руки, но никак не мог согреться. Комната была пустой, необжитой. Тут вряд ли жили: широкий топчан с основанием из кирпичей, газовая плита с красным, высоким баллоном, притулившимся сбоку, шкаф холодильника с блестящей ручкой на двери и гордой надписью «ЗИЛ», под рубиновым щитом. Давно выгоревшие занавески на окнах больше походили на целлофановый пакет. Скорее, сюда иногда заходили погостить. Назара заинтересовал продолговатый короб на ножках.

Сверху наполовину выгоревшая доска с остатками лака. Лицевая сторона серо-стального цвета с крупными желтыми кнопками снизу. В середине красовались черные кругляши, один побольше, три других поменьше. Левая часть непонятной штуковины напоминала помесь исписанного цифрами тетрадного листа в клеточку с научным агрегатом из бункера Академгородка. Назар приблизился к коробу.

Любопытство заставило позабыть про ноющую ногу и Басмача, топтавшегося на втором этаже. Он протянул руку и с опаской покрутил черные кругляши, сначала маленькие. Ничего не произошло. Назар выдохнул, и, окончательно осмелев, теперь провернул лаково блеснувший кругляш, но тот, что побольше. Красная полоска, вертикально торчащая посредине исписанного «листа», вдруг сдвинулась. Назар, испугавшись, отпрянул. Но и теперь страшного не случилось – просто красная «спичка» была слева, а стала справа. Подумаешь. Он еще раз оглянулся на короткую лесенку, ведущую на мансарду.

Назар провел пальцем по кнопкам цвета старой кости. Под слоем серой пыли отчетливо проступала буква «С», а на следующей «УК». Назар перестарался с нажимом, и кнопка с сухим хрустом опустилась ниже. Он втянул голову в плечи, ожидая чего угодно, но что угодно не случилось. Ему стала нравиться эта непонятная штуковина: кнопки крутилки, движущаяся «спичка». Эта машина напоминала все подряд, и одновременно не была похожа на что-то конкретное. В бункере было полно непонятных шкафов и тумбочек с торчащими проводами и кнопками, но загадочное «научное оборудование» на этот полированный ящик похоже не было. Те из железа, а тут дерево. Назар погладил пыльную плоскую поверхность: одновременно шершавая и гладкая.