Фазовый переход. Том 1. Дебют - Василий Звягинцев

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь.

Речь не о том, но все же, все же, все же…

– Дошло? Вот и хорошо. Мы вроде бы ни в чем не виноваты и старались все делать как лучше, но – где-то там… – Андрей махнул рукой в сторону от курса парохода. – А сейчас появилась возможность кое-что поправить здесь, – он пристукнул ладонью по столу. – Причем поправить настолько кардинально… Вот потому мы и ввязались. Возможно, на это и намекал «Белый» или «Черный» игрок, якобы прощаясь с нами. Ну, вот и попробуем…

Фест, услышавший явно больше того, чем хотел узнать, кивнул головой. Продолжать тему отчего-то совершенно не хотелось.

Воронцов пообещал сегодня же передать все имеющиеся материалы и по линии российско-американских отношений, и касающиеся Сарториуса с Арчибальдом. Начинать Шульгин с Новиковым решили именно с Сарториуса, поскольку он являлся ключевой фигурой всей не дававшей им покоя несколько лет интриги, воспринимавшейся едва ли не как личное оскорбление. Это же только представить – им, всему «Братству», но прежде всего «отцам-основателям», самому Сашке, Новикову и Левашову, не удалось после всего, что они совершили, выяснить, казалось бы, пустяковую вещь – кто еще на Земле кроме могущественной «триады» – «Братства», аггров и форзейля в состоянии развлекаться межвременными и межпространственными переходами и пытаться перекраивать реальности по собственному благоусмотрению. Грешили на дуггуров, но дуггуры, хотя кое-что в этом смысле и умели, в данном конкретном случае оказались ни при чем, что и было выяснено в ходе экспедиции. Антон и Сильвия категорически утверждали, что никакой «третьей силы», которой сами «братья» некогда заморочили голову аггрианским «силовикам», в имеющейся Мультивселенной гарантированно не существует. Чем, в общем-то, противоречили самим себе, в иных случаях признавая присутствие в мироздании пресловутых Игроков и даже Держателей.

Но в схоластических назидательных беседах и Антон, и Сильвия как-то так все оборачивали, что названные персонажи к предполагаемой «третьей силе» отношения иметь не могут, ибо являются (каламбур?) явлениями иного порядка. Совсем иного. Как, скажем, при сходном внешнем эффекте никак нельзя уподоблять молнию, вылетевшую из грозовой тучи, и выпущенную СУ-двадцать пятым управляемую ракету. Хотя для человека или предмета, оказавшегося в точке попадания, результат взаимодействия со столь разными, по сути, силами окажется практически одинаковым. За редчайшими исключениями.

А теперь все вдруг стало ясным и понятным. «Третьей силой» оказался Замок, то ли кантовская «вещь в себе», то ли некий самостоятельный «электронный ганглий»[73], неизвестным самому Антону (а возможно, и его высшему руководству) образом оказавшийся передовой операционной базой форзейлей на планете Земля. Его никто (судя по имевшимся в распоряжении Антона материалам Информатория) специально не создавал, и документально не зафиксировано, с каких пор и каким образом он начал использоваться самыми первыми форзейлями, очутившимися на Земле.

Потом, в ходе самостоятельных исследований, Шульгин с Новиковым убедились, что (очень вероятно) Замок – один и тот же играет аналогичную роль на неизвестном количестве и иных миров. То есть, как выразился доступным для математически безграмотных друзей Левашов, «является размерностью высшего порядка, погруженной в Эн-мерный континуум, и в нашу трехмерную реальность выступает всего один его какой-то «угол» или «грань». Словно бы торчащий из волн десятиметровый шип кораллового Большого Барьерного Рифа, разросшегося на тысячи километров под вечно волнующейся поверхностью «Океана Дирака»[74].

Красиво, малопонятно, но вполне достаточно для практического использования. Как автомат с лазерным прицелом для наскоро обученного папуасского сепаратиста.

Замок (он же, возможно, один из пресловутых и гиротетических Игроков) обеспокоился событиями, при его же участии вдруг начавшими происходить в подконтрольном ему участке Мультивселенной (или ячейке Гиперсети). В том числе незапланированным изменением баланса сил в треугольнике «люди – аггры – форзейли», случившимся оттого, что кое-кто из людей оказался по своей нервно-психической организации ближе к Держателям Мира, чем к обычным «хомо сапиенс сапиенс». Совершенно неожиданно, впервые за тысячелетия кто-то в Союзе Ста миров настолько заинтересовался тихо существовавшим на окраине Галактики Замком, что решил не только устранить Антона – неизмеримо мелкую пылинку в охватывающей треть обозримой Вселенной бюрократической системе, но и дезактивировать сам Замок, явно считая его всего лишь стоящей на балансе инвентарной единицей. Ошибка ли это была или осознанно спланирование действие – сейчас не важно. Главное – эта задача очевидным образом была не решаема имевшимися у Галактической «надцивилизации» средствами, но тем не менее сулила Замку кое-какие неприятности. Или – раздражающие неудобства. Как, к примеру, человеку – массированная атака клопов во время сладкого предутреннего сна, да еще и с женщиной. Несмертельно, но, сами понимаете…

Вот Замок и предпринял собственные, представлявшиеся ему в тот момент необходимыми и достаточными меры. В частности – сотворил сам из себя эффектор, названный людьми Арчибальдом, и предоставил ему свободу воли в заданных границах.

Одновременно Замок начал точечные воздействия на саму, так сказать, канву ГИП и прилегающих к ней реальностей. Вплоть до исчезающего малого, но все же ощутимого, пусть и «внечувственно», изменения так называемых «законов природы». Оттого и начали отмечать друзья как раз в тот самый год отчетливо заметные при наблюдении из нескольких «реперных» точек деформации привычной метрики пространства-времени – хронологические сдвиги, провалы и «прорехи» в ткани реальностей, нестыковки в соотношении причин и следствий, ставшие очевидными при сопоставлении массивов фиксированной стабильной информации.

В этом серьезно помогло сопоставление собственных дневниковых записей Новикова, хранившихся частично на пароходе, частично в первом и втором фортах Росс, на Валгалле и в Новой Зеландии, соответственно с материалами, которые по просьбе Шульгина собрали «специалисты тайных дел», Суздалев и Маркин из реальности Ростокина-Скуратова. Вначале все нестыковки и флюктуации относили на счет самопроизвольно срабатывавших Ловушек Сознания, но потом Левашов с помощью профессора Маштакова – коллеги из параллели Секонда, и самого Замка, решившего, по своим собственным соображениям, «сдать» Арчибальда «Братству», смогли более-менее разобраться в ситуации.