Гарантирую жизнь - Василий Головачев

– Костя? Это Зощенко. Помнишь, ты дежурил в офисе дня два назад, когда к нам какой-то сотрудник органов приходил? Ты его удостоверение смотрел? Можешь вспомнить фамилию? Что? – Брови Сергея поползли вверх. – Понятно. Спасибо. Нет, ничего, все в порядке.

– Спроси его, как выглядел этот сотрудник.

– Как он выглядел?

Сергей выслушал ответ, положил трубку, растерянно посмотрел на Глеба.

– Он говорит, что это был старший лейтенант ФАС Бердяев.

Теперь пришла очередь удивляться Тарасову.

– ФАС? Твой Костя не ошибся? ФАС – это Федеральная антитеррористическая служба. С какой стати ее сотрудник вдруг объявился в Вологде?

– Может быть, у них тут отделение.

– Все равно, даже если в городе есть отделение ФАС, почему оно заинтересовалось тобой и твоей фирмой?

Сергей беспомощно пожал плечами.

– Ничем криминальным, а тем более связанным с террористической деятельностью, мы не занимались.

– Ладно, не переживай, разберемся. Молодец твой Костя, не забыл визитера. Описал он его тебе?

– Средних лет, на макушке лысина, лицо какое-то землистое, словно он больной, а на лице под глазом родинка.

– Отличная примета. Поблагодари своего Костю от меня. Во всяком случае, это уже зацепка. Плюс вот это. – Глеб подкинул зажигалку. – Если мне удастся уговорить мое начальство, у нас будет команда. От тебя в Москву можно позвонить?

– Конечно.

Тарасов набрал номер телефона базы, подождал переключения на кодированную линию связи и услышал голос командира группы «Хорс»:

– Тихончук у аппарата.

– Привет, Хохол, – сказал Глеб. – Это я, Старый. Владимир Сергеевич, мне нужен отпуск. И твоя помощь.

– Хорошо, что ты позвонил, – буркнул Тихончук. – Немедленно возвращайся, есть работа по Латвии.

– Но у меня непредвиденные обстоятельства…

– Завтра в семь утра должен быть на базе. Все.

В трубке засвиристел сверчок отбоя.

Тарасов подержал ее возле уха, раздувая ноздри, досчитал до десяти и положил на телефон. Посмотрел на друга.

– Мне надо срочно уехать в Москву. Но я вернусь. Свою машину дашь?

– Бери, – с готовностью поднялся Сергей. – Поезжу пока на Таниной «десятке». Вот ключи. Когда тебя ждать?

Тарасов начал быстро переодеваться.

– Завтра к вечеру. В Москве у нас хорошая компьютерная база, мне она понадобится для поиска. Возможно, приеду не один, но об этом никому ни слова.

– В милицию сообщать о звонке?

– Только не в районное отделение, а в ГорУВД, в отдел по борьбе с оргпреступностью. Успокой Таню, все будет хорошо, мы вызволим Акулю.

Глеб обнял Сергея и вышел из квартиры. Через полчаса он был уже за городом, на Ярославском шоссе. Зеленый «Гольф» Сергея резво устремился в темноту августовской ночи.

В Москву он прибыл еще затемно, до рассвета. Заскочил домой, – у него была двухкомнатная квартира в кирпичном старом доме на улице Невского, недалеко от Белорусского вокзала, – принял душ, напился чаю и сразу же отправился на базу, располагавшуюся в Богородском лесопарке.

В половине шестого утра ворота базы открылись, Тарасов загнал машину на территорию базы и как был – в штанах и рубашке – завалился на диван в своем жилом домике, стоявшем среди других таких же на берегу пруда, возле штаба и тренировочного комплекса. Уснул он мгновенно, несмотря на мысли о дочери, буквально отключился от реальности, и проспал в одном положении все полтора часа, оставшиеся до указанного Тихончуком времени сбора.

В семь часов группа «Хорс» собралась в полном составе в спецкомнате штаба, предназначенной для инструктажа. Тарасов хотел было подойти к Хохлу и рассказать о своей беде, но не успел. В помещение вошел плотный бритоголовый человек с цепкими холодными глазами, и Тихончук представил его:

– Алвар Куртинайтис, майор службы безопасности Латвии. Наш проводник. Вечером выезжаем в Ригу. Задача – захват и вывоз двух деятелей, толкающих Латвию к конфронтации с Россией. Досье на каждого получите до отправки и будете изучать, кто в поезде, кто в самолете. Инструктаж получите в Риге. Сейчас – комплектация, документы, экипировка, языковая подготовка. Русскоязычных там не любят, поэтому необходимо знать хотя бы несколько стандартных фраз на латышском. Вопросы?

Группа молчала. Не рискнул пошутить даже Роман.

– Тогда разошлись.

Спецназовцы вышли из штаба, переговариваясь между собой, в комнате для инструктажа остались Тихончук и Тарасов.

– Что у тебя стряслось? – осведомился майор.

– У меня похитили дочь, – разлепил губы Глеб.

Глаза командира группы остались равнодушными. Он уже работал, думал о предстоящем деле, прикидывал варианты операции.

– В органы заявил?

– Мне нужен отпуск, дня на три-четыре. Бандиты потребовали выкуп – миллион «зеленых» и пообещали присылать пальцы дочери до тех пор, пока я не найду деньги.

– Миллион?! Это нереально. – По изменившемуся лицу капитана Тихончук понял, что говорит не то, спохватился. – Ты-то зачем суешься в это дело? Есть ОМОН, антитеррористическая служба, пусть они и занимаются освобождением девочки.

– В похищении участвовал один из сотрудников ФАС. Банда явно прикрыта сверху. Милиция и ОМОН не помогут, нужна команда вроде нашей. Если нельзя туда сейчас бросить всю группу, отпусти хотя бы меня.

Тихончук поскреб затылок пятерней, дернул себя за ус, мотнул головой.

– Не могу, капитан. У меня приказ – до пятого августа ликвидировать националов Латвии. Я даже тебя отпустить не имею права.

– А если я откажусь участвовать в операции?

Глаза майора сузились, он покачал головой.

– Не дури, Старый. Ты же знаешь наше положение, тебя еще до трибунала замочат. Обещаю, как только выполним задание в Латвии, сразу вылетим к тебе в Вологду.

– Спасибо, – глухо сказал Глеб, опуская взгляд, чтобы не выдать свои чувства. – Боюсь, будет поздно. Ладно, я пошел готовиться.

Тарасов двинулся к двери. Тихончук с сомнением посмотрел на его спину, но не остановил. Воспитанный на беспрекословном подчинении старшему по званию, всегда соблюдавший субординацию, майор представить не мог, что кто-то может не выполнить его приказа. О том, что в жизни существуют другие приоритеты, стоящие выше приказа, он не подумал.

Глеб же принял решение и начал выполнять свой план, никого не посвящая в него. Он нашел Ухо, как всегда возившегося со своим суперноутбуком, и снял с него наушники диалоговой связи с компьютером.

– Эй, киборг, ты меня слышишь?

– Чего надо? – огрызнулся Саша, приходя в себя.