Встречный удар - Макс Глебов

– Флот, к бою! – я постарался вложить в свой голос уверенность, которой, на самом деле, не испытывал – построиться в оборонительный боевой порядок, будем защищать транспортное кольцо и коридор от него ко второй планете.

– Адмирал, но их же всего трое… – начал было капитан Хвоста Дракона Слин-ат, но я перебил его.

– Сейчас вы увидите, чего стоят эти трое.

Подтверждая мои слова, сверкнул плазменный разряд, и патрульный корвет исчез в яркой вспышке. Обломков почти не было, выстрел плазменной пушки испарил всю носовую часть корабля и превратил в оплавленный ком большую часть того, что осталось.

В командном посту Хвоста Дракона повисла потрясенная тишина. На наше счастье, плазменные пушки не отличались высокой эффективной дальностью огня, но в ближнем бою они действительно были страшной угрозой для любого корабля Федерации. Правда, об этом здесь знал только я, остальные офицеры моего штаба испытали от увиденного настоящий шок.

– Невидимкам занять место в ордере за тяжелыми силами, – начал я выстраивать флот перед сражением, – Уплотнить строй, нам понадобится максимальная плотность огня. Линкорам класса Титан вперед не лезть, первыми будут работать дрон-торпеды и истребители.

Я продолжал наблюдать за противником. Судя по всему, эти корабли прибыли к Каппе Кита совсем не воевать. Были у них тут какие-то свои дела. Скорее всего, три крейсера просто сопровождали транспорт. Кто мог знать, какие у них взаимоотношения с кваргами? По всему выходило, что они союзники, но судя по блокам в мозгах кваргов, лояльность таких союзников могла быть сомнительной, отсюда и три крейсера для прикрытия транспортного корабля.

Что могло им здесь понадобиться? Ничего примечательного в этой системе не имелось, если, конечно, не считать целую планету с пленными людьми и ящерами. Человек и ящерица, вытащенные разведчиками из плена, рассказывали примерно одно и то же. Помимо массы бытовых подробностей жизни на полудикой планете, они говорили, что периодически кварги отбирали среди пленных некоторое количество людей и ящеров и куда-то их увозили. Назад они никогда не возвращались, и что с ними происходило дальше, бывшие пленные не знали. Глядя на транспортный корабль врага я подумал, что, возможно, теперь на этот вопрос есть хотя бы часть ответа.

Мне не давал покоя простой вопрос: если у кваргов есть такой союзник, то почему люди и ящеры все еще живы? Ответить на него я не мог, но надеялся, что что-то мешает врагу применить против нас все свои возможности, и если это что-то мешало ему до сих пор, то есть надежда, что будет мешать и в будущем. Но этот вопрос сейчас был для меня не слишком актуален, тут бы выжить, при таком-то раскладе.

Противник колебался, и его можно было понять. У командира конвоя явно имелась четкая задача. Скорее всего, ему предписывалось сопроводить транспорт к месту погрузки, получить груз или пассажиров и убыть в обратный зад, не задерживаясь в этой дыре. Но вот не сложилось. Вынырнув из гипера, он обнаружил в системе форменный беспредел в виде нескольких сотен кораблей людей и ящеров, ведущих наглое разграбление планеты, которая, собственно, и являлась целью его прилета. И что теперь? Корабли у людей и ящеров весьма так себе, но уж больно их много, а тут еще и невиданное ранее сооружение, через которое снуют туда-сюда раздутые транспорты. Вроде как, в такой ситуации надо бы союзникам помочь, да и выяснить, что это за странное колечко тут болтается, тоже не мешало бы, а с другой стороны, никто такой задачи перед командиром конвоя не ставил. Его дело – безопасность транспорта, а куда его девать, если вступать в бой? Вокруг кишат боевые корабли противника, и куда его безопасно приткнуть, совершенно не ясно, а таскать с собой – это гиря на ногах. В общем, сплошные вопросы и ноль ответов.

Решение, принятое противником, меня не удивило. Не знаю, сам ли командир конвоя его принял или успел доложить по гиперсвязи своему командованию и получил приказ сверху, но вражеские корабли разделились. Транспорт в сопровождении одного крейсера лег на курс к границам системы и начал разгон для ухода в прыжок. Два оставшихся крейсера повисели немного неподвижно, после чего легли на курс к транспортному кольцу. То, чего я и боялся. Они решили разрушить портал, чтобы превратить все наши успехи в поражение. Ждать явления к Каппе Кита еще нескольких десятков таких же корабликов, а то и чего покрупнее, долго бы не пришлось, а удрать отсюда нам без портала было, мягко говоря, сложно.

Скорость разгона вражеских кораблей впечатляла, но в данном случае она не играла решающей роли, мы стояли в глухой обороне и не собирались за ними гоняться.

– Флоту начать движение навстречу противнику. Разгон на десяти процентах мощности, – я решил отодвинуть корабли от портала. Дальность огня орудий противника оставалась неизвестной, и получить снаряд в транспортное кольцо прямо сквозь наш строй мне совершенно не хотелось.

Картина битвы выглядела сюрреалистично. Сейчас у транспортного кольца собралось восемьдесят тяжелых кораблей, сто семьдесят Невидимок и восемь авианосцев, уже поднявших истребители. Все это великолепие осторожно кралось навстречу нагло прущим в атаку двум крейсерам. А что? Мне, лично, было страшно. Я знал, на что способны плазменные пушки, а при такой скорости на расстояние эффективного огня враг прорвется за считанные десятки секунд. А защитные поля? У меня считай треть тяжелых кораблей состояла из дредноутов ящеров. Их пушки не только не могли пробить поле, они вообще не могли ему как-то повредить. Поле надо давить либо плазмой, либо снарядами с детонирующей боевой частью, а размазывать по нему липкую едкую дрянь совершенно бесполезно.

– Флоту принять данные для смены боевого ордера, – приказал я, помечая на тактической проекции корабли, которым требовалось сменить позиции.

Я выделил три фланговых группы, в каждую из которых включил линкор класса Титан, десять тяжелых кораблей и два десятка Невидимок. Эти группы я отправил охватывать приближающиеся крейсера противника с трех сторон, держась от них на почтительном расстоянии. Все-таки меня напрягала их невероятная скорость. Я был уверен, что, пользуясь ей и своими дальнобойными орудиями, а они наверняка имеют дальность огня выше нашей, противник решит пострелять по моим кораблям с безопасного расстояния, как в тире.

– Эскадре прикрытия второй планеты выдвинуться к транспортному кольцу, – отдал я следующий приказ, оставляя планету без защиты. Пока ее никто атаковать не собирался, а еще два десятка линкоров и крейсеров и пара авианосцев мне могут очень пригодиться. К тому же они зайдут крейсерам противника с тыла, если успеют, конечно.

Как ни странно, несмотря на мои опасения по поводу мощных плазменных пушек врага, единственный шанс для нас я видел в ближнем бою. Защитное поле – не панацея. Штука это очень хорошая, но она не может держать бесконечное количество попаданий. Фактически, это просто еще одна броня, с той лишь разницей, что пока поле не сбито, корабль не получает вообще никаких повреждений, по крайней мере, при нашей мощности орудий.

– При текущей скорости сближения до рубежа открытия огня главным калибром три минуты, – доложил Слин-ат. Ящер, как всегда выглядел невозмутимым, но кончик его хвоста то и дело совершал хаотические движения, что означало, что командир линкора тоже испытывает дискомфорт от происходящего.