Новая Зона. Излом судьбы - Ольга Крамер

Вероятно, для пребывания здесь нужен особый склад ума, позволяющий поверить в невозможное и не отметать все то, что не укладывается в привычные и понятные рамки. Наоборот, принять все невозможное и необъяснимое на веру. Только тогда шансы на выживание возрастут.

За своими размышлениями девушка не заметила, как они прошли целый квартал. Выругав себя за невнимательность, она тряхнула головой, отгоняя лишние мысли, и сосредоточилась на местности. И что-то вокруг изменилось, едва уловимое, ощутимое лишь на уровне подсознания. Интуитивно почувствовав опасность, она окликнула Женю, но тот уже и сам остановился. Женя сжал в руках автомат, медленно осмотрелся, заглянул в каждое окно многоэтажки, но так ничего подозрительного и не заметил. Только чувство опасности нарастало с каждой секундой, внутренний голос кричал, что надо бежать отсюда. Но бежать было нельзя.

Опасность молодые люди заметили одновременно и, не сговариваясь, рухнули на землю, прямо в жижу из грязи и мусора. На зубах заскрипела сырая земля, в нос попала вода, но, не обращая внимания на такие мелочи, напарники поднялись, согнувшись в три погибели, добежали до ближайшего магазина и влетели внутрь через разбитую витрину.

Вслед за ними, рассекая воздух острым наконечником, летела стрела. Она прошла в десяти сантиметрах над Жениной головой и вонзилась в манекен. Дальше начала происходить самая настоящая чертовщина – манекен задымился и вспыхнул, превратившись в пепел за несколько секунд.

– Это что, лучник?!

Василиса даже боялась выглянуть из своего ненадежного укрытия, которым служила стойка с кассовым аппаратом. Она сжалась и в надежде посмотрела на Женю.

– Похоже, – с изумлением согласился Фролов. – И, кажется, стрелы у него с сюрпризом.

Мысленно помолившись, пилот сделал глубокий вдох, медленный выдох, перевел автомат в режим стрельбы очередями и высунулся из своего укрытия, дав очередь веером. Стрелял наудачу не для того, чтобы сразить невидимого противника, а напугать его.

И сделал только хуже.

В металлическую стойку, за которой прятались напарники, вонзилась стрела, и металл, словно мороженое на солнце, начал плавиться.

– Выходите! – послышался властный голос.

– Ага, щас, – наблюдая за тем, во что превращается стойка, нервно ответил Женя. Страшно было подумать, что может остаться от человека, угоди в него стрела.

Он держал в руках гранату и уже разгибал усики предохранительной чеки.

– Отползи подальше, – приказал Женя, но Василиса его не послушалась.

Времени на уговоры не оставалось. Ухватившись за кольцо, Женя выдернул его и бросил гранату в разбитую витрину. Пилот только и успел упасть, открыть рот и прикрыть собой Василису. Громыхнуло знатно, в ушах зазвенело, посыпалась штукатурка с полотка. Не придя до конца в себя, Женя поднялся на колени, осмотрелся и замер.

Перед ним в полутора метрах стоял крепкого телосложения высокий мужчина. Облаченный в темные брюки карго, заправленные в высокие ботинки, черную куртку анорак, он целился из лука в пилота. Взгляд Фролова ненадолго замер на странном наконечнике стрелы – тот словно светился ярко-алым цветом и выглядел очень угрожающе. Из чего бы тот ни был сделан, в себе он точно нес аномальные способности какого-нибудь из артефактов.

Женя хотел спрятаться, но понимал – лучник будет быстрей его. Даже если получится ненадолго отвлечь стрелка на себя, Василиса далеко убежать не успеет. Не хотелось играть в героя ради бессмысленных жертв.

Время шло, а лучник не спешил действовать.

– Зачем вы хотите нас убить? – спросила Василиса.

– Если бы хотел – убил бы несколько минут назад. Ты мне нужна живая. Верней, твои знания.

– Хорошо.

Титова подняла руки и медленно встала. Она без отрыва смотрела на стрелу, которая в любой момент может пронзить ее и превратить тело в тлеющее месиво.

– Я пойду с тобой, – согласилась она. – Только опусти оружие. Испугаешься чего-нибудь и ненароком отпустишь тетиву. А я же тебе живая нужна?

– Ты – да, а вот он нет, – лучник взглядом указал на пилота.

– Нет. – Женя выставил перед собой руку, в которой была зажата граната. – Стой! Второй раз не повезет. Выпустишь стрелу – прихвачу тебя с собой на тот свет.

– И ее тоже, – резонно заметил мужчина. – Не думаю, что ты готов пойти на это.

– Готов. Спорим? – Женя оскалился в улыбке.

Разжав ладонь, пилот бросил под ноги рядом стоящего лучника гранату.

Василиса в три нечеловеческих прыжка отскочила в сторону и больно упала на пол в гору битого стекла. А вот пилот поступил совсем наоборот. Сместившись с траектории полета стрелы влево, пилот приблизился к мужчине. Ухватив левой рукой за нижнее плечо лука, он направил оружие в потолок, а правой рукой ударил в сгиб кисти лучника. Стрела была выпущена вверх, и только тогда пилот почувствовал свое превосходство. Взяв противника за грудки, пилот дернул мужчину на себя и нанес удар коленом в пах. Когда противник выронил оружие, Женя нанес резкий удар в солнечное сплетение. Должного эффекта это не произвело, потому как лучник, вместо того чтобы рухнуть, нанес ответный удар пилоту по коленной чашечке. Рухнув на пол, пилот схватил лук и перекатился, уклоняясь от атаки. Однако полностью уйти от нападающего не удалось. От сильного удара в живот Фролова бросило в жар, он на несколько секунд потерялся в пространстве и лишился боеспособности.

Чтобы добить Женю, лучнику нужны были жалкие секунды. Но все решилось быстрей. На спину сталкера запрыгнула Титова, обхватив левой рукой того за шею, а правой вытаскивая из колчана стрелу. Легкая Титова для этого здоровяка серьезным препятствием не послужила. Он зацепил ее за ворот куртки и сильным рывком перекинул через плечо. Сломанной куклой рухнув на спину, Василиса глухо вскрикнула, старые травмы все-таки давали о себе знать. Превозмогая боль и извернувшись ужом, Вася перехватила стрелу ближе к наконечнику и, замахнувшись с силой, на которую только была способна, вонзила стрелу лучнику в икру. Из чего бы наконечник ни был сделан, в плоть он вошел удивительно легко, словно керамический нож в мясо.

Нога сталкера покрылась слоем инея, который начал быстро распространяться по всему телу, добрался до пояса, коснулся рук, беря в свой ледяной плен, проникая все глубже в тело, замораживая и превращая живого человека в ледяную скульптуру.

Открыв было от удивления рот, Василиса больно прикусила язык, когда Женя схватил ее за шиворот и потянул в сторону, подальше от того, во что превратился лучник. Это настолько испугало и восхитило девушку одновременно, что она потеряла всякую возможность последовательно мыслить. За какую-то минуту на месте человека – его ледяная скульптура. Урони – разобьется на тысячи осколков.

Бедолага, замерзая, так громко кричал от боли и страха, что у Жени до сих пор звенело в ушах. Трудно даже представить, что он испытал за эту минуту, какие нечеловеческие мучения.