Заложник долга и чести - Владимир Сухинин

Заметив, что эльфарка хотела что-то сказать перебила.

— Он не демон.

— Я видела его рядом с демоном, — ответила Тора, — и они точно были давно знакомы.

— И что? — спросила Дворфа. — Это говорит только о том, что наш граф не совсем тот, за кого себя выдает. А знакомых у него много. Вон, одна Чернушка чего стоит. Ты когда-нибудь видела таких?

Тора отрицательно покачала головой.

— Вот, и я не видела. А хозяин ее привез. А откуда, знаешь?

Тора снова отрицательно покачала головой.

— И никто не знает, — дворфа подошла по ближе. — Есть один вариант, — Лия понизила голос. — Тебе, как княгине, иметь мужа человека нельзя. — А затем еще тише произнесла. — А любовника можно.

Дворфа ушла, оставив нас с Торой оторопело смотреть ей в спину. По дороге Лия треснула по затылку Бурвидуса и проворчала.

— Не чеши языком, болтун. Лучше скажи, троллей покормили?

— Покормили, моя душа.

— А после них дерьмо убрали?

— Э-э… нет, солнышко, свинарь боится к ним заходить.

— Ты не боишься?

— Я нет, моя прелесть. Не боюсь.

— Тогда ты и убирай.

Оставив не менее, чем мы с Торой удивленного Бурвидуса, дворфа ушла, покачивая бедрами. Тора немного постояла, размышляя, и тоже удалилась. На стене остались парные часовые, но они смотрели только на уходящих эльфаров. Те уже не представляли из себя организованное войска, а были похожи на усталых солдат, медленно бредущих из окружения. Щиты у кого за спиной, у кого в руках. Шлемы сняты, мечи кто вставил в ножны, кто продолжал держать в руках. Последним уходил их командир с черными лазутчиками.

Победа досталась нам бескровно. Немного подняли пыли, немного заставили побегать высокомерных снежков, немного потоптали они своих. Но все были живы. Чего нужно ждать дальше? И тут мысль, которая пришла мне на ум, прострелила мне голову. «Порталы! А если в следующий раз кто-то прорвется порталом в замок? Я-то могу проходить. Значит, смогут и другие. И защиты от этого нет».

— Шиза, вылезай, хватит спать, есть работа.

— В гости придешь сегодня? — спросила она.

У меня не произвольно дернулись брови.

— Куда? — не понял я, куда она меня приглашает. Последние наши встречи заканчивались тем, что меня били по голове и вышвыривали с ее ранчо.

— Ты что совсем забегался, политик? Ко мне, ночевать.

— Ты это как себе представляешь? Я потащу Эрну к себе в постель после того, как сосватал тану Черридару? Или … Чернушка? Ты совсем сошла с ума

— Ты ни о чем не заботься. Просто приходи, — сказала она. — А по поводу того, что кто-то сможет массовым телепортом проникнуть в замок. Так это глупость. Там столько неизвестных величин появляется, что рассчитать такой переход не под силу никому. Можно попасть в стену и погибнуть, замок может стоять на холме, и тогда, вероятно, попадешь под землю и итог тот же. Поэтому точку выхода при массовых переходах всегда делают в чистом поле. А вот единичный короткий прыжок может случиться.

— Точно, Гронд, — вспомнил я. — Сюда Гронд с магами направился. Надо срочно готовить защиту от несанкционированного проникновения.

— Защиты не существует, Витя. Но можно поставить «сигналку» на последний слой, что сотворила с помощью духов, твоя невеста. Как только произойдет прорыв, мы будем об этом знать.

— Этого мало, — не согласился я. На сигналку можно привязать ошеломление или удар молнией. А лучше все вместе. Ошеломить и ударить. Потом взять тепленьким.

— Можно, конечно, — согласилась Шиза, — но надо будет расставить накопители по стенам и в донжоне. Доставай, что там у тебя есть.

Обычно для производства магоконструкторов используют специальный стол, но я привык все делать на коленке. Поэтому сел на пол крепостной стены, вытащил украшения и стал их перебирать. Я так увлекся этим делом, что, когда появилась чья-то рука и попыталась схватить драгоценности, просто удивился и слегка ударил по руке.

Но сразу же появились две руки. Я поднял глаза и увидел, что это часовой заметил золото и нагло решил их, у меня забрать. Чтобы неповадно было, я поднялся, схватил воришку за шиворот, развернул к себе спиной и хорошим пинком отправил его подальше. Он кубарем улетел и распластался на каменном полу стены, это заметил второй и помог ему подняться. Рожа часового была красной и возбужденной. Он тыкал пальцами в мою сторону и стал громким шепотом рассказывать.

— Бродак, — сказал он напарнику, — только между нами, — он воровато огляделся. — Там лежит заколдованное золото и не дается. Я только хотел его поднять, а оно хрясь меня по руке. Потом как даст пинка…

— Пардан, — смеясь, спросил второй, — ты сколько вчера выпил?

— Да вот тебе священный круг, Бродак, — осенил себя кругом воин, — там золото лежит, пойди сам посмотри.

Бродак хмыкнул и направился в мою сторону. И увидел разложенные украшения. Я смотрел на него, а он уперся взглядом в пол. Руки его задрожали. Он приставил копье к ограждению и, пригнувшись, протянул руки.

— Вы что, совсем обнаглели!? — с возмущение спросил я. С этим я поступил точно также, дал пинка и отправил подальше. Я тут сижу, а они ослепли от блеска золота и не видят своего сеньора. С раздражением от того, что не дают работать, собрал золото и пошел к себе в свою комнату.

— Надо сообщить старшему, — услышал я за своей спиной. Тут какая-то злая волшба творится. Не иначе это чапай балует, которого служанка хозяйки искала. Ишь как пакостит, гаденыш. У меня до сих пор зад болит.

— Точно, Бродак, это все эльфары чапая нам подсунули, вон гляди золото исчезло. Согласен. Надо все Рабе рассказать, уж она его найдет.

Только тут я понял, что находился все время под скрытом.

— Пусть ищут, — не осмотрительно подумал я, и направился к себе. Скрыт снимать не стал.

Я уже прошел мимо железом обитой двери в подземелье, как она с грохотом распахнулась и из нее, матерясь на чем свет стоял, выскочил, не милосердно воняющий Бурвидус, не останавливаясь, он помчался дальше и напоролся на меня. Сбил с ног и обхватив руками, вдруг заорал на весь замок.

— Чапай! Чапай! Он ухватился за меня и стал трясти.

«Да что же это такое», — успел подумать я.

А со стены раздался сдвоенный крик часовых:

— Чапай! Чапай!

Часовые обернулись на крик и замерли с открытым ртом.

— Ты смотри, Бродак, наш ушлый дворф чапая поймал.

— Точно, и он его дерьмом перемазал. Вот паскудник!

И они в две глотки заорали:

— Чапай! Чапай.

На крики первой появилась Рабе. Часовые увидели, как та застыла и еще громче заорали: