Вспомни меня - Дмитрий Лазарев

– Так я убедил тебя?

– Пожалуй, да. Не могу же я все время оглядываться на других! Это моя жизнь, и другой у меня не будет. Я устал приносить жертвы ради пресловутого спокойствия собственной совести.

– Очень верная мысль! – подхватил Дэйн. – Поставь ее во главу угла – и жить станет легче. Твоя боль со временем пройдет, и ты научишься радоваться жизни независимо от того, что и по какой причине принесло тебе удачу. Пойдем?

– Пойдем, – Алан со вздохом поднялся.

Когда они приблизились к слайдеру, Шарп протянул им две тощие пачки денег.

– Что это? – спросил Алан.

– Маленькая компенсация за моральный ущерб. Это было в его карманах.

– Вы ОГРАБИЛИ его?

Шарп пожал плечами:

– Ему это все равно больше не понадобится, а нам пригодится. Берите!

Алан с каким-то даже отвращением оттолкнул руку безопасника, протягивающую ему деньги:

– Нет, спасибо. Это уж слишком! С меня хватит и того, что я помог ему отправиться на тот свет! Оставьте себе.

– Как хотите, – Шарп пожал плечами и спрятал деньги.

Краем глаза Алан заметил, что Дэйн свою пачку взял…

* * *

Процедура гипноблокирования действительно оказалась вовсе не страшной. Алана просто погрузили в транс, весьма напоминающий глубокий сон. Очнувшись, он ничего не помнил о том, что произошло во время транса, но поспешил покинуть клинику: у него возникло неприятное чувство, что кто-то рылся в его мозгах грязными руками. Схожие эмоции он испытал несколько лет назад, когда неизвестные злоумышленники ограбили его квартиру, оставив беспорядок и грязные следы на полу. Тогдашнее чувство бессильной ярости, ощущение, что дом перестал быть его домом, его крепостью, ощущение нечистоты и острое желание уйти из оскверненного жилища в какой-то степени повторились и сейчас. Но разница была в том, что сегодня он пошел на это сознательно, отлично понимая, ради чего. К тому же с тем кошмаром, что произошел ночью у расщелины орма, гипноблокирование и сравнивать было нельзя.

…Алан ехал в Диар на моно. Теперь у него уже язык не поворачивался называть этот душный, горячий город домом. Нет уж, хватит! Не зря он пошел на преступление, не зря ставил гипноблок! Теперь его и Шейлу ждет совсем другая жизнь, в которой не будет места этой проклятой жаре. Осталось вытерпеть всего лишь один день пекла, зайти домой за вещами, забрать Шейлу и – вперед, к новой жизни! Он еще раз порадовался за себя, что строго соблюдал принцип не держать на работе личных вещей: страшно не хотелось заходить в отдел, видеться с коллегами (особенно – с Лонгом), что-то объяснять, врать… Так уж получилось, что ни с кем из сотрудников финансового отдела головной конторы «Карата» у него не сложилось дружеских, или просто более коротких отношений. Единственным исключением была Лита Аш. Жаль, конечно, что не удастся попрощаться с ней, но… что-то в Алане противилось этой встрече, хотя он сам не понимал, почему.

В общем, на работу – не надо, осталось заехать за Шейлой и договориться со своим другом и поверенным Дином Шором о продаже квартиры вместе со всей мебелью и переводе денег на счет, открытый на имя Алана в лейдском филиале Планетарного банка. Будущее представлялось ему достаточно безоблачным: леди Тарг повысила ему зарплату и предоставила в личное пользование служебный слайдер. В общем, живи да радуйся… если забыть о том, какой ценой это досталось. А забыть необходимо как можно скорее. И Алан старался. Очень старался…

* * *

Моно прибыл в Диар примерно за полчаса до рассвета, однако жара и духота все равно навалились на плечи отвыкшего от них Алана со страшной силой. Но это он как-нибудь сможет вытерпеть. Главное – не попасть под дневное пекло: все-таки за три недели лейдского блаженства организм расслабился. Поэтому он поспешил взять такси.

К счастью, Шейла была дома. Сначала она бросилась ему на шею, а затем, вдоволь нацеловавшись, неожиданно залепила мужу пощечину.

– За что? – удивленно спросил Алан, потирая щеку.

– Даже и не думай еще хоть раз оставить меня одну в этом пустом доме так надолго! Я чуть с ума не сошла!

– Прости, милая, больше это не повторится.

– Обещаешь?

– Обещаю! К тому же у меня есть, чем загладить вину.

– Я слушаю.

– Сначала ответь, ты еще не успела найти работу?

– Нет. Пока меня не устраивает ни один вариант.

Алан улыбнулся: как это было похоже на его дорогую женушку!

– Очень хорошо! – произнес он.

– Что?!

– Значит, тебя ничто здесь не держит, – пояснил он свою мысль недоумевающей Шейле, – и мы сможем уехать.

– Куда?

– В Лейд.

– В Лейд?! Алан, ты не перегрелся? Что нам делать в этой дыре?

– Все далеко не так, как ты думаешь, Шейла. Лейд здорово изменился. Обещаю, ты не пожалеешь, если поедешь со мной!

– Так, а поподробнее?

– Извини, больше я ничего не могу пока тебе сказать.

– Почему?

– Во-первых, потому, что это сюрприз, а во-вторых, если честно, то с меня взяли подписку о неразглашении.

– Ого! Как все серьезно! – с иронией промолвила Шейла. – Ладно, можешь считать, что заинтриговал меня. Давай, колись!

– Прости, не могу. Правда, не могу. Не раньше, чем мы будем там.

Шейла испытующе посмотрела в глаза супругу и поняла, что на этот раз ее умение уговаривать, столько раз испытанное как на Алане, так и на других, не сработает. И от этого ей почему-то стало тревожно.

– Алан, у тебя все в порядке?

– Более чем в порядке, дорогая! Мы с тобой стоим на пороге новой, прекрасной жизни! И я нисколько не преувеличиваю.

– Интересно, что стало с осторожным, прагматичным, не склонным к авантюрам Аланом, за которого я вышла замуж? – задумчиво произнесла Шейла.

– Он немного изменился. И ты там тоже изменишься. Но поверь в главное: это – не авантюра. Никогда в жизни я не был так уверен, что делаю правильный шаг для нас обоих, для нашей семьи.

– Не знаю… Как-то все это странно и непохоже на тебя, но интересно. Что ж, давай поедем: где наша не пропадала? Надеюсь, что разочарована не буду.

* * *

Алан нашел слайдер в подземном гараже моно-станции и сгрузил в его вместительный багажник все их вещи.

– Круто! – оценила Шейла. – Ты знал, что он здесь будет?

– Ну… это в некотором роде наш.

– Как?!

– Компания предоставила.

Шейла присвистнула:

– Чудеса начинаются?

– То ли еще будет! – пообещал Алан.

Десять минут езды прошли в молчании.