Разведчик. Чужая земля - Юрий Корчевский

– Герр офицер, вас вызывают. Часовой с поста пропал.

В окне показалось лицо. Офицер раздеться успел, в белой шелковой майке.

– Айн момент.

Офицер надел форму, вышел. В темноте поди разбери, какая форма на солдате. Затолокин врезал с размаху. Харитонов тело успел подхватить, чтобы шума не было. Ушли через задний двор, причем на этот раз Игорь впереди, чтобы не напороться на часовых. Добрались до леска, Харитонов попросил:

– Старшой, ты только за нож не хватайся. Третьего до утра точно взять не успеем.

Затолокин приструнил товарища:

– Ты язык попридержи. Видел и забудь. А брякнешь в разведотделе, я тебе сам язык отрежу.

Пленным оказался старший лейтенант из охранного батальона. Такие подразделения охраняют тыл своих войск, в СССР аналоги тоже есть – войска по охране тыла, из пограничников. Пока офицер без чувств был, несли его по очереди. А очухался – пошел сам, придерживали с обеих сторон, поскольку до конца после удара не отошел. И вдруг окрик по-русски.

– Стоять! Пароль?

– Свои, разведка.

– Всем на землю, а то стрельну!

Голос молодой, видно – новобранец. Такой от испуга в самом деле автоматом воспользуется. Легли. Игорь крепко выматерился. Обычно это помогало в идентификации свой-чужой. А часовой обиделся.

– Будешь маму мою поминать, стрельну.

– Ты лучше разводящего или начальника караула позови.

В общем, передовую незаметно снова перешли. Офицер на допросе сведения важные дал, знал, где какие подразделения в ближнем тылу расположены. Игорь на карте показал, где самоходки стоят. В общем – поиск удачный вышел. Игорь даже припомнить не мог, когда так быстро и беспроблемно проходило.

Днем разведчики отоспались, а вечером Игоря вызвали в штаб. Кроме майора, в кабинете находился незнакомый офицер в звании подполковника.

– Старшина, покажите на карте, как вы переходили линию фронта.

– Да собственно, линии сплошной нет. Как раньше было – траншеи, минное поле, колючка.

Показал на карте маршрут туда и обратно. Офицеры переглянулись. Вдруг незнакомый офицер заговорил на немецком.

– Вы умеете управлять мотоциклом или автомобилем?

– Так точно, имею опыт.

Игорь специально отвечал не кратко. Раз офицер перешел на немецкий специально, чтобы услышать произношение и степень владения языком, надо дать ему возможность оценить.

– Вы имеете опыт работы в тылу в немецкой форме?

– Приходилось. Наверное, товарищ майор уже вам доложил.

– Ишь ты, какой догадливый! Можете быть свободны!

Игорь на полевую кухню отправился, поел не спеша. В армии это одно из немногих удовольствий. В дом возвращался, где расположился разведвзвод, по дороге его посыльный перехватил.

– Катков, тебя в штаб вызывают.

Да что же это такое? Но в армии приказы не обсуждают. Снова в кабинет к Гукову вошел, доложился.

– Подберите форму унтер-офицера пехоты и в спецотдел фотографироваться.

– Есть!

– До утра можете отдыхать.

– Есть!

Игорь прошел в фотолабораторию, фотограф без лишних слов сделал фото. Вернулся в дом, завалился на диван, хороший, кожаный. Наверное, раньше на нем любил отдыхать хозяин дома, какой-нибудь бюргер.

Размышлять стал. Зашевелилась разведка. Так бывает, когда готовится наступление. Что оно будет, знали все, войска уже на немецкой земле и не уйдут, пока не скрутят голову фашистской гадине. Но когда оно будет и силами каких фронтов, знали только на самом верху – Сталин, начальник Генштаба, командующие фронтами.

Игорь в предположениях ошибся, думал – в очередной поиск отправится, но оказалось иное. Утром, после завтрака, к Гукову явился. В кабинете, кроме майора, вчерашний подполковник и незнакомец в армейской солдатской форме.

Майор раскрыл лежащий на столе «золдатенбух».

– Похож! Фото удачно состарили. Катков, я выйду, ты побеседуй с товарищами.

Как только за Гуковым закрылась дверь, подполковник сказал:

– Вам доверяется секретное задание. Надо перебросить в немецкий тыл вот этого товарища. Документы, оружие и форма немецкие будут. Крайне необходимо на транспорте. Мотоцикл с коляской проскочит тем маршрутом, по которому вы с группой в поиск вчера ходили?

Игорь припоминал. Рек, оврагов не было, а лесочек редкий, и все деревья рядами стоят, мотоцикл вполне пройдет.

– Так точно.

– Это хорошо, что вы не торопились с ответом, путь припомнили. Как полагаете, в какое время суток лучше начинать?

– В сумерки.

Подполковник кивнул. Игорь сразу добавил:

– Только нашу пехоту предупредить надо. Увидят двух немцев на мотоцикле, расстреляют.

– Об этом мы позаботимся, как и о мотоцикле. Его проверили, полный бак бензина залили.

Про место назначения и задание подполковник не говорил. Так бывает всегда. Про задание точно знает незнакомец в солдатской форме, который ни слова не проронил.

– Во сколько здесь сумерничает? – спросил подполковник.

Наверняка сам знал, проверить хотел.

– В девятнадцать сорок сегодня.

Офицер кивнул.

– Тогда в девятнадцать быть здесь. Форма и оружие немецкие. Свой «золдатенбух» получите перед выходом.

– Так точно.

Форма еще со вчерашнего дня готова, сапоги начищены. Патруль, если встретится, может придраться к внешнему виду, а обращать на себя внимание Игорь не хотел.

В обед отсутствием аппетита не страдал, поел плотно. Еще неизвестно, когда придется есть в следующий раз. У старшины роты сухой паек получил, предупредив – дай только немецкого производства. Продукты в ранец уложил. Если поедут на мотоцикле, ранец в коляску уложит, не обременит. А на обратном пути ранец бросить можно. Хотелось гранат взять, но немецкие слабые, а наши Ф-1, которые выручали не раз, брать нельзя.

Вздремнул, к штабу точно в срок прибыл. О! Незнакомец, что в солдатской форме был, теперь в мундире майора пехотного. На груди награды блестели, под мышкой кожаный портфель, какие у штабных офицеров бывают. Но вместо фуражки – кепи, как у фронтовиков.

Гуков предусмотрительно на обоих накинул солдатские плащ-накидки. Игорю вручили солдатскую книжку.

– Ознакомься и запомни.

Игорь прочитал.

– «Фридрих Вибе, унтер-офицер саперного взвода второго мотопехотного батальона 433 полка».

Глаза закрыл, мысленно повторил данные.

– Кстати, товарищ майор. Где мой полк находится?