Тезей и Ариадна. Нить любви - Наталья Павлищева

– Надо как можно скорей бежать!

В Амнисе из всех кораблей у берега только один – царский, с пурпурными парусами. Он огромен, но выбора все равно не было. Идас восторженно заорал, что это и есть корабль Дексия. У корабля только охрана из двух рабов, остальные разбежались. Тезей подумал, что царь Минос даже бежать с острова не смог бы, грести некому.

Путь на судно загородил Дексий, он не смог покинуть свое любимое судно даже в такой ситуации.

– Дексий, отправляйся с нами, нужно бежать из этого кошмара!

– Нет, у меня семья в Кноссе.

– Так беги к ним, что ты стоишь?

– Если я уйду… – И вдруг махнул рукой: – Плывите, может, хоть вы спасетесь? А может, когда уплывете, Посейдон сжалится над Критом?

На весла сели все, даже девушки, взявшись вдвоем за одно. Перибея, к изумлению Тезея, взялась за весло вместе с Ариадной, видно, боялась, что дочь Миноса сумеет навредить, если за ней не присматривать.

Не менее удивительным было и то, что сама Ариадна не жаловалась и даже гребла, а потом вычерпывала воду. Но удивляться некогда, Тезей сначала ставил вместе с Идасом и Антием парус, потом взялся за весло, нужно уйти как можно дальше от Крита, да и от обезумевшей Тиры.

Гавань Амниса уходила все дальше, но разглядывать ее невозможно: сгущались облака, небо почернело, из глубин моря доносился гул и волны уже просто перехлестывали даже через высокие борта царского корабля.

– Всем девушкам вычерпывать воду! Бесполезно грести, если пойдем ко дну! – уверенно распорядился Идас.

Они стремились добраться до того маленького острова, с которого полгода назад разглядывали громаду Тиры. Все устали, устали грести, бороться с волнами, вычерпывать заливавшую корабль воду, просто от страха перед морем, ведь никто из беглецов не был опытным моряком, а буря бушевала нешуточная.

Но не буря напугала Тезея и его спутников, а поведение Тиры. Гора уже не клубилась, она начала выбрасывать страшные огненные столбы, по всему морю шел гул, оно содрогалось, как и земля в Кноссе.

– Подальше бы от него… – покачал головой Антий.

Тезей тоже так думал, остальные поддержали. Ветер рвал парус так, словно хотел унести корабль не просто в морскую даль, а на само небо. Удерживать курс очень трудно, но Тезей и без советов Идаса понимал, что пристать к берегу в такую бурю, может, и удастся, а вот обнаружить наутро корабль целым вряд ли. Он махнул рукой:

– Вперед!

Вперед не очень удавалось, ветер гнал судно как ему вздумается, парус пришлось убрать. Мачта скрипела, грозя вот-вот обрушиться на гребцов. Вокруг темно, и море освещалось только красными вспышками огня, вылетавшего из Тиры.

Впереди виднелись громады каких-то островов.

– Идас, что это может быть?

– Если Тира остается позади справа, значит… справа Иос, слева Сикинос. Хорошо, что нас несет в пролив между ними.

– Чем хорошо? – кричал во весь голос Тезей, с трудом удерживая рулевые весла. Грохот волн, грохот Тиры и вой ветра заглушали его слова.

– Подальше от этого, – Идас кивнул в сторону сошедшей с ума Тиры.

С этим был согласен не только Тезей.

Медея с удовольствием разглядывала картинку в прозрачном шаре.

– Ах, какая буря!.. Даже если этот мальчишка не пойдет ко дну, все равно хорошо.

– Зачем тебе Тезей, мы же давно не в Афинах? – удивился вошедший в комнату Мед. – Оставь парня в покое.

– Нет, он никогда не будет знать покоя! Никогда! Ты еще не знаешь, что сейчас будет. Не одному этому мальчишке, а всему миру ахейцев, всему миру богов Олимпа грозит гибель.

– О чем ты говоришь? – почти испугался Мед.

– О, да! Я долго ждала этот сладкий миг мести, он вот-вот настанет. Так что для твоего Тезея было бы лучше отправиться к своему отцу Посейдону поскорей, чтобы не увидеть главного ужаса в своей жизни.

Мед смотрел на мать, пытаясь понять, что же питает ее ненависть. Неужели всего лишь потеря Афинского царства? Но у него уже есть куда большее…

Кто их поймет, этих женщин, особенно таких, которые умеют видеть что-то в прозрачном шаре и колдовать на расстоянии во многие сотни стадий.

В шаре появилось перепуганное женское лицо.

– Гекала, что тебя так испугало? – медовым голосом произнесла Медея.

– Это ты такое натворила? Прекрати трясти Крит, у нас весь дворец развалился.

– Я? Ты слишком хорошо обо мне думаешь. Нет, мне такое не под силу. Это ОН. Он нашел выход из-под земли. Нашел. Совсем скоро исчезнет все – ваши дворцы, ваши храмы, ваши святилища, ваши боги и вы сами!

– Медея! – закричала Гекала, но больше уже ничего не смогла, потому что сверху на нее повалились камни потолка. Медея притворно вздохнула:

– Во что бывает, если не удрать вовремя, я ее еще вчера предупреждала, но Гекале хотелось сначала увезти золото. Погибнуть из-за золота, имея такую власть в руках! Эти минойцы не умней ахейцев.

Мед поспешил покинуть комнату матери, ему было жутко от понимания, что эти женщины так легко губят человеческие жизни только в угоду своей корысти и из чувства мести. Что там Медея говорила об освобождении кого-то из-под земли?

Нет, лучше не думать. Сын передернул плечами и отправился на охоту. Дела далеких ахейцев, не пожелавших признать его своим царем, Меда не волновали.

Волны захлестывали корабль, все девушки вычерпывали воду, только мелькали их руки с черпаками, но с трудом справлялись с ее количеством на дне. Тезей невольно порадовался, что у них крепчайший царский корабль, любой другой давно превратился бы в щепки либо был захлестнут волнами.

– Посейдон, отец, помоги!

Но богу не до людей, там, внизу, происходило что-то страшное. Море вздымалось такими огромными волнами, что царский корабль бросало, словно ореховую скорлупку, грести бесполезно, и Тезей приказал поднять весла и немного отдохнуть, неизвестно, что впереди.

Беглецы без сил повалились прямо в воду, покрывавшую дно. Перибея возмутилась:

– Ну-ка, берите что-то в руки и вычерпывайте воду, если уж не гребете!

Девушка права, корабль вполне мог пойти ко дну просто из-за попавшей в него воды. За работу взялись все, лишь Тезей оставался на месте кормчего да Идас метался от носа к корме и обратно, рискуя попросту свернуть шею на мокрых досках.

Их развернуло и тащило кормой вперед, бороться с таким положением оказалось бесполезно, Тезей вытащил насколько возможно одно рулевое весло, чтобы не лишиться его из-за громадных волн, потому что справиться с двумя не хватало сил. Корабль пронесло между Иосом и Сикиносом, теперь впереди были Парос и Наксос, когда раздался такой грохот, что люди невольно побросали свои плошки и закрыли уши руками. Тезей не успел бросить рулевое весло, с помощью которого отчаянно пытался держать корабль носом поперек волн, когда увидел, что Идас в ужасе показывает ему назад, в сторону Тиры.