Галактическая империя - Айзек Азимов

– Учтите, – заговорил сидящий рядом с ним Хенрик с Родии, – что моя дочь – совсем молоденькая девушка. Она была вовлечена во все это помимо ее воли. Артемида, дитя мое, скажи им, что…

– Твоя дочь, – прервал его Аратап, – будет, несомненно, освобождена. Как мне известно, ее руки просит тиранийский придворный. Я не забыл этого.

– Я выйду за него замуж, – вмешалась Артемида, – если вы освободите остальных.

Байрон полупривстал, но Аратап жестом усадил его на место. Тиранийский Представитель усмехнулся:

– Моя милая леди! Не требуйте от меня невозможного. Я не Хан, а всего лишь один из его слуг. У меня есть только одно право – судить его по справедливости. Так что же вы предлагаете?

– Мое согласие на замужество.

– А оно никому не нужно. Ваш отец уже дал его за вас. Вы можете предложить что-нибудь еще?

Аратап ожидал взрыва негодования. Ему в глубине души была неприятна его роль. Девушка могла также разразиться слезами, что произвело бы соответствующее впечатление на молодого человека. Ведь они явно влюблены друг в друга. Он определил для себя, что девушка очень привлекательна. Жаль, что она достанется этому старцу, Похангу.

Но она вела себя странно. Она, казалось, не собиралась падать без чувств. Отлично, подумал Аратап. У нее сильная воля. Поханг еще хлебнет с ней горя.

Он обратился к Хенрику:

– Ты просишь о снисхождении также для твоего кузена?

Губы Хенрика беззвучно шевелились.

Джилберт воскликнул:

– Я не нуждаюсь ни в каком снисхождении! Я не хочу от Тирании ничего. Прикажите убить меня.

– К чему эта истерика? – удивился Аратап. – Вы отлично знаете, что я не могу расстрелять вас без суда.

– Он мой кузен, – прошептал Хенрик.

– Это тоже будет учтено. Но не следует рассчитывать на то, что ваша служба Хану влечет за собой дополнительные поблажки. Думаю, ваш родственник скоро усвоит этот урок.

Он был удовлетворен реакцией Джилберта. Этот балбес, по-видимому, и в самом деле ищет смерти. Самое страшное наказание для него – оставить его в живых.

Перейдя к Ризетту, Аратап задумался. Это был один из людей Автарха. В связи с этим он обладал некоторой неприкосновенностью. Он сказал:

– Вы – глупец, который служит предателю. Лучше перейдите на службу к нам.

Ризетт фыркнул.

Аратап продолжил:

– Если вы дорожите своей воинской честью, вы можете потерять ее. Вас будут судить публично, и все узнают, что вы глупец из глупцов. Жаль…

– Но я думаю, мы могли бы поторговаться, – сказал Ризетт.

– Поторговаться?

– У вас есть только массометр. Разве вам не хочется иметь другое современное оборудование?

Аратап отрицательно покачал головой.

– Нет. Для этого у нас есть Автарх. Он и послужит источником информации. Такая торговля меня не интересует.

И он повернулся к юноше. Аратап оставил его на закуску, потому что тот был гораздо умнее остальных. Но он был молод, а молодые люди чаще всего не опасны.

Байрон решил опередить его.

– Как вам удалось найти нас? Он работал на вас?

– Автарх? Не в том смысле, в котором ты думаешь. Думаю, бедняга пытался играть за две команды сразу и проиграл.

Хенрик с глуповатой улыбкой вмешался в их разговор:

– У тиранийцев есть изобретение, позволяющее следить за кораблями в гиперпространстве.

Аратап быстро обернулся:

– Если вы, мой господин, скажете еще хоть одно слово об изобретении, я разгневаюсь.

Хенрик умолк.

На самом деле это не имело значения. Никто из этой четверки не представлял теперь опасности, но он не должен был допустить, чтобы молодой человек узнал слишком многое.

– Итак, обратимся к фактам, – снова заговорил Байрон. – Почему нас не отправили на Тиранию вместе с остальными? Это произошло потому, что вы еще не решили, как лучше нас убить. Двое из нас Хенриады, я – Вайдемос. Ризетт – хорошо известный офицер линганийской гвардии. Есть еще и пятый, которого вы назвали предателем, – Автарх Линганы. Вы не можете убить ни одного из нас, чтобы это не стало известно всей Галактике. Поэтому вы пытаетесь торговаться с нами – и вам ничего другого не остается.

– Ты не так уж не прав, – согласился Аратап. – И в подтверждение этого я последую твоим советам; неважно, каким образом. Пока же меня занимает только один вопрос: где этот чертов мятежный мир?

Воцарилась тишина. Аратап поочередно смотрел на каждого из них.

– Здесь нет никакого мятежного мира, – сказал Байрон.

– И вы ничего не искали здесь?

– И мы ничего не искали.

– Твои слова смешны.

– Смешон ты, если ожидаешь ответа на свой вопрос.

– Очевидно, – Аратап рассуждал вслух, – что мятежный мир находится в центре октопуса. Чтобы найти его, я должен оставить вас в живых. Каждому из вас есть что терять. Моя леди, я могу избавить вас от ненавистного замужества. Мой господин Джилберт, мы можем создать для вас лабораторию, где вас никто не побеспокоит. Да-да, нам известно о вас больше, чем вы думаете. Полковник Ризетт, вы будете спасены от трибунала и сохраните таким образом свое доброе имя. Ты же, Байрон Фаррилл, вновь станешь Господином Вайдемоса, и мы простим тебе прегрешения твоего отца.

– И вернете его к жизни?

– И восстановим его честь.

– Его честь, – сказал Байрон, – осталась в его поступках и его гибели. Не в вашей власти разрушать или восстанавливать ее.

– Кто-нибудь из вас четверых, – Аратап будто не слышал юношу, – скажет мне, где искать мир. И этот человек получит то, что я ему пообещал. С остальными же произойдет то, что они считают для себя наихудшим, – замужество, заключение, суд, казнь. Предупреждаю: я могу, если нужно, быть весьма жестоким.

Он выждал мгновение.

– Итак, кто же? Если не скажете вы, скажет кто-то другой. Тогда вы потеряете всякие шансы, а я все-таки получу нужную мне информацию.

– Это не поможет, – улыбнулся Байрон. – Мятежного мира нет.

– Автарх считает, что есть.

– Тогда и задайте свой вопрос Автарху.

Аратап выпрямился. Молодой человек явно блефует.

– Видишь, – добавил Байрон, – наш торг не удался. Ты не можешь предложить ничего из того, что мы купили бы. Верно?

Артемида крепко прижалась к нему. Ризетт коротко кивнул, а Джилберт пробормотал:

– Верно.

– Вы сами сделали свой выбор, – процедил Аратап, нажимая кнопку.

Теперь перед ним предстал Автарх.