Над Канадой небо синее - Комбат Найтов

Он пока не в курсе, где находится орденов Ленина и Октябрьской Революции Краснознаменный город-герой Санкт-Петербург Ленинградской области, в котором он родился. Ему еще рановато знать все подробности. Он – дитя собственного времени. Эту часть истории Земли он узнает чуть позже. А пока растет, учится, стоит ходовые вахты, постигает тяжелый труд матроса. Все остальное будет позже.

Место выбрано не случайно: именно здесь состоялась знаменитая австралийская золотая лихорадка, а так как банкнот пока никто не выпускает, то золото требуется во все возрастающем объеме. Поэтому и были предприняты попытки сразу захватить золотоносные места, как в Южной Африке, так и в Австралии. Пока этими землями никто не интересуется. После голландской войны и войны с пиратами остальные страны строят только каботажный флот, все трансконтинентальные перевозки взял на себя Выборг. Единственной страной, которая не остановила строительство флота, была Испания, но и здесь чувствовалось, что предпочтение отдается не океанским, а каботажным судам. Рост тоннажа резко замедлился. Этому способствовала и Фронда во Франции. Еще восемь лет она будет терроризировать короля и Мазарини и в конце концов победит. Последние несколько лет до своей смерти Мазарини станет «серым кардиналом» короля. А после смерти на него свалят всех собак за неудачи. Впрочем, население Луизианы стабильно растет, в основном за счет рабов. Белые не спешат переселяться сюда, хотя некоторые богатые фамилии и подумывают о возможной эмиграции в более спокойные места.

В Англии кризис, в первую очередь политический. После казни короля Карла I его двадцатилетний сын, тоже Карл, прибыл тайно в Шотландию и был коронован, но на следующий год в Шотландию вторгся лорд-хранитель Оливер Кромвель, который разгромил спешно собранную армию короля, и тот – бежал. Скрывался вначале в самой Англии, и за его поимку была назначена огромная сумма. Затем пришлось бежать дальше, к родственникам во Францию. Роялисты делали ставку на сбежавшего из Голландии Фредерика-Генриха герцога Оранского-Нассау, но он умер, а вслед за ним умер и его сын Вильгельм. После его смерти родился наследник голландской и английской короны еще один Вильгельм, но ему пока только два года. Он с матерью, старшей дочерью казненного короля Карла Первого, преспокойнейшим образом проживал в своих родовых имениях. В отличие от Стюартов, отца которых казнили англикане, католические родственники их спасли, поэтому верование вероятных королей больше склонялась к католицизму, а старшая дочь Карла Первого исповедовала кальвинизм. Именно поэтому лорд-хранитель сделал ставку на нее и ее мужа. Но муж неожиданно заболел и умер.

Кроме Карла в запасе у роялистов был более молодой Яков. Оба претендента жили во Франции и неплохо проводили время, занимаясь местными красотками. Правда, Карл все-таки уделял некоторое время и кое-какие финансы на «реставрацию». Младший брат, герцог Йоркский, слыл ловеласом и участия в заговорах не принимал. Он второй в очереди, за ним стояла их старшая сестра. Но в отличие от братьев, она жила в Англии. Кромвель же испытывал серьезнейшие трудности с финансами. Деньги, отнятые у роялистов, были вложены в строительство флота и в новую Ост-Индскую компанию. Благодаря проискам Испании и Выборга, эти деньги канули в Лету, или, как говорили роялисты, были выброшены в океан. Спрос на английские ткани упал до самой низкой отметки, все кругом завалено выборгскими, которые и дешевле, и качественнее сделаны. Испанцы перекрыли свои порты в ответ на Навигационный акт и перестали поставлять ртуть, столь необходимую для производства фетра. Колонии в Америке практически вымерли, и поставки шкурок оттуда упали практически до нуля. И последний штрих: весной 1652 года, войдя в Сент-Джонс-Харбор, сезонные рыбаки узнали, что вернулись французы и индейцы микмаки. Зимой, пока становища и городки пустовали – все поселения на острове были сезонными, – при поддержке ледокола «ЛК-1» русского военно-морского флота был высажен десант, состоящий из французов-акадцев и индейцев племени Unama’kik, которое владело островом до прихода сюда европейцев. Так как существовал уже договор, где племя признавалось владельцем этих мест, то опираясь на стволы русских орудий, вождь племени – с рваным ухом и с огромным варбоннетом из перьев белохвостого орлана, показывающего, что он находится в состоянии войны – заявил, что отныне ловить рыбу можно, не приближаясь ближе двухсот миль к берегу суверенного Ньюфаундленда. Если ловить ближе – плати за патент и отдавай треть улова. Условия такие же, как на Нововыборгских островах. А рядышком ненавязчиво покачивались катера береговой охраны под зеленым флагом Выборга в левом верхнем углу.

Кто-то развернулся и ушел к берегам Исландии, кто-то заплатил и начал промысел, но цена на рыбу в Англии тоже подскочила. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения народа. Кромвель был растерзан толпой, и вместо него во дворец на руках внесли Марию-Генриетту, но коронация не состоялась: короли Испании, Португалии и Франции заявили, что при живых принцах крови они никогда не признают Марию. Папа Иннокентий Х заявил то же самое, а решительных людей в стенах Вестминстерского аббатства не нашлось. Из Франции прибыл Карл, король Шотландии, и был коронован как Карл II. Он же объявил, что протестантизм привел страну в упадок, поэтому объявил Билль о равенстве религий, пытаясь таким образом разрешить сложившуюся ситуацию.

Для меня же настали лихие денечки, так как начали организовывать компанию «Дикая степь». Реально южные и восточные пределы европейской части частенько посещал страшный зверь, носивший в наших сказках имя Змей Горыныч. На самом деле их было два: засуха и мокропогодица. Каждый из этих Змеев Горынычей мог унести сотни тысяч человек. По-научному это называется зоной рискованного земледелия. Мне пока везло, и голодухи, как принято называть это явление на Руси, еще не было. Но готовиться к нему нужно. Во-первых, необходимы надежные и охраняемые зернохранилища, какие были только в Выборгском княжестве, а во-вторых, требуются резервные источники воды в южных широтах. И еще очень важные вещи для тех же югов – лесополосы и снегозадерживающие мероприятия. Вот для того, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, и была учреждена эта компания. Называлась она Институт мелиорации и рыбного хозяйства, но в просторечье быстро переименовали по месту работы: «Дикая степь». У нее было два филиала: Донской и Волжский. Крым пока не трогали, не поднять, пусть будет в резерве.

Начались изыскания и строительство малых каналов и системы прудов-накопителей. В них сразу поселяли рыбу, в основном сазана, немного окуня и щуки. В проходные пруды с достаточно быстрой сменой воды запускали сибирского осетра и стерлядь, в основном последнюю. С осетром уж больно много возни.

Для решения проблемы водоснабжения левобережной приволжской степи было решено направить туда военных топографов для получения рельефных и обычных карт местности. Без них задача была нерешаемой.

Одновременно с этим начали производить железобетонные трубы большого диаметра, которые могли вставляться друг в друга и создавать закрытый водовод. Они требовались для создания отводных каналов будущих электростанций и водохранилищ, с тем чтобы не затрагивать основное русло Волги, Камы, Дона и Оки. Топографы искали места, где можно расположить такие каналы и водохранилища. Затем к ним проектировался водоканал, и начиналось его строительство с использованием роторных экскаваторов и бульдозеров. Из местных материалов насыпалась подушка, на которую укладывали трубу. Строили с расчетом на самотек. Там, где это было возможно, обходились без труб, проводя обычные каналы. Это, конечно, более дорогое решение, чем просто перегородить реку, затопить леса, поля – все это начнет гнить, заболачиваться, прерывать ход рыбы на нерестилища. Но нам спешить некуда, требуется убить двух зайцев, а для этого нужны терпение и точный расчет. Поэтому приходилось много времени уделять проекту преобразования природы. В результате мы должны были получить поливное земледелие в районах, подвергающихся засухам, и осушить, до известного предела, те места, где можно добывать столь необходимый для нас торф, из которого вырабатывается топливо для всей промышленности.