Пешка в большой игре - Владимир Сухинин

— Посадку разрешаю.

— «Заслон-один»! Уничтожить оставшийся штурмбот. «Заслон-два» — уничтожить остальные два десантных бота.

— Приказ принят, шкипер!

Фрегаты совершили маневр разворота и устремились на сближение с корабликами десантников.

— «Заслон-один»! Приказ базы — захват штурмбота и пленных.

— Шкипер, понял вас, произвожу захват корабля.

Точным огнем фрегат подавил орудия бота и повредил двигатели, подцепил его магнитным захватом и стал тащить в трюм поврежденный корабль десантников.

— Сэр! Двигатели повреждены, орудия уничтожены, нас тащат в трюм, — доложил пилот десантного бота лейтенанту, оставшемуся на борту. — Какие будут приказы?

Лейтенант отстегнул гермошлем и бросил его на кресло.

— Пол! Мы поклялись не посрамить. — Он посмотрел на пилота. — Взорвем реактор.

Пилот улыбнулся:

— Есть, сэр! Я увеличу мощность реактора до максимума и сниму защиту. Прикрепите «присоску» к задней стенке.

Лейтенант пожал ему руку, потом не выдержал и обнял:

— Не посрамим, брат!

— Уйдем с честью! — ответил пилот.

— Кэп, «птичка» в трюме, — оповестил старший помощник капитана фрегата.

— Вскрывайте и действуйте станерами, нам нужны живые, а не куски мяса, как умеют действовать твои живодеры.

— Понял, приступаем.

— Шкипер, бот захвачен, приступаю к вскрытию. «Заслон-один».

Капитан грузового корабля облегченно вздохнул. Уничтожить два крейсера было легко, а вот справиться с «десантурой» оказалось непросто. Что они придумали, что смогли уничтожить пять из восьми новейших штурмовиков? Он рассеянно смотрел на дисплей, на котором отмечались маркеры кораблей. Два бота, увеличив скорость, уходят, и скоро их будет не догнать. Но тут экран покрылся рябью, и, когда она прошла, он услышал удивленный голос дежурного на мостике:

— Шкипер, «Заслон-один» уничтожен!

Два штурмбота продолжали полет на пределе своей скорости, сильные перегрузки вдавили тела десантников в спинки кресел, но все равно они не успевали к точке перехода. Им не хватало пары минут, и командир роты «Бета» это очень хорошо понимал.

— Внимание личному составу, — проговорил он по связи. — Бойцы, мы не успеваем войти на транспортах на предпоследний слой этой гребаной планеты. «Бета», слушай мой приказ! Всем катапультироваться через тридцать секунд. Саперам прихватить с собой универсальные дроны. Отсчет пошел! Пять, четыре, три, два, один. Пуск!

Мгновенно открылись люки над головами сидящих, и десантники вместе с креслами были вышвырнуты в космос. Штурмоботы увеличили скорость и устремились на автопилотах в разные стороны. Им вслед летели четыре ракеты, пущенные с фрегата. Через пятнадцать секунд они догнали их и уничтожили.

— Командиры взводов, доложить о потерях и наличии личного состава, — прозвучал по связи приказ ротного.

— Первый взвод, трое сотых, в строю восемнадцать бойцов, один дрон.

— Второй взвод, один сотый и два дрона, в строю двадцать бойцов.

— Третий взвод, потерь нет, в строю двадцать один боец и два дрона.

— Доклад принял, ввожу координаты точки перехода, спуск на планету будем осуществлять по чрезвычайному режиму.

Прокс вторые сутки сидел недалеко от базы валорцев. Он передал сообщение эскадре после ее входа в систему и установил маяки, обозначая местонахождение базы. Но время шло, день сменился ночью, ночь — днем, а все оставалось тихо по-прежнему. Он отправил кодированный сигнал и не получил ответа. Подождал еще пару часов и понял: случился форс-мажор. Или эскадра ушла, столкнувшись с сильным противником, или ее уничтожили, что маловероятно. Но как бы то ни было, ее в системе нет. Он перевел маяки в пассивный режим и вернулся в замок князя Цу Кенброка.

— Твои воины прибыли, иномирянин? — Князь сознательно не называл его по имени, показывая, что продолжает держать Алеша на расстоянии, не доверяя ему.

— Нет, властитель. Что-то произошло, и они не смогли пробиться на планету.

Прокс понимал, какие мысли обуревают Цу Кенброка, — тот решал, на кого сделать ставку. Если победят валорцы, он будет сотрудничать с ними, если ССО — то с ними. Сейчас Прокс показал свою слабость, а князья тьмы слабости не прощают.

Рядом с князем стояла Листи, а в зале несли службу его бойцы.

Князь покачал головой:

— Я не буду тебя убивать, иномирянин, по просьбе своей невесты. — Он по-хозяйски обнял девушку и привлек ее к себе. — Уходи, но больше тут не появляйся, это мое последнее слово.

Прокс, не отвечая, развернулся и вышел из зала. Все его усилия и старания были напрасны. Он проник на нижний слой, но не смог закрепиться и вот был изгнан одним из князей. Как он не любил начинать все сначала. Он вздохнул. Встряхнул головой, отгоняя страхи и сомнения, и решительно направился на постоялый двор. Там царила предотъездная суета, бегали дети, Жаркоб собирал караван для возврата в Брисвиль.

— Жаркоб, возьми меня с собой, — обратился Алеш к демону.

Тот внимательно посмотрел на него и согласно кивнул головой.

— Я сейчас буду отправлять детей. Первым пойдешь ты и на месте будешь их принимать. Готов? — спросил он.

— Готов, Жаркоб.

Демон достал камень с фиолетовыми прожилками и открыл портал.

— Пошел, — скомандовал он.

Алеш шагнул в открытое жерло портала, и за ним окно схлопнулось. Он огляделся. Это был не Брисвиль!

Нейтральный мир. Город Брисвиль

— Госпожа! — обратился Хромец к женщине, сидящей на дорогом ковре. У ее ног примостился огромный тверд. — Там двое хуманов пришли. Хотят с вами поговорить. — Он недавно перестал попрошайничать у портальной площади и стал личным слугой и помощником Ведьмы.

— Кто такие, по каким вопросам? — Женщина всегда заставляла Хромца выспрашивать приходящих, перед тем как встретиться с просителями. А их после уничтожения верхушки гильдии работорговцев неожиданно появилось много. И воры, и братство предлагали ей сотрудничество и помощь, но она только усмехалась.

— Я сама по себе, вы сами по себе, — говорила он ходокам.

— Госпожа, они сказали, что говорить будут только с тобой, — пожал плечами помощник. Он не привык еще к своей должности и продолжал держаться зашуганно, опасаясь, что его побьют.

— Тогда гони их прочь. — Женщина потеряла к разговору всякий интерес.

— Они вот послание передали, — протянул он свернутый листок.

Шверд понюхал бумагу и равнодушно опустил морду. Она взяла послание и стала читать. По мере чтения ее лицо принимало задумчивое выражение.