Задача выжить - Михаил Атаманов

– Раз, раз! Говорит полковник Стрешов. Виктор, я знаю, что ты внутри. Здание окружено, сопротивление бесполезно. Выходи с поднятыми руками и без оружия. Слово офицера, что в этом случае тебя не застрелят, а будет справедливый суд. Остальные тоже пусть выходят следом за тобой, гарантирую им жизнь. Даю одну минуту на размышление, после чего в живых никого оставлять не будем. Время пошло!

Виктор посмотрел на смертельно испуганных девушек у себя за спиной и прижал палец к губам. Тихо!

Через минуту полковник махнул рукой, и в книжный магазин вломился спецназ. Ещё через пару минут один из военных, очень крупный и накачанный мужик, вышел наружу и подошёл к Стрешову:

– Пусто, командир. В здании никого нет. Следов пребывания людей тоже не видно.

– Не люблю, когда меня обманывают… – тихо проговорил куда-то в сторону полковник, но его подчинённый всё понял.

Вскрик старика оборвала короткая автоматная очередь. Полковник отдал команду грузиться в машину. Пока солдаты загружались, офицер переговаривался со своим убившим старика помощником.

– Без толку всё это. Если парень не дурак, то уже давно ушёл из города, – засомневался громила.

– Не ушёл. Он будет ждать в городе до сегодняшнего заката, это сестре рассказали новые монашки, которых этот самый Виктор вчера и привёл. Только вот моя Настасья не смогла выяснить, где именно этот парень укрывается. Город большой, весь не проверить. Эх, поймать бы эту тварь, пока он с нашей территории не ушёл! – мечтательно проговорил полковник.

– Да, я слышал, что «красноармейские» обещали новый БМД с полным боекомплектом за голову этого мерзавца. Нам бы как раз эта машинка очень пригодилась, чтобы чуток прищучить «зубачёвских».

– Главное, чтобы этот загадочный Виктор не ушёл от нас на север к этим самым «зубачёвским». Если у них к едва ползающему танку и шести стареньким БТР добавится ещё и вполне исправная БМД, то нам совсем худо придётся – нас просто выдавят из Сергиева Посада и Хотьково. Так что поставь пару десятков ребят в цепочку секретов перед линией разделения города и прикажи стрелять во всё, что движется. От нас даже мышь не должна просочиться к «зубачёвским»!

* * *

После того как «хотьковские» уехали обратно в сторону торгового центра, Виктор ещё долго не мог решиться выйти из помещения на улицу. Каким-то чудом он всё ещё оставался на свободе, не попав в лапы ни одной из враждующих группировок Сергиева Посада. Иванова Лена сходила на улицу и принесла с трупа старика распечатанный лист бумаги. На чёрно-белом рисунке несколько схематично была изображена физиономия коротко стриженного мужчины с тёмными волосами. Текст ниже рисунка гласил:

«ВНИМАНИЕ – РОЗЫСК! Граждане Сергиева Посада и Хотьково! Будьте бдительны – на нашей территории замечен опасный преступник, разыскиваемый за убийства и мародёрство. Называет себя Виктор, фамилию скрывает. На вид 20–25 лет, рост 180–185 см, крепкого телосложения. Волосы тёмные короткие. Был одет в жёлто-зелёный камуфляжный костюм и высокие армейские ботинки. Предположительно возглавляет банду из 8–10 человек, в составе которой замечены несовершеннолетние, сбежавшие из интерната для трудных подростков. Вооружен и опасен. При обнаружении указанного преступника немедленно позвонить по одному из указанных ниже телефонов. Вознаграждение гарантируется».

Виктор дал остальным прочесть объявление и посмотрел на реакцию девушек. Они молчали, потрясенные. Парень грустно проговорил:

– Теперь нас объявили бандой, а за мою голову назначили награду.

– Но ведь это несправедливо! – возмущенно воскликнула Лена Старостина.

– Несправедливо. Но теперь оставаться в Хотьково нам крайне опасно. Любой местный житель может выдать нас из страха или ради получения награды. Я обещал вашим одноклассницам, что буду их ждать до вечера следующего дня. Сейчас уже пять часов вечера. Ждать больше нельзя – если бы кто-то из ваших подруг хотел к нам присоединиться, они бы это уже сделали. Поэтому я предлагаю зайти за Ромкой и уходить из города, пока ещё не совсем стемнело. Если кто-то из вас передумал и хочет вернуться обратно в монастырь, говорите прямо сейчас, потом будет поздно.

Желающих покинуть группу и вернуться к монахиням не нашлось. Тогда парень повёл свой маленький отряд обратно к месту встречи. Шли предельно внимательно, так как теперь к уже привычной угрозе с неба добавилась угроза обнаружения жителями. Передвигались рывками от укрытия к укрытию, стараясь не находиться на просматриваемых с окон домов открытых пространствах и улицах.

В начале седьмого они вошли в служившее местом сбора здание. Ромка сразу же сообщил, что в их отсутствие в дом ненадолго заходили посторонние – какие-то люди в армейской форме. Мальчишка заметил их ещё издалека – эти подозрительные люди шли по улице и проверяли каждый дом. Ромка залез на чердак и спрятался среди обгорелых стропил. Трое незнакомцев подошли к дому и остановились. Их заинтересовали скатерти на окнах одной из квартир, поэтому солдаты приготовили автоматы и осторожно прошлись по дому, заглядывая во все комнаты.

– Пусто, – резюмировал один из солдат. – Здесь уже никто не живёт, идём дальше.

К счастью, они не стали рыться в квартире и не заметили сложенных в углу за шкафом палаток и заготовленных бутылок с водой. Через минуту эти вооруженные люди уже ушли проверять следующий дом. Так и осталось непонятным, искали ли они конкретно группу Виктора или просто делали обход подконтрольной территории.

Парень сказал Ромке, что они сразу же после небольшого ужина выйдут из города и постараются уйти максимально далеко до наступления темноты. Перед дальней дорогой всем следовало подкрепиться. Но принесённая сегодня еда требовала приготовления на огне, а разводить костёр сейчас было крайне неразумно – дым сразу же будет обнаружен и вызовет нездоровый интерес. Поэтому девушки просто почистили сырую морковь и подогрели на бездымном сухом спирте пару банок с тушёнкой и по кружке какао.

Короткий ужин заканчивался. Наступила пора покидать ненадежное убежище, откладывать дальше отход было опасно. Виктор попросил мальца выглянуть в окно и разведать обстановку на небе и на улице. Ромка приоткрыл разрез в простыне и вдруг крикнул, что со стороны монастыря к ним бежит какая-то девушка в белом. Виктор подошёл к окну, настроил бинокль и радостно воскликнул:

– Это Кристина! Бежит к нам босиком и в одной лишь ночной рубашке. Галя, выйди к ней навстречу и проводи в дом.

Кристина пришла вся красная и запыхавшаяся от быстрого бега. Она очень обрадовалась, увидев своих сбежавших из монастыря подруг живыми и здоровыми. После приветствий девушка попросила чего-нибудь попить. Ей тут же дали воды и кружку горячего какао. Кристина чуть отдышалась и принялась рассказывать.

По её словам выходило, что после ночного бегства сразу семи послушниц в монастыре ужесточили надзор за оставшимися девушками. Ещё вчера во время ужина Лиза успела переговорить с Кристиной и сообщила ей место встречи и крайний срок, до которого их будут ждать. После чего девушек расселили по разным комнатам, и с Лизой пообщаться больше не удалось. А с самого раннего утра послушницам запретили выходить из комнат и в наказание за имевший место побег всех поголовно лишили еды на весь день. Настоятельница стала повторно вызывать всех новых девушек к себе и допрашивать, что им известно о побеге подруг. Кристину тоже игуменья опрашивала, но девушка упорно отвечала, что не знает ничего ни о сбежавших подругах, ни о том, куда они могли деться.