Абсолютная гарантия - Борис Иванов

– Твое счастье, горилла чертова, что мы засекли тебя, пока ты лез в дом, – зло молвил инспектор, сверля Шаленого неприязненным взглядом. – Будь по гроб жизни нам благодарен, что мы тебе, козлу, алиби обеспечили...

– За «козла» ответите, – хмуро предупредил его Шаленый. – И за «гориллу» тоже. Я законопослушный гражданин...

Инспектор не удостоил его хотя бы тени внимания. Он повернулся к грузному обладателю идиотской шляпы.

– Эти, – он мотнул подбородком куда-то назад, – мертвы уже давно, – Прозевали мы, мсье комиссар...

Мсье не ответил ничего, если не считать досадливого шевеления седыми и довольно обвислыми усами. Усы у мсье были что надо – что уж тут говорить. Те еще усы... Из-под усов на свет божий торчала коротенькая трубка – «носогрейка». Трубка сердито дымилась.

– Так все-таки документик-то верните... – уперся на своем Шишел. – Не имеете права без санкции прокурора...

– Ваш идентификатор личности, – мягко, но в то же время достаточно решительно прервал его Дорн, – вызывает сильнейшие п-подозрения в его подлинности... Вы получите расписку об изъятии... Ну, и вам п-придется дать подробнейшие объяснения вашему здесь присутствию и тому способу, которым...

– А чего тут объясняться-то? – с невозмутимой наивностью парировал этот наезд Шишел. – Чего дела рассупонивать? Дела у меня с господином НТамой... Ну, договорились вечерком собраться у подруги евонной – выпить, закусить... Заодно и обговорить разные дебеты-кредиты... Звоню – нет его... И дверь не отпирает... Ну, думаю – нечисто дело... Я и полез балконом... Благо эльмы эти под окнами во-о-он эк вымахали... Оно, конечно, нехорошо выглядит – так к другу же...

У господина Дорна, судя по иронической мине, которую скроил он, выслушивая эти «объяснения», было что возразить Шишелу.

– Ну, давайте п-придумаем что-нибудь посерьезнее, – начал он. – И делать это б-будем не здесь, а в комиссариате...

Но усатый мсье комиссар прервал его коротким и унылым взмахом руки.

– Послушайте, Дмитрий Евгеньевич, – повернулся он к Шаленому. – Кончайте вы клоуна из себя лепить. Лучше поговорим серьезно...

Он вынул трубку изо рта и повернулся к инспектору:

– С вашего позволения, я заберу задержанного. Для конфиденциальной беседы... И верните пока ему его «липу», Орест Иоганныч... Никуда он этот «вещдок» не денет. Ему и самому деваться по таким делам некуда...

Эти слова повергли душу инспектора в смятенное состояние, которое отозвалось непроизвольным подергиванием кончика мясистого носа и парой нечленораздельных междометий, предшествовавших окончательному вердикту.

Вердикт этот дался инспектору, по всему судя, нелегко.

– Под вашу ответственность, мсье комиссар...

Он разрешающе кивнул Дорну, и тот молча протянул Шишелу его идентификатор.

Шишел, не говоря худого слова, забрал карточку и повернулся уж было совершенно машинально к выходу на балкон, но мсье ласково попридержал его за локоть.

– Давайте уж спустимся в лифте, господин Шаленый, – добродушно предложил он. – Как все люди... А то мне, в моем возрасте, не с руки лазать вслед за вами по веткам. Вверх еще куда ни шло. Но вниз очень уж неудобно. Приходится смотреть на землю, а я, знаете, временами боюсь высоты...

В кабинке лифта мсье, тяжело вздохнув, предъявил Шишелу красивый жетон с золотым гербом.

– Комиссар Роше, – представился он. – Жан Роше. По-тшния Объединенных Республик системы Прерия – ... Совместная операция с органами Террановы...

* * *

Всеобщий сбор Градов, как это было у него заведено, объявил за полночь. И, разумеется, как тоже было заведено, сбор происходил в не самом удобном для проведения совещаний месте – в бильярдной, размещенной по прихоти шефа во втором, подземном, этаже его главного городского дома. Заведено было также и то, что все приглашенные смиренно занимали свои места на скамьях и стульях вдоль довольно унылых стен бункера. Сам же шеф раздумчиво расхаживал вокруг бильярдного стола и высказывал свое мнение по разным, как правило, весьма неприятным для его безмолвной аудитории проблемам. Приглашены (это слово, применительно к вызову пред светлы очи Вась-Вася, звучало весьма иронически) для разговора сегодня были только четверо – но зато четверо самых посвященных.

– Кто-то из вас, ребята... – начал большой шеф, задумчиво подкидывая на ладони тяжелый бильярдный шар, – Кто-то из вас уверял меня, что та история, в которую нас втравил покойный Копперхед, это уже дело прошлого и стоит забыть наши делишки с ним и с «Абсолютной гарантией». И знаете, по-моему, это был ты, Любимчик...

Выбрав на зеленом сукне стола какую-то заветную точку, он поместил на нее занимавший его внимание шар и, подумав, неторопливо взялся за второй.

Любимчик – в миру Морис Меликов, коммерческий директор полудюжины фиктивных и полуфиктивных отмывочных контор – кличку свою подцепил где-то явно по недоразумению. Трудно было представить, что эта самодовольная и основательно раскормленная туша могла внушить кому-либо не то чтобы любовь, но хотя бы элементарную симпатию.

Сейчас, впрочем, самоуверенности в ней поубавилось.

– Вы хотите сказать? – с беспокойством привстал он со своего места.

– А ты, ты сам ничего не хочешь нам рассказать?

Казалось, Вась-Вась не был занят ничем другим, как поиском места для второго и третьего шаров на зеленом поле бильярдного стола. Любимчик промокнул платком покрывшийся испариной лоб.

– Шеф, вы сами предупреждали нас, что шею свернете тому, кто попробует возобновить эти игры... Я лично своей шеей дорожу...

– Вот как? То, что я прикрыл все делишки с яйцеголовыми ребятами из «Гарантии», вовсе не означает, что я запретил присматривать за ними! И особенно за теми из них, кто запускает ручонки в наши дела на нашей территории. Город поделили я и Носарь. Все. Никаких разговоров больше быть не должно! И что же я вижу сегодня? Как снег на голову объявляются один за одним, в одночасье очень интересные ребята... Сюда – в Санта-Финиту – слетаются сразу двое моих закадычных друзей. И одному из них позарез сдался дешевый фраер Фугу, а другому – наш любимый покойничек-Копперхед.. Вам это что-нибудь говорит? Тебе, например, Фредди?

Аркадий Арестов кличку свою получил по наследству от кого-то из своих предшественников на посту штатного и особо доверенного ликвидатора. Тот был, видно, схож с любимым героем древнеамериканских триллеров. В ответ на вопрос шефа он пожал плечами с таким видом, словно речь шла всего-то о просроченном откупе держателя какого-нибудь заштатного казино.

– Я понимаю, что вы имеете в виду, шеф... И Фугу и Коппер отметились в свое время в каких-то аферах этих медиков. Но... Бывают совпадения... Еше и не такие... Фугу, шеф, работает, вообще, на любого, кто больше заплатит... Когда ему платили люди из «Гарантии», он и для них обделал пару делишек. Но те быстро поняли, с кем связались, дали пинка под зад и... Ничего удивительного в том, что теперь он чем-то насолил кому-то из твоих друзей... Из тех, кто заплатил ему за какие-то дела здесь и потерял денежки... Что до Коппера, то его уже с годик как нет на свете. Так что и говорить не о чем.