Дураки умирают последними - Александр Гуков

– И каким ветром ваз занесло в нашу глушь?

– Ну, допустим, не глушь, – выдохнул Алексей, – а занесло нас одно дело… В общем, нас интересует, кто четыре года назад двенадцатого мая поднимался в воздух на скоростном истребителе «Хоккер-12». Это должно быть отражено в ваших летных журналах…

Лицо штаб-майора потемнело и он, несколько нервно дернув плечом, поднялся и, подойдя к витражному окну, посмотрел на аэродром и негромким голосом заговорил:

– Насчет записей в журнале взлетов и посадок на двенадцатое мая четырехлетней давности… их нет, они отсутствуют по вполне объективным причинам. Я хорошо помню этот день. Тогда по невыясненным причинам произошел сильнейший пожар, в мастерских быстро перекинувшийся на арсенал, из-за чего было принято решение поднять в воздух отремонтированные самолеты, которых на тот момент насчитывалось восемь. Три из них как раз были двенадцатые «Хоккеры» с дополнительными аккумуляторами в подвесных баках.

– Насколько увеличивается дальность полета «Хоккера» с такими вот подвесными баками? – в один момент среагировал Иван, с прищуром посматривая на задумчивого особиста.

– На два часа полета, но из-за них существенно снижается скорость и по этой причине навесные баки используют лишь для перегонки самолетов, для боевых действий в воздухе они бессмысленны, – ответил штаб-майор, не поворачивая головы, и спустя несколько мгновений продолжил свой рассказ:

– Из-за угрозы подрыва арсенала пришлось в экстренном порядке заправлять самолеты и понимать их в небо, благодаря чему удалось их спасти. После ликвидации пожара все самолеты вернулись на аэродром, в том числе и «Хоккеры». Интересно, что на следующее утро один из пилотов который управлял «Хоккером», исчез. Все наши попытки найти пропавшего пилота не увенчались успехом, он исчез и через какое-то время был объявлен дезертиром. Вы, по всей вероятности, из-за этого дезертира прибыли сюда?

– Не совсем, нас интересуют все три пилота, летавшие в тот день на «Хоккерах». Нам необходимо ознакомиться со всеми материалами, которые есть в наличии на этих офицеров, начиная от книг регистрации с КПП и заканчивая личными характеристиками и даже слухами. Нас интересует все, глядишь, и найдутся косвенные зацепки… – с намеком ответил Алексей, понимая, что дело усложнилось и приобрело несколько неожиданный оборот.

– В нашем архиве мы все найдем, думаю, к утру запрашиваемые вами материалы мы соберем, по крайней мере, основную массу Сейчас идите в свой гостиничный номер и отдыхайте, а утром приходите сюда в мой кабинет, и вы ознакомитесь в моем присутствии с интересующими вас материалами.

Понимающе кивнув, Алексей поднялся, и вместе с напарником направился в гостевые апартаменты. Помывшись, они улеглись спать, а с самого раннего утра, позавтракав в буфете, направились в кабинет особиста, но его не было. Пришлось ждать его более двух часов, он появился в сопровождении нескольких человек, несущих опечатанные картонные коробки. Открыв дверь, он позволил сопровождающим войти внутрь и сложить коробки. Когда они удалились, Алексей с напарником вошли в кабинет и со всем рвением взялись за изучение предоставленных материалов.

Биографии всех троих пилотов ничем особо примечательным не отличались, обычные судьбы обычных людей, не имеющих сколько-нибудь серьезной протекции и потому служившие на окраинах империи в непрестижных подразделениях. Придраться было не к чему, но, несмотря на это, кто-то из них троих четыре года назад охотился на самолет, управляемый штаб-капитаном Фихтелем.

Отложив в строну журналы, Алексей взял в руки материалы дела касательно исчезновения лейтенанта Серго Форриса и стал скрупулезно читать запротоколированные показания. Как оказалось, после приземления его видели только дважды, первый раз возле сильно пострадавшего от огня ангара и на КПП, через которое он вышел, направляясь себе домой. На следующее утро, когда лейтенант не явился на службу, отправленный посыльный его не застал. Дальнейшее расследование показало, что в доме, который арендовал офицер, ничего из его личных вещей не пропало, все оставалось на своих местах.

– С этим исчезновением лейтенанта не все чисто, – тяжело вздохнув, проговорил Алексей, – совсем-совсем нечисто…

– Быть может, этот тот самый пилот и есть? – в задумчивости поинтересовался Иван, продолжая читать какой-то журнал.

– Может, и он, но далеко не факт, – спустя минуту отозвался Алексей и взялся за просмотр журналов передвижения через КПП. Внимательно пересмотрев подписи за несколько месяцев, Алексей чуть зубами не клацнул, когда сообразил, что же ему не давало покоя. Поднявшись, он пристально посмотрел на штаб-майора и негромко произнес:

– Если я ничего не путаю, то двенадцатого мая лейтенант Форрис территорию ремонтного завода не покидал. Тут или за него кто-то, выйдя, расписался или это кто-то на КПП за него роспись поставил. Каких-либо иных вариантов я не вижу.

– Этого не может быть! – неожиданно громко воскликнул штаб-капитан и чуть погодя, уже нормальным тоном заговорил:

– Я все лично проверял и перепроверял, за что ручаюсь.

– Извольте сами в журнал посмотреть за двенадцатое мая и пройтись дальше и сравнить подписи, они не идентичны. Я однозначно утверждаю, последняя подпись лейтенанта Форриса – поддельная.

Резко поднявшись, штаб-капитан взял большую лупу и, подойдя к столу, за которым находился Алексей и, взяв в руки журнал учета КПП, стал внимательно его изучать. Спустя пятнадцать минут, медленно опустив журнал, он тихо произнес:

– Да, подпись поддельная. Это моя личная ошибка. Придется сержантов, в тот день дежуривших на КПП, допросить, они как раз сейчас дежурят. Через час я буду иметь необходимую информацию.

Штаб-капитан быстро удалился. Оставшись наедине, Иван в глубокой задумчивости почесал затылок и, взглянув на своего напарника, заговорил:

– И что ты по этому поводу думаешь?

– Тут есть только два варианта: или он сбежал, или его грохнули, но в этом случае есть варианты. Возможно, подчеркиваю, возможно, этот лейтенант исполнял чей-то приказ или заказ, не столь важно, и его завалили как исполнителя, чтобы от себя подозрения отвести. В общем, надо разбираться, но думается мне, его убили где-то здесь на заводе, а вот кто за него вышел через КПП вопрос конечно интересный. Боюсь, капитан не сможет выбить из этих сержантов ничего толкового, – с некоторой грустью проворчал Алексей, прекрасно отдавая себе отчет, что капитан с сержантами церемониться не будет, тут задета его профессиональная репутация.

– Вот это меня и настораживает… – буркнул в ответ Иван, на мгновение замер и, повернувшись в сторону напарника, негромко произнес:

– Я нашел все три фотографии пилотов, и знаешь что? Они во многом друг на друга похожи, причем сильно, прямо-таки как родные братья, такое ощущение, как будто их таких специально отбирали.

– А ну-ка дай глянуть! – подскочив как ужаленный, воскликнул Алексей и, сделав несколько больших шагов, схватил три анкеты и внимательно вгляделся в фотографии троих пилотов. Иван был совершенно прав: лица, цвет волос, рост и комплекция всех троих были примерно одинаковы, и при определенной сноровке каждый из них мог сыграть кого-то другого.