Егерь Императрицы. Крым - Андрей Булычев

– Ладно, Бог с тобой, иди с поручиком! – махнул рукой Алексей. – Но учти, Василий, если я тебя с десяти шагов признаю, то по тропе пойдет другой. Вон, того же Велько лучше отправлю! – и он кивнул на смуглого стрелка с итальянским удлиненным штуцером.

– Да ему ведь совсем скоро дальний выстрел придется делать, – покачал головой главный ротный оружейник. – Не сумлевайтесь, вашвысокоблагородие, даже не узнаете меня, я мигом!

Через полчаса из караимского аула, цокая копытцами по камням, показался небольшой караван. При пяти связанных между собой ослах шли четверо сопровождающих. Ханыш уже был знаком Алексею, а вот в трех мужчинах в грязных халатах он с большим трудом узнавал своих солдат. Все они имели серые и унылые лица, которые были прикрыты сверху широкими войлочными шапками. За спинами у каждого топорщились мешки с поклажей.

Шли они вверх по тропе, тяжело пыхтя и отдуваясь. Василий среди них отличался разве что более крупной фигурой. Но и он, сгорбившись под тяжестью своего мешка, не сильно-то и выделялся из всей этой унылой процессии.

– Эй ты, оборванец, чего вы сегодня так поздно? – окрикнули со скалы следующего самым первым паренька. – Уже скоро обед, а вы еще только идете! Вот вам сейчас покажет Бейтулла!

– Простите, уважаемый! – крикнул в ответ Ханыш. – Староста приказал следить за дорогой и высматривать, не покажутся ли на ней уруссы.

– И что там, никого не видно?! – у обрыва показался еще один, третий, караульный с длинноствольным ружьем в руках.

– Вот он, этот третий! Мальчишка правду сказал! Выцеливай его, Велько, – Алексей сжал плечо своего лучшего стрелка, совмещающего мушку с целиком на своем «итальянце».

– Нет, уважаемый! Никого там не было видно, – успокоил караульных Ханыш. – Наш человек ходил вниз к самому укреплению. Он говорит, что они там даже уже и суетиться перестали. Вот Гевхер-оглу и послал нас после такой вести к вам.

– Ну, так идите скорее, чего вы застыли как истуканы! – проворчал коренастый крепыш со старинным мушкетом в руках. – У меня уже в животе от голода бурчит. Это когда теперь нам обед приготовят?!

– Все хорошо, они ничего не заподозрили, – произнес Алексей. – Ну же, теперь только лишь бы эти караульные среди камней не залегли. Вон как они хорошо все трое и у самого обрыва стоят. Просто идеальная мишень для дальнего выстрела!

С каждым шагом небольшой отряд переодетых егерей уходил все дальше вглубь вражеской территории, и сейчас ему помочь товарищи уже ничем не могли, ведь перед ними высилась белая скала с караулом на ее верхней площадке.

– Внимание, расстояние до цели – две сотни шагов, работает звено Григория. Отборные стрелки бьют без команды, сразу же после первого шума. Всем остальным приготовиться! – скомандовал Егоров.

– Двести двадцать, двести тридцать, двести сорок, – отсчитывал вслух секунды Ленька.

«Пора бы. Уже четыре минуты прошло, как они скалу прошли», – думал Алексей, сжимая в руках штуцер.

«Бам! Бам!» – в отдалении негромко хлопнули пистолетные выстрелы, и тут же грохнул залп штуцеров.

– Вперед! – выкрикнул Егоров, и егеря бросились вверх по склону.

– Проверьте там караульных! – Гусев кивнул двум егерям, и они бросились к узкой тропинке, вытесанной в скале.

А впереди уже громыхали разрывы гренад.

– Быстрее! Быстрее, братцы! – поторапливал стрелков Макарович. – Они долго там не продержатся!

«Бам!» – басовито ударил тромбон, и отряд егерей выскочил из-за поворота к террасам. Вдоль каменной дороги выстроилась двойная цепь стрелков, первая шеренга с колена, а вторая стоя ударили из ружей в снующих на верху воинов.

– Гренады давай! – крикнул Кудряшу Афанасьев. – Ременные! Быстрее, Ванька! У меня здесь уже все закончились. Я на третий ярус только две успел забросить!

Среди защитников «каменного города» царила паника. Только что у нижней террасы раздались выстрелы, а в них, выбегающих из своих вытесанных в скале жилищ, ударил вдруг град осколков. Теперь же и вовсе от дороги летели пули и сбивали каждого, кто пытался выскочить на площадку перед входом в пещеры.

– Живые?! – Алексей подбежал к Афанасьеву, оглядываясь вокруг.

Рядом лежали три тела. Чужие. Чуть дальше еще двое, а у прохода наверх их вообще было пятеро. Двое из них были вообще изуродованы роем картечи. Именно по ним как раз-то и ударил, похоже, тромбон.

– Живы, вашвысокобродие, – ответил Василий, присоединяя к ушку гренады ременную петлю. – Вон только Лазара пуля маненько задела. По плечу ему чиркнула и кожу разодрала. А так-то все живые.

– Поджигай! В сторону! – и он, крутанув, ловко закинул снаряд на самый верхний ярус.

«Бабах!» – хлопнул разрыв, и взвизгнули осколки. С верхних площадок раздавались крики и стоны.

– Проверяем сначала первый ярус! Потом второй и третий. Если внутри враг, то бросаем гренаду и только потом входим! – напомнил майор. – Осторожнее, братцы, наобум внутрь не лезем. И еще, там могут быть мирные и наш солдат! Не спешите, сначала вызнайте, кто есть внутри!

Мятежники, понеся в первые три минуты боя огромные потери, теперь засели в вырубленных в скале помещениях. На площадки они больше не лезли и только изредка постреливали наружу.

– Есть кто живой, а ну выходи! – раздались крики проверяющих первый ярус солдат. Только в одной из пещер засели мятежники. Внутри разорвалась гренада, и наружу через минуту вытащили двоих ошалелых и оглушенных воинов.

– Вашбродь сюда, сюда! – раздались крики из глубины помещения, и Алексей забежал вовнутрь.

– Отмучился паря! Макарович перекрестился, вглядываясь в распятого на противоположной стене человека. – Наш солдатик, перед нашим приходом он еще представился.

Алексей на многое уже насмотрелся, но к такому привыкнуть было трудно. Прикованный за кисти рук к стене, этот страдалец был буквально весь изрезанный. А под ним внизу, в луже крови лежали лохмотья солдатского мундира.

– Глаза выжгли, все, что только могли, срезали. Изверги! – Мартын Копылов судорожно сглотнул и, выхватив из сумки гренаду, выскочил наружу.

– Где мирные?! Мирные где! – допрашивал двух пленных Лужин. – А ну говори, а то секир башка будет!

– У них здесь как бы тюрьма и пыточная была, вашвысокбродие, – Цыган кивнул на ту пещеру, откуда только что вышел Егоров. – Чего ты сказал? – и он прислушался в лепетанье одного из пленных. – Братцы! На втором ярусе с крайней пещерой осторожнее, там все мирные закрыты! – крикнул он штурмовой группе, пробирающейся наверх.

Зачистка много времени не заняла. Рассвирепевшие егеря действовали жестко, не давая ни малейшего шанса осажденным. Сначала следовала команда выходить с поднятыми руками наружу. А потом вовнутрь летела гренада. В замкнутом помещении ее разрыв не давал никаких шансов остаться боеспособным. Как минимум это была контузия, а чаще всего смерть от рикошетов осколков.