Контакт - Александр Немченко

– Никто не ранен, если вы об этом, – произнес Кшиштоф.

– О, Вуйчик…

– Валя, Валя, ты здесь? – внезапно ворвался в эфир, перебив капитана спецназовцев, голос Леонида.

Я поморщился, но так, чтобы никто из окружающих этого не заметил. Возможно, начальник исследовательской станции Леонид Дашкевич – мужчина хороший, но сам факт того, что он – жених Вали, уже делает его в моих глазах резко отрицательным персонажем.

– Постойте, Леонид, не мешайте, – попросил Луи.

– Здесь я, здесь! И со мной все в порядке, – устало ответила Валентина.

– Слава богу, с тобой все в порядке.

– Он нас тут чуть всех не съел, когда мы вернулись без вас, – с легким смешком произнес Луи. – Ладно, к делу. Ваши компьютеры в скафандрах должны были записывать путь, по которому вы шли. Можете их переслать?

– Да, сейчас сделаю, – произнес Кшиштоф.

А я уже собирался спросить, как это делать, но, похоже, в отличие от меня, астрофизик изучил, как пользоваться даже вот такими, казалось бы, ненужными с первого взгляда функциями. Я же не мог знать, что буду отделен от основной группы и понадобится переслать ей карту, вот и не поинтересовался заранее данной функцией.

– Вы связались со своими товарищами? – поинтересовался Жаарр, подойдя ко мне.

– Да. Сейчас они поймут, где мы, и придумают, как нас вытащить отсюда.

– Алексей, с кем ты разговариваешь? – раздался голос капитана спецназовцев в общем канале.

Я глянул на Жаарра. Инопланетянин моргнул пару раз, а затем двинул головой в знак согласия.

– Я вам кое-что не сказал. Дело в том, что мы не одни. С нами инопланетянин – Жаарр, он один из офицеров корабля.

– Что?! – услышали мы в общем канале удивленные голоса не только Леонида и Луи, также Крутикова и Павла Логинова.

– Все так, как я сказал. Мы частично выяснили, что происходит на корабле. Так что нужно организовать общее собрание. Кшиштоф, ты передал им карту?

– Да.

– Отлично. Мы хоть и в безопасном месте, но оставаться здесь тоже не хочется, так что вытащите нас поскорее.

– Не беспокойся, это в наших интересах тоже. Оставайтесь на связи.

Я уселся в углу, чувствуя облегчение и легкую эйфорию. Наши мучения скоро закончатся, мы покинем этот проклятый корабль. Покинем его белые, словно сделанные из снега, коридоры – от них веет холодом и пустотой. В темных частях таятся жуткие монстры, а в других ходят опасные вооруженные инопланетяне.

Я глянул в сторону Вали. Девушка сидит, прислонившись спиной к стенке, глаза закрыты, крылья носа чуть подрагивают, когда она вдыхает. Скафандр плотно облегает ее тело, и я вижу, как ее грудь мерно поднимается при вдохе и опускается при выдохе.

Я помотал головой, отведя взгляд от девушки. Впереди, шагах в десяти, стоят Кшиштоф и Жаарр, о чем-то не спеша переговариваются.

Я настроил звуковой датчик на узкий канал, отрезав все лишние шумы, и четко услышал голос Кшиштофа:

– Конечно, возможность напрямую подключаться к компьютеру – это круто. Но сам подумай: твой мозг, постоянно полагаясь на базы данных компьютера, теряет способность запоминать массивы данных. Когда мозг использует вычислительные мощности, он быстро деградирует. Отключи тебе доступ к компьютеру, и ты не сможешь делать элементарные вычисления.

– Это справедливо, но, с другой стороны, возможность использовать компьютер и подключаться к нему напрямую резко ускоряет возможность открытий. То, что обычный ученый высчитывает часами, а то и днями, ученый со встроенным чипом высчитывает за секунды, – возразил Жаарр. – Как вы без чипа оказались способны к таким открытиям и развитию?

Кшиштоф хмыкнул, всем своим видом показывая превосходство над собеседником.

– Генная инженерия. Мы модифицировали наш мозг, сделав его более сильным. Генетически изменили нервные ткани, усилили пропускную способность нейронов, усилили их связи. Наше мышление вышло на совсем иной уровень. Наша память теперь в сто раз лучше, наши мыслительные процессы во много раз быстрее. А это в совокупности дало нам и резкий скачок в качестве мышления.

– И все же я считаю, что до пропускной способности машинного разума вам далеко. Наши ученые, подключенные к компьютерам, смогут быстрее просчитать все варианты и найти нужный. Даже с вашими мозгами просчет в уме потребует в десятки, а то и в сотни раз больше времени.

– Все так, только вот есть один нюанс. А точнее, два. Мы также используем компьютеры, правда, не такие мощные, как ваши.

– Но без прямого подключения скорость вычислений будет намного ниже: пока зададите нужные параметры, любой наш ученый уже просчитает десять разных вариантов.

– А вот тут и кроется второй нюанс. Наши ученые очень часто выбирают из десятков разных вариантов и путей наиболее правильные. Мы не занимаемся просчетами всех путей. Представь себе, что перед тобой десятки дверей, но только за одной выход из здания. Ваши ученые делают как? Начинают открывать одну дверь за другой. Да, делают они это быстро, но наши же интуитивно знают, какая из дверей нужная, и не тратят времени на проверки других.

– Разве такое возможно? – удивился инопланетянин.

– Да. Война с машинами заставила нас отказаться от продвижения в направлении усиления искусственного интеллекта, использования чипов и многого другого, связанного с микроэлектроникой. Вместо этого мы начали генетически модифицировать людей. А дальше случилось открытие псионики.

– Псионики? Что это?

– Особая сила, позволяющая заглядывать в будущее, проникать в прошлое, искривлять пространство и время.

– И вы все это умеете?

– Среди нас есть псионики, которые способны на такое, но в большинстве люди не так сильно предрасположены к использованию псионической силы. Другое дело, что все равно все живые существа в той или иной мере могут ее использовать, пусть и в скромных масштабах. Нашим предкам, не прошедшим генную модификацию, такое было почти не под силу, но современные люди, благодаря большей предрасположенности к псионике, способны интуитивно принимать верные решения и выбирать верный путь. А наиболее предрасположенные к ней становятся псиониками, проходят специальные тренировки и способны на то, о чем я говорил: это искривление пространства, мысленное путешествие во времени, предсказывание будущего, телепатия, телекинез, левитация.

Я хмыкнул. Вот оно как. А я и не знал про такое. Значит, я тоже могу, пусть и неосознанно, использовать псионику.

– Так что же это такое – псионика? – спросил Жаарр.

– Спроси у нашего псионика. Среди спецназовцев есть как раз один псионик – Кирилл Климов. Скоро вы встретитесь, и он ответит на интересующие тебя вопросы.

– Значит, он умеет предвидеть будущее? Или может заставить предметы преодолевать гравитацию? Я ведь правильно понимаю слово «левитация»? И еще он может передавать мысли на расстояние? – с явным скептицизмом спросил Жаарр.