Автономность - Аннали Ньюиц

– Еврозона? – спросил он. – Откуда? С востока?

– Он ничего мне не говорит. Оттуда, где не учат дарижу.

Ответом ему стала хитроумная усмешка.

– Ладно, друг. Какая длина и настройка тебе нужна?

Благодаря датчикам на спине Паладин увидел, что Элиаш пытается скрыть такую же усмешку.

Пока бот и торговец мышцами торговались и спорили о классах волокон, Паладин попытался извлечь из этого контакта какую-нибудь пользу.

– Здесь можно где-нибудь купить неродной биотек? – «Неродной» на местном сленге означало «пиратский». – Хозяину нужно что-нибудь дешевое для себя.

– Про неродное я ничего не знаю. – Торговец лишь на секунду оторвал взгляд от стола, на котором он аккуратно заворачивал только что купленные Паладином мышечные волокна в пропитанную маслом мембрану. – Но если нужно подешевле, тогда идите в сторону порта.

Когда Паладин рассказал Элиашу о своем провале, человек изогнул брови.

– Приятель, это не провал – ты добыл отличную инфу. Никто не скажет тебе напрямую, где купить контрабандный товар, так что это было гениально – спросить про что-нибудь подешевле. Поэтому он смог сообщить тебе все, не признавая, будто ему что-то известно.

– Об этом я не подумал.

Элиаш пожал плечами:

– Так уж устроены люди. Они верят, что их коды и эвфемизмы – это так хитроумно. Но на самом деле они мечтают рассказать тебе то, что знают. Как только ты устанавливаешь с ними доверительные отношения, люди хотят слить тебе инфу. У тебя просто талант к этому. Наверное, тебе даже легче это делать; люди же не подозревают, что робот может быть таким же пронырой, как и человек.

Паладин внимательно обдумал эти сведения. Неужели в каких-то областях агентурной разведки он лучше Элиаша?

– Раз уж ты решил блеснуть своим знанием дарижи, то, может, купишь мне обед, прежде чем мы отправимся в порт? – Элиаш указал на торговца, который разворачивал лист мяса, чтобы насадить его на вертел. У следующего киоска они добавили к жареной баранине толстую, круглую, только что испеченную лепешку, посыпанную кунжутом.

Вечер наполнил улицы тенями, и стены домов засветились. Жуя хлеб и мясо на ходу, Элиаш дружелюбно, без какой-либо цели толкал робота плечом. Он бросил кусок мяса котенку, который неслышно бежал рядом с ними, на что-то надеясь, и Паладин подумал о том, так ли ведет себя Элиаш, когда он не на задании. Пока Паладин считывал биологические параметры Элиаша с помощью датчиков на спине, он заметил, что человек напряженно смотрит на него. Паладин повернул к нему свое лицо. Целых две секунды визуальные сенсоры Паладина неотрывно смотрели в глаза Элиаша – по причине, которую Паладин не мог понять. Возможно, как сказал бы Элиаш, причина очевидна. Возможно, они просто друг другу нравятся.

Пока они шли в порт, чтобы еще потренироваться в агентурной разведке, Паладин думал о том, что это может означать.

В полночь Элиаш и Паладин прибыли по адресу, который дал им Славой. Это была лаборатория на третьем подвальном этаже башен «Твин сентер» в центре города. Когда-то здесь располагался сияющий торговый центр, который теперь превратился в настоящий улей из помещений для жилья и работы.

– Возможно, это нас никуда не приведет, – предупредил Элиаш. – Возможно, здесь просто биопанки-тусовщики. Но за Фрэнки стоит понаблюдать – ее уже арестовывали за обладание нелицензионным лабораторным оборудованием. Последишь за тем, с кем она будет общаться, приятель?

– Хорошо.

– И подружись с кем-нибудь. – Элиаш с ухмылкой пихнул его в бок, и Паладин осторожно пихнул его в ответ. Человеческие тела были хрупкими по сравнению с панцирем робота, и он еще к этому не привык.

Они покинули влажную и жаркую улицу и оказались в фойе с регулируемым климатом. Более ста лет назад это здание было жемчужиной Касабланки, символом ее богатства и западного образа жизни – в эпоху, когда бо́льшая часть Федерации кренилась под давлением эпидемий, войн и протестов. А теперь ее затмили роскошные небоскребы, стоявшие вокруг кольцевого перекрестка на площади Объединенных Наций. Ее бутики и роскошные кондоминиумы превратились в переполненные дома, где жили художники, бродяги и радикалы.

У дверей лифтов двое делились друг с другом «420». На них были черные кафтаны, расшитые огненно-красными электроволокнами, а их темные лица сверкали из-за нанесенной на них мази с блестками.

– На вечеринку? – спросил один из них, когда Элиаш нажал кнопку «вниз».

– Ага.

– Как раз успели на оргию. – Хихикая, оба замахали тонкими пальцами.

Паладин и Элиаш оказались в жарком и душном зале: его климат-контроль не справлялся с количеством тепла и пота, которое выделяла толпа. В одном углу расчистили место для танцпола, и несколько десятков людей извивались и прыгали там в свете стробоскопов. Справа водопроводные трубы и раковины лаборатории временно превратились в коктейль-бар. Человек с татуировкой «Какого хрена?» на лбу смешивал напитки и разливал их по стаканам из прозрачного пеноматериала для выстроившихся в очередь потных людей. Наверху находился лофт с зеркальными окнами и огромной вывеской «ОПАСНОСТЬ!» на двери.

На границе танцпола и бара группки людей спорили о программах или хвастались новыми модификациями и устройствами. Человека без рубашки с пушистыми крыльями, как у летучей мыши, которые росли из его лопаток, окружила компания. В ней находились Меха и Славой, слегка шатающиеся от опьянения. Человек напряг одно из крыльев, и Меха уважительно коснулась его.

Внезапно из лофта по лестнице сбежала Фрэнки. С решительным выражением лица она протиснулась сквозь толпу, подошла к «Хрену» и что-то шепнула ему на ухо. Он посмотрел на устройство у себя на запястье и кивнул. Паладин попытался подслушать их разговор, но общий уровень шума был слишком высок. Бот решил, что будет просто следить за ними с помощью датчиков на затылке, пока он и Элиаш общаются с Мехой и Славоем.

– Робот-красавчик! – завизжала Меха и обняла его за корпус. На корпусе остался след из сахаров, которые производил ее опьяневший организм. Она нацелила свои черные глаза-таблетки на Элиаша.

– Он ваш? Как его зовут?

– Почему вы думаете, что он кому-то принадлежит? – спросил Элиаш с легкой усмешкой. Он уловил настроения группы и теперь растворялся в ней, использовал свою способность к адаптации для того, чтобы быстро завоевать доверие. Кто-то дал ему стакан с сияющей оранжевой жидкостью; ее молекулярный профиль свидетельствовал о том, что в ней присутствует водка. Элиаш качал головой под ритм, который извергали из себя усилители, подвешенные к потолку. Меха рассмеялась и отправила кому-то сообщение через свою игровую систему. Паладин легко перехватил его, расшифровал и переслал Элиашу.

Для еще одного место есть? Этот парень – секси.

Вскоре с какого-то одноразового устройства, не содержавшего идентификационных сведений, пришел ответ: