Дорогами миров - Вячеслав Неклюдов

Так и возможно, что учеными этого мира был синтезирован "умный вирус", который открывал в организме местных жителей какие-то новые возможности и умения. То есть с помощью людей вирус размножался и существовал, взамен давая уникальные свойства человеческому организму.

— Да, но почему тогда человек погибает, когда местный вирус проникает в его организм, если ДНК у них общее с нами, но в наших телах он не приживается? — задал вопрос Володька.

— Возможно, существовала утерянная технология первичного внедрения его в кровеносную систему людей. Может в дальнейшем, он передавался по наследству — этого никто не знает, только предположения. Но некоторые расшифрованные исторические находки свидетельствуют о том, что местные жители могли самостоятельно открывать порталы и путешествовать в другие миры, а не использовать стационарные. Причем проходить не по спирали Фибоначчи, а сразу — куда захотят! — Возможно представители этой расы, а вернее их далекие потомки — живут во всех мирах, до бесконечности. Возможно, что каждый последующий мир — это просто чей-то дом. Вариантов тут очень много и все имеют право на существование.

Баринов, откинувшись на спинку кресла, и ковыряясь в зубах зубочисткой — продолжал:

— Хорошо, но раз людей здесь нет, а вирус существует — значит, он нашел себе другого теплокровного носителя?

— И такое возможно, но есть версия, что он перешел в режим спячки, и как только дежурные вирусы определяют человека, то он активизируется и пытается вступить с ним в симбиоз. Что для вашего неподготовленного тела — смертельно.

— А я думаю, что это военные намудрили — вынес свое мнение Серёга. Вирус вырвался и уничтожил все население.

— Подожди Сергей, — перебил его Володя — так должны были остаться какие-то останки, скелеты…

— Да за миллион лет — все они превратились в пыль! — авторитетно заявил полковник. — А вирус, ну да, возможно перешел в спячку. Вон у нас по телевизору передавали, что в Антарктиде нашли живые бактерии, которым миллионы лет…

Тут они стали спорить, предлагая каждый свою версию, но я уже позавтракал, убрал посуду и пошел замещать Степаныча.

Он сбросил скорость, остановился и мы поменялись местами.

— Давай, двигай по этой трассе, дорога шикарная, пустая я ни одной ямки не заметил — что тут за покрытие? — удивился он. — Если что подозрительное увидишь или кого-то сразу кричи нам.

За время пути, окружающий пейзаж ничуть не изменился. Солнце поднялось чуть выше, небо было без облаков, но в какой-то дымке, как будто смог висел в воздухе. Серовато-зеленая степь все также бескрайне тянулась почти от горизонта до горизонта и быстро наскучила взгляду хоть поначалу и рождала волну мыслей о величине мира, только горная гряда стала чуть ближе и контрастнее.

Разогнавшись, я и не заметил, как стрелка спидометра подошла к 160 км/час.

— Во дает! Восхищенно подумал я, а ведь педаль даже не до упора нажал. Машина летела, как приклеена к дороге. — Хорошо, что ветра почти нет, снова подумал я, а то парусность у нашего трейлера приличная, можно и с дороги слететь.

Мотор негромко урчал, из кондиционера струился прохладный воздух.

— Селена! — позвал я. — Выведи мне на динамики музыку из папки Light Jazz.

Чувственная и мелодичная подборка разных исполнителей навевала легкий релакс. Вы знаете этот стиль — в большинстве случаев его называют Smooth Jazz ("мягкий, спокойный" джаз), это одна из разновидностей стиля Lounge ("лаунж"). Да, да — та самая музыка, которую нередко можно услышать в холлах отелей, в аэропортах и дорогих супермаркетах. Я люблю ее включать, когда еду за рулем автомобиля и совершенно не понимаю других водителей, у которых от басов сабвуфера дребезжит весь кузов машина. Когда подобное "зубило" на всех парах обгоняет тебя, мне кажется, что инфразвук сейчас пробьет мою грудную клетку от бешеного давления, а сердце остановится.

Как он может держать концентрацию внимания и следить за дорогой, когда его "плющит" и он даже не слышит своего пассажира? И кстати заметил, что подобные водители более хамски ведут себя на дороге, резко перестраиваются, часто подрезают, не следят за световой индикацией… Стараюсь держаться от них подальше. Басов саба — мне хватает, когда я озвучиваю различные мероприятия. Обычно, отработав например свадьбу, мы с женой возвращаемся в полной тишине, даже радио отключаем. А ощущения после такого музыкального марафона — как будто я один разгрузил вагон с мешками цемента. Голова тяжелая, вялость и апатия. Да, я так же люблю и "забойную" музыку как наших, так и зарубежных исполнителей. И с удовольствием могу "позажигать" как за пультом, так и на танцполе, но "кайфы не смешиваю"!

Поэтому, когда едешь на дальние расстояния за рулем автомобиля — это уже несравненное удовольствие, а легкая музыка только усиливает приятные эмоции.

Проехав так в мечтах и размышлениях пару часов, заметил, что мы скоро должны будем обогнуть уже довольно высокие горы, на которых растительность сияла разноцветными пятнами. Казалось, что это бесформенные газоны, которые каждую весну у нас в городе засевают яркими цветами, но деревьев так ни одного не было видно.

— Странная растительность, — подумал я. — Одна трава и цветы, а деревьев нет. Почувствовав, что машина сбрасывает скорость, ко мне подошел Степаныч и присел на соседнее кресло:

— Подъезжаем?

— Ага. Судя по карте, дорога проходит практически через город.

— Хорошо. Как появятся строения, останавливайся на окраине. Одеваемся и на разведку.

Через пятнадцать минут из-за поворота я увидел первый в своей жизни заброшенный город. Точнее первый чужеземный заброшенный город. Да городом это назвать язык не поворачивался. Вместо привычных одно, двух или многоэтажных зданий — поселок состоял как бы из целого дворца. Легкие изящные колонны, башни и минареты, на различных уровнях торчали из самых неожиданных мест. Мне довелось как-то побывать в Самарканде, посетить там кучу исторических памятников, в том числе и Регистан (в переводе — "песчаное место").

Этот великолепный исторический памятник восточного зодчества. Кто не видел его — зайдите в интернет и посмотрите. Посмотрели? Так вот — представьте себе, что все эти здания, порталы, медресе вдруг стали янтарно-прозрачными и не такими громоздкими. Когда лучи солнца как бы просвечивают сквозь стены. Город кажется невесомо-легким, воздушным и в тоже время солидным. И если стены этого Самаркандского комплекса обложены разноцветной мозаикой, то увиденный нами город казалось, выложен из янтарных сегментов, разной плотности. Совершенно неожиданные мостики и переходы на разных уровнях связывали здания то там, то тут.

Остановив машину, мы все принялись переодеваться в защитные костюмы. Первыми наружу вышли Степаныч с Серегой, затем мы с Володей. Пока мы выходили, полковник уже успел из багажного отделения достать оба своих ствола и внимательно осматривался по сторонам.

Проводник стал настраивать квадрокоптер, а мы с Володькой, так же нацепили свое оружие и стали оглядываться вокруг. По привычке сделав первый вдох — я вообще ничего не почувствовал. Возможно, запахов на улице и не было, но скорее всего, просто фильтр маски не пропускал посторонних ароматов.