Планета незаходящего Солнца - Алексей Гаев

– Майкл остолбенел от такого возгласа, не зная как поступить, а Заварский взяв себя в руки, произнёс спокойней.

– Садитесь рядом, я хочу знать, в чём дело.

Серёжа кратко рассказал суть дела, быстро занявшей, свое место Жене. Выслушав, она, приступила к расчёту новой траектории полёта, сняв для этого показания с приборов, установленных на экранах.

Бэби, предупредил.

– До ускорения осталось десять секунд, и продолжил отсчет.

– Серёжа, а ты видел сам, в каком состоянии выброс? – спросила Женя, не отрываясь от расчётов.

В это мгновение, обитатели корабля ощутили рывок. Все не закрепленные вещи взлетели вверх. За рывком, легкость, близкую к невесомости. Взметнувшиеся вещи, плавно, как в замедленном кадре, опустились на свои места. Это состояние было кратким, все вновь обрели свой вес.

– Эх, не хватило всего несколько секунд, – с досадой сказал Серёжа, потянув на себя рычаг ускорения. К своему удивлению, он ощутил, что рычаг не хочет двигаться так быстро как хотелось бы. Блокировки, управляемые компьютером, не позволяли выполнять необдуманные поступки.

Бэби, ощутивший через рычаг, поспешное желание Серёжи, сказал.

– Чрезмерное ускорение звездолёта, может привести к гибели экипажа и пассажиров.

– Бэби! надо быстро вывести звездолёт на максимальное ускорение, – закричал в отчаянии Серёжа, продолжая тянуть рычаг.

– Чрезмерное ускорение звездолёта, может привести к гибели экипажа и пассажиров, – повторил Бэби, удерживая рычаг.

Началось ускорение. Всё тело налилось свинцом и вдавилось в кресло, которое амортизировало, погасив резкий переход. Двигаться стало тяжело, чтобы поднять руку, надо применить огромное усилие. Грудная клетка, сдавила легкие, дышать стало трудно, но тренированное тело справлялось с перегрузкой. В Центре готовили переносить различные тяготы космоса, в том числе и перегрузки.

Научные работники, в этот момент, были самые уязвимые. Без подготовки, без какого-либо опыта работы в космосе, им приходилось тяжелей всех. Единственный плюс, это молодой и здоровый организм. Чего не скажешь, – о Майкле, – у него не было даже этого плюса.

Серёжа повернул голову, чтобы их увидеть:

– Как дела у науки? – громко спросил он.

– Тяжело, но жить будем! – пошутил один из помощников, кое-как шевеля губами.

«Раз шутят, значит не всё ещё потеряно», – подумал Сережа, убедившись, что и другой, старается улыбнуться. Взглянув на Майкла, он пришёл к выводу, что можно без особого ущерба для здоровья увеличить тягу, но Бэби видно думал по другому.

Серёжа повернулся к Жене, сидящей рядом и с волнением наблюдающей за сражением человека с роботом:

– Надо добавить тягу, все чувствуют себя хорошо! Но Бэби блокирует рычаг, – с отчаянием в голосе, сказал Серёжа.

Женя, – в свою очередь, – попыталась убедить Бэби, но он и к её словам не прислушался.

– Эдуард Павлович! – обратилась Женя к Заварскому.

– Столкновение с выбросом, привело к тому, что нашего ускорения не хватает, для того чтобы преодолеть притяжение Солнца и отойти на более высокую орбиту! Более того, мы сваливаемся с орбиты к Солнцу! Надо добавить тягу, но Бэби на все наши просьбы отвечает отказом! Что нам делать? – взволнованным голосом говорила Женя.

– Если мы сможем увеличить ускорение, – хотя бы для того, – чтобы остаться на орбите, то, у нас есть шанс, дождаться, когда выброс рассеется и мы сможем уйти, – вмешался в разговор Серёжа.

– Надо что-то делать! – громко воскликнула Женя и в её голосе были слышны нотки паники. – Вы опытный космонавт, придумайте что-нибудь.

Все присутствующие в рубке, с надеждой ждали от Заварского ответа, устремив на него свой взор. Но, как назло, толковой мысли у него не было. Беда пришла так быстро, что он к ней был не готов.

В эти, последние дни, его голова была полна совсем другими мыслями, далекими от управления звездолётом. Он, вдруг, встретил человека, который сумел проникнуть в его, давно зачерствевшую душу, растопить лёд, мешавший общению с противоположным полом. Ощущение близкого счастья, заполняло его целиком.

Сейчас, в эти секунды, когда Женя требовала от него действия и все присутствующие смотрели на него, как на человека способного изменить ситуацию, он был не готов думать и принимать оптимально правильные решения.

– Выведите на монитор медицинский отсек и включите связь. Надо узнать как там дела, – сказал Заварский, чтобы оттянуть время для принятия решения.

После соответствующей команды, произнесенной Серёжей. Бэби, – спросив разрешения на включение камер у Строговой, – дал изображение на монитор.

Медицинский персонал, сидел в своих перегрузочных креслах. Несмотря на перегрузку, они беззаботно разговаривали.

Заварский спросил.

– Как у вас дела?

Строгова ответила вопросом.

– Что вы там за эксперименты ставите? То тормозите, то стартуете, как будто вас пчёлы жалят!

Заварский тоже, не стал отвечать на заданный вопрос, а просто заметил.

– Вижу у вас всё в порядке, не буду мешать, – и дал команду на отключение связи.

Когда связь прервалась, он громко сказал.

– Не будем посвящать их в подробности.

Но, в это время, на громкую связь вышла Строгова и попросила разрешения подняться в рубку управления:

– Наши кресла свободного перемещения по кораблю, и мы можем в них подняться к вам, если можно конечно? – спрашивала она. – Мне не терпится узнать, зачем вы интересовались нашим здоровьем.

Серёжа и Женя, прежде чем ответить, повернулись к Заварскому:

– Ну, раз им скучно, то пусть поднимаются, – ответил Заварский, немного подумав. – Нам, всё равно надо говорить им правду, так пусть они её узнают сами.

Через несколько минут, лифт распахнулся, и из него стали выплывать кресла, неся на себе, вдавленных перегрузкой, но веселых девочек и Строгову.

Строгова направила свое кресло к Заварскому.

Покусова и Ершова, полетели к Юре и Олегу.

Логинова и Румянцева, направились к пульту управления, где работали Женя и Серёжа.

Появление медиков, внесло в рубку оживление и громкий смех, но он быстро растаял, не найдя себе поддержки.

Присутствие Строговой, помогло Заварскому собраться и принять решение:

– Надо попробовать отключить Бэби, – сказал он. Для этого надо подняться к малому компьютеру. Он следит за выполнением инструкций и не позволит их нарушить.

Сказав это, Заварский сделал попытку подняться из кресла, но сразу понял, что его усилий хватит только на то, чтобы свалиться на палубу. Можно по палубе доползти до вертикальной лестницы, которая находится у створок лифта, но подняться по ней к крышке люка, при такой перегрузке невозможно. Заварский понял, что принял не реальное решение.