Бой не вечен! - Василий Головачев

– Я буду, – пообещал Панкрат.

– Ну, тогда ни пуха, ангел-телохранитель!

Побеседовав таким образом с бывшим специалистом по охране президента, Панкрат приступил к своим обязанностям, превратившись, по сути, в секретаря Асламова, в помощника и собеседника или, как про таких говорилось, в доверенное лицо. Теперь везде они появлялись вместе, и даже на совещаниях в разных инстанциях Воробьев присутствовал как партнер директора рыбзавода, хотя старался вести себя при этом как можно тише и незаметней.

Беседовали же они во время поездок по Переславлю и за его пределы на самые разные темы. Асламов как бы проверял кругозор Воробьева, и тот проникся искренним уважением к своему начальнику и ровеснику, знающему многое из того, с чем никогда не сталкивался сам Панкрат. Однажды Валентин спросил, к этому времени они перешли на «ты»:

– Не хочешь слетать в космос? Как у тебя со здоровьем? Вестибулярка нормально работает?

Панкрат с сомнением посмотрел на серьезное лицо директора.

– На здоровье не жалуюсь. Ты к чему клонишь?

Асламов рассмеялся.

– Просто хочу сделать хорошую рекламу для продукции завода. Представляешь – ты из космоса на весь мир хвалишь наши консервы.

– Не представляю, – насупился Панкрат. – Я не всегда понимаю шутки.

– Это не шутка. Ты разве телевизор не смотришь? Вчера американцы запустили «Шаттл» в соответствии с программой космического туризма «Шаги в космосе». Шесть пассажиров и экипаж. Подъем на сто километров над Землей, три минуты в невесомости, виток вокруг Земли и возвращение. Стоимость полета всего пятнадцать тысяч долларов.

– У меня таких денег нет, – хмыкнул Панкрат.

Асламов снова засмеялся.

– Я тебе дам. А если серьезно, то наши тоже готовят запуски по турпрограмме, только посерьезней. Хотелось бы полетать над Землей. А тебе?

Панкрат промолчал.

Следующая их беседа коснулась другой неожиданной темы – электромагнитного терроризма. Асламова почему-то заинтересовали системы электронного воздействия на охранную сигнализацию объектов, а также устройства, блокирующие радиосвязь и поражающие компьютерные системы. Панкрат сам не раз в бытность разведчиком применял подобные устройства: «джеммер», расстраивающий милицейскую радиосвязь, «пайкер», выводящий из строя охранную сигнализацию, «пульсар» – генератор мощных электромагнитных импульсов, блокирующий работу компьютеров, но не знал, что появились генераторы нового поколения, способные десинхронизировать любые технические системы охраны.

– Зачем это тебе? – спросил Панкрат, когда они ехали на очередную встречу с чиновниками городской администрации. – Ты что, собираешься брать банк?

– Не банк, – спокойно ответил Асламов. – В Переславле окопалась база Легиона с весьма серьезным арсеналом. Эту базу необходимо уничтожить. Я наблюдаю за ней уже больше года, но лишь недавно подошел к практической реализации плана.

– Снова Российский Легион…

Асламов посмотрел на хмурое лицо Панкрата.

– Я знаю, твоя семья натерпелась от этой сволочной конторы, поэтому и не предлагаю участвовать в операции.

Панкрат помолчал.

– Честно говоря, очень не хотелось бы снова связываться с ликвидаторами Легиона… но, с другой стороны, я понимаю, что кто-то должен остановить расползание этой гнили.

– Если бы ты знал, какая это гниль на самом деле. Знаешь, какими правами обладает контрактник-легионер? Мало того, что он получает зарплату на порядок выше, чем любой отечественный академик, но еще и освобождается от всех форм судебного преследования! Понимаешь, к чему это может привести?

– Понимаю. Они выполнят любой приказ, даже если надо будет стрелять в безоружных людей. А мы ходим без оружия…

– Наше оружие – мы сами, – улыбнулся Асламов. – Давно пора изменить структуру отношений противоборствующих группировок, исключив всякое физическое насилие.

– По-моему, это невозможно в принципе.

– Не на нынешнем этапе эволюции, но возможно. Это время подходит. Слугами Сатаны готовится так называемая Великая Пси-Пирамидальная Революция, а по сути – поголовное зомбирование человечества, и мы должны им противопоставить не кулаки, клыки, ножи и пистолеты, а защитное духовное поле, отклоняющее любое насилие и зло. Только тогда прекратится вечный бой и Россия встанет с колен.

Панкрат скептически взглянул на затвердевшее лицо Витязя, и шутить ему расхотелось. Асламов верил в то, что говорил, и эта вера покоилась на мощном фундаменте душевной силы и знаний.

– Уже известно, где располагается база Легиона?

– На территории храма Черного Лотоса.

– Не того ли, что стоит в Дендрологическом парке недалеко от Федоровского монастыря?

– Того самого. Ты там был?

– Проезжал мимо. Неплохую крепость отгрохали себе монахи. Не хуже Шаолиня. Но если это база, то и охраняться она должна соответственно.

– Поэтому я тебя и экзаменовал на знание спецтехники, которая нам понадобится. Храм защищен новейшими системами электромагнитного, звукового и видеоконтроля, токовыми биссектрисами, массдатчиками и ловушками, разработанными за рубежом. Пробраться в храм незамеченным не сможет даже комар.

– Как же ты собираешься это сделать? Прямая атака ведь исключается?

– Вся эта иноземная супертехника имеет один существенный изъян: она легко выводится из строя при ядерном взрыве.

Панкрат хмыкнул.

– Шутишь? Вы собираетесь в Переславле взрывать атомную бомбу?

– Конечно, нет, – развеселился Асламов. – Попытаемся его сымитировать. То есть создать генератор электромагнитных импульсов, близких по параметрам тем, что образуются при взрыве. Если же не удастся…

– Тогда что?

– Найдем подходящего человека и сделаем живой генератор.

Воробьев недоверчиво глянул на директора, но тот был деловит и серьезен и шутить не собирался.

– Туда Витя Телегин ушел, – вспомнил Панкрат. – Монахи пригласили его инструктором по выживанию.

– Я знаю.

– Он случайно не наш разведчик?

– Нет, но надеюсь, что Телегин нам поможет.

Машина остановилась у здания городской Думы. Панкрат собрался вылезать, но Асламов остановил его.

– Пока я буду решать проблемы с городским головой, тебе надо выполнить одно ответственное задание. Знаешь магазин видеотехники на Советской?

– Мы с женой покупали там телевизор.

– Он принадлежит одному видному коммерсанту, Гарику Гусинскому, передашь ему письмо. – Асламов достал конверт, на котором был вытиснен странный рисунок: перечеркнутый крестом кинжал.

Панкрат пощупал плотную бумагу конверта.